ЛитМир - Электронная Библиотека

— В состоянии, Валентин Петрович.

— Тогда займемся…

Сначала я подумала, что у меня проявляется какой-то подло скрывавшийся дефект слуха. Валентин Петрович заявил, что собирается воплотить последний замысел Лизы и поведать читателям потрясающую историю о родниковой воде. Он сулил мне сколько угодно места. Он соблазнял меня подборкой материалов обо всем, что можно пить. Он обещал двойную оплату.

Главный редактор, похоже, не верил своим ушам. При упоминании денег он дернулся и позеленел. Только тогда я сообразила, что шла сюда в субботу растолковать хитрость Шевелева. Лизе действительно хотелось опубликовать его сенсационную быль, но быль-то оказалась сказкой. И делиться ею Алексей отказался, оставил до другого случая. Так что я их огорчила:

— Я понимаю и уважаю ваш порыв, господа. Но потрудитесь воздвигнуть Лизе иной «нерукотворный памятник».

Профессиональный газетчик явно обрадовался. Валентин Петрович столь же недвусмысленно расстроился.

— Говорят, сорок дней после смерти душа человека витает рядом с нами. Жаль, жаль, что мы не утешим нашу Лизу.

Похоже, все-таки любовник. Как все запутано в людских отношениях.

— Полагаю, других предложений для меня нет, — ощутила я себя лишней.

— Простите, Полина Аркадьевна, пока нет.

— До свидания.

— До свидания. Мы без вас не обойдемся, обязательно свяжемся с вами. Передавайте супругу пожелания здравствовать.

Я остановилась посреди двора и глубоко вдохнула вобравший студености воздух. На «водяной» рекламе поставлен крест. Но что-то мешало мне улыбнуться. Для выяснения муры о выдумках Алексея Шевелева Валентину Петровичу не обязательно было тащить меня к себе, оболванив кофе. Разве что он рассчитывал услышать другое. Или не собирался открывать свое «спонсорство» газете. Ерундистика. Тогда почему он солгал Измайлову по поводу звонка незнакомки-шантажистки? И главное — когда, когда кончатся эти загадки?

Глава 12

Загадкам кончиться не было суждено. Суждено было начаться неприятностям. Не успел Крайнев затормозить, как из-под козырька подъездного крыльца выскочил Сергей Балков. Устроился на заднем сиденье, повозился, кряхтя. Обычно жизнерадостный крепыш смотрелся тускло.

— Что случилось? — спросили мы с Валерием.

— У тебя гости, Полина, не обижайся, — огорошил Сергей. — Но народу для вечеринки маловато, поэтому ты, Валера, тоже приглашен.

— Сережа… — растерялась я.

— Поля! У ТЕБЯ гости. Я воспользовался ключом, который ТЫ мне давала в августе, чтобы Я кормил кота и поливал цветы. Не сделай Я этого, с вами бы беседовали официально. Не все ли равно, позвонили бы в твою дверь через минуту после того, как ты ее за собой закрыла, или подождали в доме. Тем более, что вы вдвоем с Валерой понадобились. Извини, конечно, за самовольство, но так будет спокойнее и лучше.

Крайнев стиснул мой локоть и прошептал:

— Я предупреждал, желающие мешать найдутся.

— Мы же ничего не натворили.

Я не сомневалась, что это происки коварного Вика. Не раскрывая своего местожительства, полковник играл в криминальные игры. Вероятно, он полагал, что Крайнев бывал у меня. И изобрел наказание. Но без веской причины Измайлов такого непотребства, как проникновение в мою квартиру, не допустил бы. Я-то выпутаюсь, а вот Валерий… С другой стороны, при чем тут он, если я ненормальная? Муж приказал ему меня пасти, он и выполняет. Может, обойдется? И вдруг я похолодела:

— Сергей, никто не умер? Борис? Мой бывший?

— Нет, нет, успокойся, Поля.

Ладно, тогда с Измайловым я как-нибудь справлюсь.

— Пошли, ребята.

Балков протянул мне ключ Вика. Хоть бы отмычку от собственной норы догадался снять с колечка, конспиратор.

— Ты, Сережа, кого-то пустил, ты и отпирай.

Он горестно вздохнул. Поднаторел парень в актерском мастерстве. Оно конечно, вздыхать менее хлопотно, чем убийц ловить.

Виктор Николаевич Измайлов стоял посреди моей комнаты. Добро бы в позе чуткости. Но он до безобразия самоуверенно раскачивался с пяток на носки и ухмылялся. У меня даже под ложечкой засосало, так я по этому типу соскучилась. В кресле сидел еще какой-то мужчина. Он и повернуться к нам физиономией не удосужился. Если это не мера предосторожности против выцарапывания глаз, то многократное свинство. Погодите же. Как говаривал булгаковский Шариков, в очередь, сукины дети, в очередь. Оба легко не отделаетесь.

— Прелестная манера заскакивать на чашечку кофе. Сергей — мой друг, а с вами я едва знакома, — обратилась я к Вику. — И не пригласила бы вас даже, даже…

Я не осеклась, у меня спазм горла случился. Потому что второй визитер изволил раскрыть инкогнито. Мы с Крайневым синхронно покачнулись и, словно фигуристы, взялись за руки. Впору было прыгать в три оборота. Или тодес изобразить? Из податливых недр моей мягкой мебели жестко торчал… Игорь.

Будучи не в состоянии издавать звуки, я перешла на язык жестов. Он ведь тоже богат. Краткое, но емкое «Вон отсюда» я успела выразить тремя способами, когда Измайлов обратился к этому горе-охраннику, к этому милицейскому прихвостню:

— Ну что, капитан, досталось вам от буйной парочки?

Капитан? Вот уж не думала, что муженек им звания присваивает. Надо выяснить, кто там, в домашней иерархии, Крайнев.

— Да, силы у них неисчерпаемые. Но идей полны головы. Удачный альянс, не худо сработались, — приветил нас душка Игорек.

Валерий зарычал, но мужики у меня собрались не пугливые.

— Капитан — сотрудник ФСБ, авантюристы, — представил нас друг другу по-новой Измайлов. — Присматривает кое за кем в том районе. Всякого навидался и натерпелся, но вас чистосердечно признал диковинкой.

— А вы кто? — заершился Крайнев.

— Полковник Измайлов.

Аплодируйте! Полковник Измайлов! Его все обязаны знать? Однако Валерий уважительно протянул:

— Наслышан.

Популярный Вик выдержал паузу. Мои предположения насчет открытия им и Валковым любительского театра укрепились. Крайнев ринулся в атаку сам:

— Полина ни в чем не виновата. Она это… Слишком женщина.

Измайловские глазоньки налились кровью.

— В смысле нелогичности, — не сумел понять его бешенства Валерий. — Но товарищ верный.

Кажется, слово «товарищ» Вик трактовал специфически, потому что сжал кулаки. И разжал их: плечом к плечу с Крайневым поднялся Балков. Если выживу, обязательно спрошу у Измайлова, как он с товарищами развлекается. Особенно с верными.

— Виктор Николаевич, — засмеялся Игорь, — я образовал бы с ними цепь, но должен вас контролировать со своей позиции. Согласен, эта девочка ставит палки в колеса милиции. Но она и любой мафии все порушит. Нет в мире ни человека, ни организации, способной разобраться, чем она руководствуется.

Ах, девочка. А что насчет Полины Аркадьевны? Предлагала перейти «на ты», отказался. Шпион, тоже мне.

— Господин капитан Игорь, не представилось случая выяснить, как по батюшке, я собой руководствуюсь.

— Ясно, не нами, зашоренными. Только мы ведь договорились без отчеств обходиться.

— Когда? — заерзал Вик.

— Был рабочий момент, — посерьезнел Игорь.

Значит, про баллончик лака для волос Измайлов ни сном, ни духом? О, телохранитель…

— Что же ты нас так незатейливо заложил, Игорь? Всего лишь полковнику Измайлову, — не стала размякать я, представив себе предыдущие судороги на крючке этого фээсбэшника. — Мог бы свое учреждение задействовать.

«Всего лишь полковник» Вика не вдохновил, но он сдержался. Любопытно, честно заслуженную зарплату от мужа Игорь в детский дом перечисляет, или как? Как у них вообще это устроено? И не он ли изуродовал моего бывшего ненаглядного?

— Ни черта не боится, — пробормотал экс-главный охранник с неприятной гримасой.

Боюсь, Игорь, и тебя боюсь. Но не показывать же этого. Страх — самое интимное в человеке. А я женщина скромная.

— Вы зарвались, ребята, — повысил голос Игорь.

31
{"b":"25196","o":1}