ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Не расстраивайся, все еще только начинается. Из древних легенд можно заключить, что появление такой силы всегда сопровождается огромными разрушениями и катастрофами. В этом отношении Сара права — нам надо быть начеку. Возможно учащение несанкционированных прорывов с ближайших измерений. Так что на твою долю работы хватит, еще и надоест.

— Ты так говоришь, как будто при тебе такое уже случалось, — ухмыльнулся Энлиль, немедленно установив непробиваемую пси-защиту.

Они находились в дальнем родстве: отец полукровки Энлиля приходился матери Вилания семиюродным внучатым племянником, который попал на Крион с археологической экспедицией много лет назад. Любовная история, произошедшая там, вызвала большой шум, что не помешало всем на Меоне предаться скорби и каждый род телепортировать на мертвую планету охапки цветов.

Потерять самообладание настолько, чтобы это стало заметно окружающим, было не в стиле Энлиля. Всеми силами стараясь поддерживать репутацию холодного, беспощадного и сурового парня, он почти не притворялся. На ряде планет его знали под кличкой Дзинга, что в вольном переводе с языка мелких чертей дагонов означало «Невидимая смерть». Но этот факт из своей биографии Энлиль предпочитал скрывать, утаивая также и причину возникновения шрама, вызывающего у Ейхо профессиональный интерес (у эльфов порезы и ушибы заживают на удивление быстро и без рубцевания ткани). Полное досье на каждого жителя «сорок второй» хранилось в особом записывающем кристалле, доступном для чтения только на уровне Командора, а их на памяти Энлиля сменилось уже двое. При Ромуальдо, предшественнике Ричарда, Энлиль, начиная трудовую деятельность на посту главы Конклава, был очень благодарен за предоставленную ему возможность постоянно поселиться на МЕССИИ, если, конечно, чувство, им испытываемое, можно было так назвать. Никакое досье не могло дать ответа, что хранится в глубоком туннеле души полутемного эльфа.

Изображение в зеркале перемещалось, высвечивая приземистые дома, закрытые лавки и группы вооруженных людей, попадавшиеся довольно часто.

— Слишком много стражи, — профессионально отметил Энлиль. — А ты не можешь наложить на изображение энергетическую сетку?

Виланий кивнул, и город окрасился синим цветом с ярко-голубыми прожилками. Оба эльфа удивленно охнули: такое количество силовых линий можно было наблюдать только на полигоне, предназначенном для тренировки адептов. В естественных же условиях энергия представляла собой более размытую субстанцию. Слегка поменяв обзор, так, чтобы можно было охватить взглядом весь город сразу, Виланий схватился за голову: в одном месте, прямо в центре, синева сгустилась до черноты, демонстрируя сильнейший выброс первозданной силы.

— Такого пятьдесят лет назад не было, — выдавил он. — Тогда составлялись подробные энергокарты Триша, вон на столе валяются, и там ничего подобного не зафиксировано.

— Виль, хочешь не хочешь, а мне туда надо смотаться. — Страстность полукровки выплеснулась через край; повернувшись к светлому, он вцепился тому в рубаху. — Ты же читал последний доклад Аргуса: отсутствие магической активности сразу должно было нас заинтересовать. Там творится что-то неладное. И уже очень давно…

— О чем ты? — Виланий отодвинулся, пытаясь вырваться из железной хватки смуглых пальцев. — Не ты же тогда председательствовал в суде, и ритуал подавления проводил не ты. Тебя тогда здесь еще не было, а я был! В той истории много грязи и белых пятен. Я был на планете во время зачистки и застал парочку его изобретений в полуживом состоянии. С тех пор у меня устойчивое отвращение к мясу и, боюсь, на всю жизнь. Между нами говоря, там действительно было что-то странное. Галар на суде выглядел невинной овечкой, заливался слезами и пытался покончить с собой. Представляешь? Черный маг с муками совести— это очень необычно.. Энлиль титаническим усилием взял себя в руки.

— Извини, просто я считаю себя слегка виноватым в том, что случилось, — сказал он покаянным тоном. — Я сделал глупость и, боюсь, непоправимую.

Схватив одну из карт Феба, он стал быстрыми штрихами накладывать изображение линий на город, покрывая кусок синтетического пергамента синими разводами.

— И поэтому, — уже спокойнее продолжал он, — я прошу дать мне санкцию на посещение Феба. Если это проделки этого супера, только я сумею вовремя вызвать весь Конклав для его нейтрализации.

Виланий недоверчиво хмыкнул: что-то в поведении Энлиля наводило на мысль о личных мотивах, но в душу друг другу у эльфов лезть не принято, а чернота в центре зеркала внушала очень нехорошие предчувствия.

Внезапно в комнату ворвался Гоша, еще более взъерошенный, чем обычно.

— Господа! Мы в полном дерьме!

Оба эльфа от неожиданности подпрыгнули.

— Что еще случилось? — Виланий быстро взял себя в руки.

— Сильнейший прорыв в районе малой Центавры. Два оператора сгорели прямо у меня на глазах, это… это… — Не дослушав, Виланий кинулся к стоявшему в углу агрегату, мигавшему разноцветными огоньками.

Разбив стекло, он нажал красную кнопку. По кораблю, находившемуся в режиме отдыха, прокатился сигнал тревоги. Запускалась программа подготовки нуль-перехода, тюремный корпус перешел на режим усиленной охраны, а студиозусы и юное поколение срочно по специально зафиксированному для такой ситуации М-порталу эвакуировались в специальное общежитие, находившееся в районе Спики, — им принимать участие в спецоперациях было не положено. Все действия на такой случай давным-давно были разработаны аналитиками, и сейчас все происходило строго по плану. Огромная искусственная планета неторопливо встряхивалась, как огромное животное, меняясь на глазах. Одевшись в броню, свернув атмосферу и закачиваясь необходимой энергией от ближайшего светила, она быстро превращалась в огромный космический корабль. Все жители автоматически становились хорошо отлаженными боевыми единицами. Каждый знал свое место, был специалистом в выбранной им области и мог выполнить работу с закрытыми глазами. Буран Большая Дубина, глава активного корпуса, подгонял своих головорезов зычным голосом, втайне радуясь случаю хорошенько подраться — после восстановления прорехи по эту сторону всякий раз оставался добрый кусок иномирья с желающими свежей плоти монстрами, и вот тут его жаждущая битвы душа отрывалась по полной программе. Полный прорыв с нижнего яруса — это самое неприятное, что могло произойти в действующей Вселенной. Время от времени тот или иной демон прорывался на поверхность, что и произошло на Эрвиле, но точечные прорывы были не так опасны, как разрыв самой ткани бытия. Полчища демонов уничтожали все живое на своем пути и превращали подобие цивилизации, существовавшее в мирах, в ад. Однажды произошел прорыв с верхнего яруса, но и рай при близком рассмотрении живым существам не понравился. Они хотели просто жить, размножаться, растить детей, и никто не спешил в потусторонний мир раньше срока.

— Надо дать знать Командору! — сказал Энлиль, поворачивая Вилания к себе лицом. — Он лучше разбирается в военных действиях, чем все остальные на базе, вместе взятые. Что-то мне говорит, что это события одной цепи. Ну так как насчет санкции?

Виланий кивнул:

— Действуй, только будь осторожен! Мне кажется, что на Трише сейчас может быть опаснее всего. Постоянно держи со мной связь, не вздумай ставить блокировку. Мне будет необходима вся информация, которую ты сможешь добыть. Да, — крикнул он в спину убегающему главе Высшего Магического Конклава, магистру класса альфа Энлилю, — тебе придется открывать портал, мы не можем сейчас тратить энергию на нуль-переходы.

— Он давно уже открыт, — донеслось в ответ, и Виланий остался в обществе Гоши, испуганно смотрящего на своего нового Командора.

— До старта осталось десять минут, — раздался мелодичный женский голос. — Просьба экипажу занять свои места и пристегнуться.

Гоша выбежал за дверь, а эльф подошел к селекторной связи.

— Шестерку… то есть пятерку, — поправился он, — срочно ко мне. Остальным — приятного перехода.

25
{"b":"25198","o":1}