ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Господи, ты весь в крови, Гэбриел. И Кейт тоже.

Происхождение кровавого пятна на рубашке Кейт не вызывало сомнений, и она очень смутилась. Леди Инид заботливо укутала ее в свою дорогую мантию.

– Это кровь Гэбриела. Он ранен.

– Ранен! – В один голос воскликнули Роузбады и окружили его.

– Куда тебя ранили?

– Тебе нужно лечь.

– Необходимо вызвать доктора.

– Ерунда, – отмахнулся Гэбриел. – Просто царапина. Леди Фейвершем порвала свою кашемировую шаль, и Кейт перевязала рану. Гэбриел побледнел. Леди Стоукфорд усадила его. Кейт присоединилась к Мег и отцу.

– Я так глупо себя вела, Кейти, – виновато произнесла Мег. – Ты меня простишь?

– Конечно. Я тебя очень люблю, дорогая. – Кейт поцеловала сестренку. – Я сама совершила немало ошибок.

Кейт обняла отца, прижалась к его колючей щеке, вдохнула запах табака и чернил.

– Я не попрощалась с тобой, папа, когда ты отправлялся в экспедицию. И до сих пор в этом раскаиваюсь.

– Нет, Кейти. Я не должен был уезжать. Никогда больше не оставлю семью.

– Главное, что ты жив. Остальное не имеет значения.

Кейт посмотрела на Гэбриела. Леди Стоукфорд перевязала ему рану. Теперь можно было покинуть пещеру. Дядя Натаниэль и лорд Фейвершем, несмотря на протесты Гэбриела, поддерживали его с обеих сторон. В мокрой одежде, со слипшимися волосами, измученный и раздраженный, он все равно был неотразим.

Гейб потерял много крови, и ему понадобится время, чтобы восстановить силы. Всего несколько дней. И тогда она скажет ему о своем решении.

Глава 30

БОГИНЯ

На следующий день Гейб стоял, прислонившись к двери оранжереи, и смотрел на Кейт.

Его предки создали тропический рай в темном стеклянном помещении. Воздух здесь был напоен ароматами экзотических стран: апельсиновые деревья, пальмы, эвкалипты. Приезжая в Фэрфилд-Парк еще ребенком, он играл здесь со своими братьями. Майкл и Джошуа играли в рыцарей, а он, как самый маленький, в приключения. Видимо, еще тогда в нем зародилось желание побывать в экзотических странах, посмотреть мир.

Но сейчас он желал только Кейт.

Кейт и Мег сидели по обе стороны от Генри Талисфорда на маленькой скамейке в середине оранжереи. Они хохотали, глядя на Джаббара, который выделывал свои трюки. Прячась за листьями, Джаббар пыхтел и бурчал, радуясь свободе.

Кейт вся светилась, когда разговаривала с отцом. Она то и дело касалась его руки, заботливо поправляла плед, которым были укутаны его ноги. У Гейба болезненно сжалось сердце.

У Кейт теперь есть отец. И опекун ей больше не нужен. Муж тоже не нужен. Она дала ему это ясно понять. Своим поведением. Но хуже всего то, что Гейб хочет на ней жениться. Не мыслит себе жизни без нее.

Гейб чувствовал себя чужим, посторонним, искателем приключений, вдруг пожелавшим остепениться и пустить корни. Но как убедить в этом Кейт? Или хотя бы выяснить, нужно ли ей это?

На следующий день после того, как они вернулись из замка, бабушка послала за доктором, и во всей этой суете, он не мог улучить минуту, чтобы побыть наедине с Кейт. А Кейт не отходила от отца и сестры, и Гэбриел чувствовал себя лишним.

– Почему ты не в постели? – строго спросила бабушка. Он повернулся и увидел рядом с ней Натаниэля Бэбкока. Вдова выглядела как-то странно, глаза сверкали, а губы были плотно сжаты.

– Я в полном порядке, – сказал он, хотя боль еще не прошла и он чувствовал себя совершенно разбитым.

– Сейчас не время для бравады, – заявила она. – Ты серьезно ранен. Надо восстанавливать силы.

– Подчинись, – произнес дядя Натаниэль, широко улыбаясь. – Люси всегда добивается того, чего хочет.

Бабушка одарила его многозначительным взглядом.

– Я рада, что вы поняли это. – И она обратилась к Гэбриелу: – Пойдем в гостиную, ляжешь на тахту.

Гэбриел оглянулся на оранжерею. Видимо, их голоса были там слышны, потому что Кейт на него смотрела. На мгновение их взгляды встретились, в ее глазах было восхищение. Колени у него подкосились. Но Кейт перевела взгляд на отца.

Гэбриел покорно последовал за бабушкой. Кейт не любит его, просто хочет.

Но он воспользуется этим и завоюет ее. После обеда Кейт стояла в темном коридоре у двери Гэбриела.

Высокая дубовая панель с инкрустацией отделяла ее от него. Прошлой ночью она пробралась в его покои. Обессиленный, он лежал в широкой постели, а Роузбады суетились над ним, забрасывая вопросами доктора. Кейт неловко было оставаться, и она ушла, решив прийти к Гэбриелу утром.

Но она проспала до полудня, и, когда увидела его в дверях оранжереи, сердце ее наполнилось любовью и желанием. В глазах его была страсть, когда он смотрел на нее. Она хотела подбежать к нему, но в это время к ней обратился отец. А потом бабушка увела Гэбриела.

К ужину Гэбриел не спустился. Леди Стоукфорд за него извинилась, объяснив, что он плохо себя чувствует, и улыбнулась Кейт, словно подбадривая ее. Кейт страстно желала сказать ему, что готова принять его предложение. Ей хотелось обнять его, поцеловать его рану, чтобы боль отступила, и почувствовать себя счастливой. В Кейт еще жила мечтательная девочка, и она желала услышать от него слова любви и нежности.

Она уже хотела постучать в дверь, но вдруг заколебалась. Что, если он спит? Не стоит его тревожить. Он нуждается в отдыхе и покое.

Кейт повернулась и направилась в свою комнату на другой половине дома. Ступени скрипели под ее ногами, слабый аромат меда витал в воздухе. На столе стояла зажженная лампа. Надо будет внимательно рассмотреть портреты, развешанные на стенах. Ей хотелось осмотреть каждую комнату, каждую тумбочку. Как же ей хотелось стать женой Гэбриела, хозяйкой этого прекрасного дома, где будут играть их дети.

Из гостиной донесся веселый смех. Там папа и Мег и другие обсуждали произошедшее. Дядя Натаниэль ухаживал за леди Стоукфорд, она охотно принимала его ухаживания. Если бы она могла быть так же счастлива, с грустью подумала Кейт. Она должна поговорить с Гэбриелом, убедиться в том, что он не раздумал на ней жениться.

Дойдя до своей комнаты, она оглянулась, хотя повороты коридора скрывали его дверь. Думал ли он сегодня о ней?

Жаждал ли ее общества, испытывал ли такую же страсть, как она. Вряд ли. Но она готова довериться ему и будет счастлива. Будет жить сегодняшним днем, наслаждаясь дарами любви.

Она вошла в спальню и закрыла за собой дверь. В камине горел огонь, освещая лишь часть комнаты. Кейт подошла к камину, помешала дрова и вдруг заметила какую-то блестящую вещицу.

Богиня!

Ошеломленная, Кейт уставилась на статуэтку с бриллиантовыми глазами и обнаженными чреслами. Большой алмаз сиял в темноте.

Она оглянулась, и взгляд ее скользнул по мужчине, лежавшем на кровати. Он был очень бледным.

– Гэбриел!

Он повернулся к ней:

– Я ждал вас, моя дорогая.

Не веря своим глазам, Кейт подбежала к кровати и дрожащими руками поставила свечку на столик. Он был, как всегда, прекрасен, и Кейт задрожала. Она коснулась его щеки:

– Ты такой горячий. У тебя жар.

– Только из-за тебя. – Взяв ее за руку, он поцеловал ее ладонь.

– Тебе нельзя быть здесь, – прошептала она. – Ты должен отдыхать.

– Но я ведь в постели, не так ли? Я поправлюсь намного быстрее, если ты за мной поухаживаешь. – Гейб взял ее за руку и усадил на кровать.

– Тебе больно?

– Ужасно, – улыбнулся он. – Мне нужна сиделка.

– Тебя следовало бы окатить холодной водой, – сказала Кейт, подтянув одеяло до самого его подбородка. – Не ожидала так скоро увидеть богиню.

Он отдернул одеяло.

– Благодари Бикелла и Ашрафа, – сказал он. – Это они выловили статуэтку. Чтобы порадовать тебя и твоего отца.

– И тебя. Гэбриел, я была не права, утверждая, что богиня принадлежит мне. Она принадлежит тебе и папе.

– К черту статуэтку. Я должен сказать тебе кое-что. Очень важное.

– То же, что я сказала тебе четыре года назад?

51
{"b":"25202","o":1}