ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Корона из звезд
Виттория
Большой роман о математике. История мира через призму математики
От разработчика до руководителя. Менеджмент для IT-специалистов
Как не попасть на крючок
Чего хотят женщины. Простые ответы на деликатные вопросы
[Не]правда о нашем теле. Заблуждения, в которые мы верим
Может все сначала?
Мой любимый враг

– Достаточно долго, – слишком честно ответила Рейна, всем сердцем желая, чтобы ничего этого никогда не происходило. – Полагаю, я должна уже привыкнуть к тому, что нахожусь вдали от дома, но не могу.

– Я понимаю, но уверена, что забот у вас хватает.

Рейна подумала о том, что она примчалась в монастырь как сумасшедшая, потом спешно втайне отправилась в город, чтобы сесть в дилижанс...

– Это верно. Кажется, праздных минут больше нет.

– А что вы делаете? – поинтересовалась Мелисса с откровенным любопытством.

– Ах, я много молюсь, – туманно ответила Рейна с улыбкой, предназначенной для пресечения интереса девочки.

Рейна совершенно не хотела говорить о жизни в монастыре из страха, что ей могут задать слишком обстоятельный вопрос. Мария многое рассказала Рейне перед тем, как та сбежала ночью наудачу, и все же было много такого из жизни сестер, о чем она не знала и даже не догадывалась.

– В монастыре у нас утренние молебны, потом следует месса, потом вечерня и размышление...

– И это все, что вы делаете? Молитесь? – разочарованно повторила малышка, думая, что жизнь, полная такой святости, ужасна. – Зачем этим заниматься, когда можно быть дома и скакать на лошади?

– Мелисса, ты не должна так говорить с сестрой Марией Региной! – отругала ее мать.

– Да, мама. Простите, сестра.

– Не переживай, Мелисса. Я помню, что одно время чувствовала то же самое.

«Чувствовала ли? Когда это было? Двадцать минут назад?»

– А почему случилось так, что вы изменили мнение? – допытывалась девочка.

– Накануне вечером мне пришло на ум, что это мой единственный путь к спасению, – спокойно ответила Рейна, зная, что говорит совершеннейшую правду.

– А-а...

Мелисса нахмурилась, пытаясь понять, но не смогла.

– Наверное, ужасно все время носить эту неудобную одежду. Вам не становится жарко?

– Мелисса!

Рут была снова шокирована вопросом.

– Сестра, простите!.. Мелисса никогда раньше не говорила с монахиней. Она не понимает...

– Поверьте, миссис Хоукс, я понимаю ее, – успокоила Рейна потрясенную мать, потом взглянула на девочку: – Да, Мелисса, становится очень жарко. – Рейна старалась не думать о поте, выступившем на ее лице и струйками стекавшем по спине. – Но это того стоит. Воздаяние за такие небольшие неудобства и беспокойство будет огромным, – заверила она ребенка, думая не об ужасной жаре и страданиях, а о том, с какой радостью она безопасно доберется до Нового Орлеана.

– Могу поспорить, вам будет еще жарче до того, как мы доберемся до форта Юма, – со знанием дела заявила Мелисса. – Папа всегда пишет и говорит, что там становится очень жарко.

– Я уверена, что он прав, – ответила Рейна. Мысли о долгом пути по территории бесплодных земель после форта Юма беспокоили ее гораздо больше, чем поездка в саму Юму. По правде говоря, одолженная одежда душила ее. Рейна раздумывала, как вынесет климат пустыни одетой подобным образом, потому что сестре Марии Регине не подобает начать раздеваться ради прохлады.

Рейна вспомнила об удобных свободных юбках и блузках, оставленных дома, вспомнила и о том, как она отдыхала в тенистой прохладе ранчо Альвареса рядом с плещущим, булькающим фонтаном, и ее захлестнула новая волна тоски по дому. Рейна усилием воли отогнала эти мысли. Она сделала выбор и пойдет до конца. Не важно, чего это будет ей стоить, но она не вернется до тех пор, пока не удостоверится, что не обязана выходить замуж за Натана.

Рейна, погруженная в эти мысли, очнулась, когда тихий послеполуденный воздух вдруг прорезал звук выстрелов. Кучер, которого застали врасплох, отреагировал инстинктивно, яростно хлестнув лошадей. Испуганные стрельбой и кнутом, лошади тихо заржали от ужаса и понеслись. Рейна и остальные, кто находился внутри, свалились с мест, когда дилижанс страшно накренился и высоко подпрыгнул.

Пок пришел в себя первым, выхватил револьвер и попытался выглянуть из окна. Видя, что бандиты скачут изо всех сил, чтобы догнать дилижанс, он отдал краткое распоряжение:

– Оставайтесь все внизу, черт побери! Простите, сестра! Он начал стрелять из окна, пытаясь сбить бандитов, но дилижанс ехал так, что выстрелы не достигали цели.

Грабители заметили, что кто-то стреляет по ним из дилижанса, и открыли ответную стрельбу. Пули вонзались в дерево, за которым в окне дилижанса скрывался Пок. Женщины стащили его вниз, давая возможность перезарядить оружие.

– Сестра, лучше начинайте молиться, потому что они выглядят как самые настоящие ублюдки! – взволнованно проговорил он, смотря ей прямо в темные глаза.

Рейна поняла, что он говорит серьезно, и по позвоночнику вместо жара пробежал холод.

– Я помолюсь за вас, Пок.

– Чертовки хорошо помолитесь за нас всех, – пробурчал он, заканчивая заряжать оружие, и снова вернулся к окну.

Клэй пустил лошадь шагом, когда добрался до маленького пруда. Он ехал почти без остановки. Чуть более суток назад он покинул Монтерей. Спал всего несколько часов. Был возбужден и зол, хотя и знал, что таким чувствам потворствовать не стоит. Нужно было сосредоточиться и найти Рейну Изабеллу Альварес. Найти быстро. Только таким способом он мог спасти Дейва от того, чтобы его держали в клетке как животное.

Подъехав и остановившись у кромки воды, Клэй спешился и дал лошади напиться вволю. Он сосредоточенно осматривал окрестности, пытаясь вычислить, насколько далеко он забрался и как дальше надо ехать.

Он ездил по стране, изо всех сил стараясь догнать дилижанс, отправившийся из Монтерея за два дня до его погони.

Клэй пустился вслед за каретой не из простого предположения, но после тщательных проверок и перепроверок с участием Альвареса и его людей.

Тщательные, но бесплодные поиски говорили о том, что девушка покинула эту местность. Клэй рассказал об этом своему нанимателю. Альварес тут же предположил, что Рейна может находиться на пути в Новый Орлеан. Там у нее есть близкие друзья. Расспросы на станции показали, что в дилижансе, отправившемся два дня назад, было четверо пассажиров: две женщины, обе относительно молодые, старик и ребенок. Клэй был почти уверен, что одна из этих женщин Рейна.

И вот он здесь неизвестно где, пытается нагнать дилижанс, в котором, как он подозревает, уехала Рейна.

Предоставив лошади возможность допить, Клэй сел рядом в тени дерева, пытаясь на минуту расслабиться. Мысли об опасном положении, в котором находился Дейв, постоянно преследовали его. И уже не в первый раз с того момента, как он вынужден был взяться за эту работу, Клэй тихонько обругал женщину, из-за которой его втянули в это сомнительное предприятие.

Ощущая злость и досаду, Клэй выудил из кармана миниатюрный портрет Рейны Альварес, написанный маслом. Этот портрет дал ему отец Рейны. Он рассматривал изображение красавицы, вглядываясь в каждую черточку, запоминая этот образ. Хотя старик и предупредил, что портрету два года, Клэй сомневался, что у него возникнут трудности с узнаванием. На миниатюре Рейна была в модном изумрудно-зеленом платье с глубоким вырезом. Выражение лица, которым художник наделил ее красивые черты, было почти царственным. Ее волосы цвета воронова крыла, зачесанные от лица вверх, сзади спадали свободным черным шелковистым каскадом на изящные плечи. Клэй понял, что ее глаза были самой привлекательной чертой. Большие, темные и бездонные, это были те глаза, в которых мужчина мог пропасть. Ее телосложение было безупречным, нос – совершенным, губы явно было приятно целовать. Он задумался...

Клэй вдруг осознал, какой оборот принимают его мысли, и стал еще раздраженнее. Может, она и великолепна, но он не хочет иметь с ней ничего общего. Он вдруг напомнил себе, что она за женщина. Это жадная эгоистичная ведьма того же сорта, что и его мать, и он не позволит себе когда-либо забыть об этом. Он найдет ее и отвезет домой, к отцу и любящему жениху, – вот что он с ней сделает.

Разволновавшись и зная, что не сможет отдыхать и веселиться, пока Дейв взаперти, Клэй встал и направился к лошади. На мгновение он задержался, чтобы засунуть портрет дочери Альвареса в седельную сумку, потом взял поводья и легко взлетел в седло. Едва он успел тронуть лошадь каблуками, как услышал вдалеке выстрелы. Клэй не знал, в чем дело, но, похоже, там были неприятности. Пустив лошадь галопом, он устремился в направлении ружейных выстрелов, чтобы посмотреть, что же происходит.

14
{"b":"25213","o":1}