ЛитМир - Электронная Библиотека

Я получил ответ от миссис Ридл, компаньонки леди Маргарет. Она подтвердила, что у моей тети родился ребенок мужского пола через шесть месяцев после свадьбы, и семья представила дело так, будто у нее был выкидыш от законного мужа. Очевидно, Макинтош знал, что Маргарет ждет ребенка, когда женился на ней. Он поставил ей условие, чтобы ребенок был отдан на усыновление, и все устроил сам. Тете не сказали, куда отправлен ребенок, и она обещала не пытаться его искать. Можно ей только посочувствовать. Она, наверно, была в отчаянье, когда Макшейн удрал, оставив ее с ребенком. Я ее прощаю. Сможете ли вы простить своего дядю, решать вам. Признаться, мне трудно найти ему оправдание.

Однако, нет никакой причины наказывать Джоунза. Я навожу справки, чтобы его отыскать. Возможно, он все еще нуждается в помощи. Как мы с вами договаривались в Танбридже, это останется между нами. Если у вас есть какие-нибудь вопросы, вы можете найти меня здесь. Я буду в Парэме в течение некоторого времени. Пожалуйста, сообщите мне, расскажете ли вы об этом мама, чтобы я знал, что можно говорить, а что нельзя, когда ее увижу.

Теперь о делах более приятных. Мама, к моему удивлению, понравился ваш граф Борсини. Она и Бубби собираются ему позировать. Они договорились начать ее портрет завтра после обеда, и он отменяет пока все уроки. Он просил передать вам свои извинения, так как не сможет быть у вас, как вы договаривались. Я уверен, что вы не будете возражать, это нужно для его будущей карьеры. Возможно, нам удастся даже устроить, чтобы ему позировал принц.

Надеюсь, новости относительно вашего дяди не слишком вас расстроили. Возможно, есть и какие-то смягчающие обстоятельства. Я еще пока ни о чем не рассказывал мама, поэтому, когда будете говорить с ней, пожалуйста, имейте это в виду.

Преданный вам Уэйлин".

Я перечитала письмо два раза, потом еще раз, чтобы решить, есть ли в нем что-нибудь, о чем не надо говорить мама. Так как она уже знала или догадывалась, что дядя Барри был самым непосредственным образом замешан в этом деле, я решила показать ей письмо. Несмотря на понимающие ухмылки Стептоу, в письме не было и намека на какие-либо нежные чувства. Уэйлин даже не написал, собирается ли приехать к нам. Я могу застать его в Парэме, если у меня есть вопрос. Он имеет в виду, что я могу написать ему. Это значит, что, даже если он готов простить моего дядю, у него нет желания поддерживать знакомство с нашей семьей.

Мне показалось жестоким с его стороны лишать меня и общества Борсини, тем более так бесцеремонно, даже не посоветовавшись со мной. Разумеется, портрет графини может принести большую пользу репутации Борсини, поэтому я постаралась порадоваться за него. Я отнесла письмо вниз и отдала мама. После того, как она его прочла и переварила все, о чем в нем говорилось, мы долго с ней разговаривали. Ее волновал не Борсини и не властный тон Уэйлина, а совсем другое.

— Значит, Уэйлин узнал правду, — вздохнула она с облегчением. — И не очень сердится. Когда он найдет моего племянника, мы пригласим Эндрю погостить у нас. Будет очень хорошо, если Уэйлин примет участие в его судьбе. Он мог бы сделать его депутатом парламента или найти место на государственной службе. Ты должна уговорить Уэйлина.

— Сомневаюсь, что Уэйлин будет особенно стараться устроить незаконнорожденного кузена.

— По крайней мере, он не собирается преследовать Эндрю из-за денег. Мне кажется, Уэйлин прав, полагая, что были смягчающие обстоятельства. Возможно, Барри не знал, что леди Маргарет ждет ребенка, когда уехал в Индию. Он никогда не был таким подлецом.

— Но он знал, что они не женаты, когда соблазнил ее, мама! Одно это уже достаточно подло.

— Да, конечно. Но она ведь тоже об этом знала. Женщина должна вести себя подобающим образом. Здесь виноват не один Барри.

Бродаган принесла поднос с чаем, и мама вскоре повеселела. Она говорила об Эндрю, как о полноправном члене обоих семей, как будто это уже было дело решенное, хотя мы еще понятия не имели, что это за человек. Я надеялась, что она не будет сильно разочарована.

Вечер показался мне бесконечно долгим. Пока часы не пробили десять раз, я была как на иголках и постоянно прислушивалась, не едет ли карета или не раздастся ли стук в дверь. В десять я поняла, что уже слишком поздно, и Уэйлин не приедет, и отправилась спать.

Утро принесло новую надежду. День был солнечным. Мягкие шарики облаков напоминали взбитые сливки на фоне голубого неба. Я тщательно оделась и просидела целое утро в гостиной, прислушиваясь, не раздастся ли стук дверного молотка. Мама занялась приготовлением комнаты для племянника. У нее никогда не было сына, и она думала об Эндрю с материнской нежностью.

За ленчем разговор шел только об Эндрю. Подойдет ли ему моя верховая лошадь, или нужно подыскивать другую, побольше? Джентльмену непременно нужна верховая лошадь. Но, возможно, она у него уже есть. Мама подождет его приезда и, если Эндрю понадобится лошадь, он сам ее выберет. Она попросит его съездить на западный выгон и посмотреть, не нужно ли его обработать. Может быть, Эндрю захочет перенести двухтумбовый письменный стол из кабинета в свою спальню. Сейчас он там никому не нужен. Она попросит Бродаган распорядиться, чтобы стол перенесли сегодня же.

— Ради Бога, мама, мы ведь еще даже точно не знаем, приедет ли он. Прежде чем отдавать ему стол папа и мою лошадь, давайте узнаем, захочет ли он к нам приехать, и такой ли он человек, которого мы бы хотели видеть в своем доме. Один Бог знает, где и как он воспитывался. Он может оказаться проходимцем, или полным невеждой. Мы ведь его совсем не знаем.

— Я уверена, что он воспитан, как подобает джентльмену.

— Почему вы так уверены? Его усыновление устраивал Макинтош. Едва ли он питал нежные чувства к внебрачному ребенку своей жены.

— Он преподавал в школе, Зоуи, поэтому должен быть человеком образованным.

— Он не преподавал в Итоне или Харроу. Это была школа для бедных, возможно, для сирот. Он жил в одной комнате. Дядя Барри был потрясен, увидев, в каких условиях он живет.

— Да, дорогая но с тех пор Эндрю уже, наверняка, поправил свои дела. Барри ведь отдал ему такие большие деньги.

— И леди Маргарет тоже. Кем бы он ни был, он, конечно, умеет постоять за себя.

— Подумай о сострадании, Зоуи! И не забывай, что он твой кузен!

— А вы не забывайте, что он только племянник, мама. Вы скоро скажете, что ему надо завещать Гернфильд.

— О, не весь Гернфильд, разумеется, — засмеялась она. — Но он должен быть уверен, что всегда найдет здесь домашний очаг.

— Давайте подождем, пока мы с ним как следует познакомимся, прежде, чем объявлять его своим пожизненным квартирантом.

Я уже начала надеяться, что Уэйлин никогда не найдет этого мифического Эндрю Джоунза. Но нельзя сидеть и ждать до бесконечности. Стены Гернфильда начинали давить на меня. Раз Борсини пишет портрет леди Уэйлин, лорд Уэйлин совершенно свободен, но он не потрудился проехать пару миль до Гернфильда. Он ошибается, если полагает, что я буду весь день сидеть дома и ждать его. После ленча я поехала в Альдершот навестить миссис Чотон. Ее не было дома, и я решила заглянуть в магазин художественных принадлежностей и купить кое-какие краски и второй мольберт. Рафферти остановил карету у входа в магазин.

Там было довольно людно, сейчас все дамы увлекаются акварелями. Масляные краски, которые пользуются меньшим спросом, лежат в дальнем углу магазина.

Я проскользнула мимо акварелисток, перебросившись несколькими фразами с теми, кого знала, и направилась к масляным краскам. Когда я подошла ближе, то наткнулась на Борсини, склонившегося над полками и выбиравшего краски.

— Борсини, что вы тут делаете?

— Signorina Баррон! Какой чудесный сюрприз! Я приехал купить материалы для работы над портретом леди Уэйлин. Вы слышали о моем заказе?

— О да, конечно. Примите мои поздравления!

30
{"b":"25217","o":1}