ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 13

Это утро не прошло даром для Джоби, решила Салли Энн, разглядывая его в желтом свете керосиновой лампы. Он был потрясен, по нему это очень сильно ударило. Его обветренное, загорелое лицо побледнело, стало почти серым глаза беспокойно блуждали, вглядываясь в тени в углах комнаты — не скрывают ли они чего-нибудь. Может быть, не совсем подходящее время для поисков призраков в чулане. Какой бы силой ты не обладал, Джоби, тебе от нее нет толку. Отчасти его нервное состояние возбуждало ее. Я позабочусь о тебе, Джоби, предоставь все Салли Энн. Я ненавижу твоего отца и свою мать, но я люблю тебя.

Ее постоянно мучила одна мысль, от которой она не могла избавиться. О, если бы ей удалось тогда остановить Харриэт Блейк, не дать ей придти сюда, предупредить ее греховные намерения. Эта шлюха провела в доме Джоби всю ночь, что могла означать лишь одно — Джоби больше не девственник! Сама мысль об этом разжигала в девушке пламя ревности, раздувала ее ненависть к трупу, покоящемуся на кладбище в Хоупе. О, я отомстила, но слишком поздно, плоть, которой я желаю, уже осквернена. Но это не помешает нашему союзу, соединению двух сил, которые порождены одним и тем же семенем, и мощь этого союза будет непреодолима.

— Только десять кур погибли сегодня утром, — Джоби, очевидно, все еще думал о несчастье в курятнике. — Нам еще повезло.

— Я рада — из-за папы, — она повернулась, чтобы согреть ладони над огнем, не желая, чтобы он увидел выражение ее лица. — Он охвачен этой безумной идеей — добиться, чтобы куры несли яйца с низким содержанием холестерина, ничто другое его не интересует. Он подло вел себя с моей матерью последние двадцать лет. Не в том смысле, что по-свински относился к ней, гулял или колотил ее, как делают другие, нет, он просто игнорировал ее полностью. Он, вероятно, совершенно равнодушно воспримет ее смерть, разве что некому станет готовить ему еду, а уж я его домохозяйкой быть не собираюсь. Знаешь, мама ведь при смерти.

Джоби непонимающе уставился на нее.

— О, я это знаю, да и она, конечно, догадывается, что же касается папы, то он считает, будто у нее просто надоедливый кашель, который со временем пройдет.

— Не лучше ли тебе вызвать врача?

— Это уж ее дело, — горькая полуусмешка. — Да он, вероятно, и не сможет ей помочь, может быть, пропишет только болеутоляющее. Между прочим, Джоби, — Салли Энн совершенно внезапно перешла на другую тему, следуя своей привычке намеренно заставать других врасплох. — Я думаю, что Харриэт Блейк была здесь в ту ночь, перед смертью, перед тем, как ее нашли мертвой в ее доме.

Джоби сильно вздрогнул, еще больше побледнел, стал заикаться.

— Да... я... она зашла, у нее была депрессия. Ей нужна была компания.

Салли Энн повернулась к нему от огня, и глаза ее, казалось, стали еще зеленее, они горели с яркостью дорожного светофора.

— И вы занимались любовью. — Это было утверждение, не вопрос.

Джоби попытался силой отвести свой взгляд, но это оказалось невозможно; губы его шевелились, но слов не было слышно.

— У вас было... половое сношение, — прошептала она раздраженно, и ему показалось, будто свет от вонючей керосиновой лампы потускнел, что тени сгустились.

— Да, — односложно ответил он.

— Я думала, что это должно было произойти. — Теперь она успокоилась и расслабилась, но не улыбалась. — А неделю назад ты уходил куда-то на всю ночь.

Сердце у Джоби оборвалось, словно упал тяжелый молот. Перед глазами все поплыло, но эти пронизывающие его зелены глаза он видел отчетливо. Давай, скажи мне, Джоби, потому что я хочу знать. Ты не можешь ничего утаить от меня, так же, как ты ничего не мог скрыть в детстве от матери.

— Я знаю, ты куда-то уходил, — она настаивала на его ответе, мягко, но упорно, словно опытный следователь. — Мне известно о тебе почти все.

— Я пошел в город... нашел проститутку... мне было нужно.

— Ах так... понимаю. — Внезапно ее давление на него уменьшилось. Он сказал ей все, что она хотела знать. Выражение ее лица было отсутствующим, скрывающим ее самые глубокие чувства. — Последнее время тебе страшно не везет, Джоби. Думаю, это все потому, что ты один и слишком много думаешь о призраках. И этот Элли ничего хорошего тебе не принес. Если хочешь знать мое мнение, так это он все время пел о тех вещах в чулане, и ты в конце концов поверил в них сам.

— Он предложил помочь мне. Он придерживал лестницу, пока я лез на чердак.

— Разумеется. Ты поднимись туда и посмотри, Джоби, а пока тебя не будет, я открою дверцу чулана и еще раз напутаю тебя, когда ты спустишься.

— Я... у него не было никакого повода, чтобы...

— Джоби, не верь этому. Мальчишки любят пугать своих взрослых приятелей, после этого они кажутся себе взрослее. Но мы можем сегодня раз и навсегда покончить с этим мифом, Джоби. Я зайду в этот чулан, а ты меня там закроешь!

— Нет! Я сам пойду...

— Я туда пойду. Ладно, чем больше мы говорим об этом, тем больше пугаем себя. Я хочу пойти туда прямо сейчас. Закрой за мной дверь и открой тогда, когда я постучу. Ясно?

Он кивнул; внезапно ему стало плохо, захотелось схватить Салли Энн, которая уже шла к чулану, оттащить ее. Он еле смог вытащить стул из-под задвижки. Она щелкнула, как бы протестуя, но дверь не открылась. Он во все глаза смотрел на Салли Энн, невольно прося у нее прощения за Харриэт и Шину. Прости меня, пожалуйста, Салли Энн. Я был с ними только потому, что представлял тебя на их месте.

— Ты готов? — Она подняла засов, и дверь медленно, со скрипом начала отворяться. Джоби весь напрягся, тело его оцепенело, словно натянутый стальной трос. Не ходи туда, Салли Энн. Я не хочу, чтобы ты шла туда.

И в этот миг гнилой запах ударил ему в нос, он был сильнее, чем когда-либо, более зловещий; какое-то физическое, но невидимое существо коснулось его ледяными пальцами, вызвав отвращение, приведя его в ужас.

— Ну же, закрой дверь. — Голос Салли Энн как будто отдавался эхом внутри чулана, звучал намеренно небрежно, шутливо упрекая его за нерасторопность. Каким-то образом ему удалось заставить свои руки подняться, ухватиться за дверь. Она была тяжелая, никогда раньше она не казалась ему такой массивной; этот неодушевленный предмет сопротивлялся ему, словно обладал собственной волей. Противостоящая сила, почти такая же неподдающаяся, как и входная дверь. Он толкал ее плечом, чувствуя, как пот течет по лбу. Перед тем, как дверь подчинилась ему, он в последний раз взглянул на Салли Энн, увидел лишь пару светящихся зеленых глаз, наблюдающих за ним. Ты ничего не скроешь от меня, Джоби, даже не пытайся. Щелчок, дверь закрылась, и Салли Энн не было с ним больше.

Он невольно потянулся за стулом, чтобы прищемить дверь, но вспомнил, что на этот раз необходимости такой нет. Если дверь распахнется, то оттуда выйдет Салли Энн; заперев ее там, он как будто замуровал ее в гробнице. Навсегда.

Тот запах все еще чувствовался в комнате, теперь уже не такой сильный, но достаточно отвратительный, чтобы заставить Джоби сморщить нос; напомнить ему о его страхе, о чувстве вины. Трус! Это тебе надо было пойти туда. Нет, она сама хотела этого, а она всего добивается, чего хочет. Там все равно ничего нет, вообще ничего. Воображение, всякие бредни, выдумки Элли Гуда. Вот противный мальчишка. И все же он потянулся за гитарой, взял ее в руки. На всякий случай.

Салли Энн на секунду закрыла глаза, когда дверь со щелчком захлопнулась, глубоко вздохнула. Ей надо привыкнуть к атмосфере, к холоду и к непреодолимой вони. Это был запах зла, это так, она узнала запах разложения, накопившийся в течение веков. На внутренней стороне двери не было задвижки, она это проверила, когда дверь закрылась. У нее возникло чувство страха перед замкнутым пространством, она была словно беспомощная пленница; странное ощущение, похоже на сексуальное возбуждение. Я беспомощна, ты можешь делать со мной все, что хочешь. Потом она снова открыла глаза и стала всматриваться в темноту, чувствуя, как та начинает обволакивать ее, как что-то бесшумно движется вокруг нее.

32
{"b":"25233","o":1}