ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она отряхнула плащ, взмахнула волосами и повернулась к большому окну, стекло которого было покрыто трещинками, будто по нему саданули кирпичом, да не выбили. Элиана указала на обычный дом напротив.

– Там ты ее найдешь, – сказала она тихо, – в одной из комнат на шестом этаже. Сейчас Потрошителя нет, но она скоро придет. Это ее убежище. Там она считает себя в безопасности.

Элиана обернулась к Раману. В ее глазах отражались огоньки уличных фонарей. Высоченные шпильки настолько увеличивали ее рост, что она могла посмотреть Раману в глаза, лишь чуть-чуть приподняв подбородок. На ее губах играла слабая улыбка.

– Будь осторожен.

– Почему?

Элиана снова посмотрела через улицу:

– Потрошитель – нечто очень оригинальное. Это я разглядела в ее ауре. Она очень сильна. Очень опасна.

– В чем заключается опасность?

Элиана чуть повернула голову, посмотрела на него искоса, но ничего не сказала. Ну вот, и так – каждый раз!

40

Тикки свернула с улицы, вошла в дом в северо-восточном Филли и на мгновение остановилась в вестибюле. Стоящий на лестнице парень с ярко-оранжевыми волосами и зубами окинул ее взглядом и опустил ствол дробовика. Тикки смотрела на него еще несколько мгновений, а потом пошла к лестнице. Она не любила людей, которые наводят на нее стволы, даже если это их работа.

Вечер прошел хорошо. Адама изложил ей план предстоящего убийства якудза Беннари Охаши. План был хорош. Тикки не сомневалась, что справится с заданием без особых хлопот. А сомнения, возникшие у нее относительно самого Адамы, были самым обычным проявлением мании преследования. Адама – такой же хищник, как она, он ее не продаст. Он находит слишком большое наслаждение в убийстве, чтобы восстать против нее. Что же случилось с ее головой? Как она могла заподозрить Адаму в вероломстве? Сколько она ни думала, так ни до чего и не додумалась. Наверное, она сошла с ума. Рехнулась.

Тикки добралась до шестого этажа, открыла дверь и шагнула в холл. Странный запах заставил ее замереть на месте. Понять, что это за запах, она не успела – ее ударили сзади и сбили с ног.

Что это? На нее напали! Это засада! Ударили по затылку, и теперь какая-то невероятная тяжесть прижимала ее к полу, выдавливая воздух из легких.

Еще до того, как она попыталась оказать сопротивление, тяжкая леденящая боль откуда-то от правой почки поползла вверх по спине, все сильней и сильней. По телу разлилась слабость, от боли помутилось сознание.

Она слышала удары собственного сердца… глохнущие в тишине…

Раман вложил лезвие в ножны на запястье и поднялся на ноги. Нет сомнений, эта истекающая кровью тварь на полу – Потрошитель. На ней приметная красно-черная раскраска и одежда из синтетической кожи. Страшные раны от плеч до бедер говорили сами за себя – ей хана. Ее не оживит никакой реанимобиль, ножи Рамана наносят слишком большие, слишком опасные раны. Потрошитель мертва. Работа окончена.

Красноречивое подтверждение того, во что он всегда свято верил: невидимок не бывает. Не бывает сверхосторожных, сверхбыстрых и сверхумных. От смерти нет иммунитета. На каждого убийцу найдется свой палач. Точно так же его самого могла убить эта Потрошительница – если бы она получила такое задание до того, как Раман отправился на охоту.

Раман повернулся было к лестнице, чтобы уйти, но, услышав какой-то звук, остановился. Хриплое дыхание и скрип синтетической кожи… Он оглянулся и увидел нечто невероятное – Потрошитель стояла, опираясь на одно колено, сжимая в руке ствол тяжелого автоматического пистолета. Прежде чем Раман успел метнуть нож из-под полы куртки, пистолет грохнул, и первые пули вонзились ему в ребра.

Он отшатнулся, не веря в происходящее…

Пистолет выпускал очередь за очередью.

Ощущение было такое, будто ее спину изодрали в куски. Боль была страшная, но ей случалось справляться и с худшим. Тикки умеет быстро восстанавливаться. Силы постепенно возвращались. Мешали слезы, но и это можно пережить.

«Канг» щелкнул – опустела обойма.

Тикки прислонилась к стене, потому что ее зашатало, выбросила пустую обойму и, прежде чем та коснулась пола, свободной рукой загнала новую. Ее поведением сейчас управляла режущая боль в спине, руки действовали автоматически – она передернула затвор и снова открыла огонь. Треск выстрелов превратился в гром. Ее преследователь, здоровяк в синтетической коже, отшатнулся к стене в конце коридора. Она продолжала стрелять. Кровь брызгами заливала стены. Киллер упал на одно колено, а она все продолжала вести огонь. Опустела еще одна обойма. Тикки вбросила в рукоять новую, передернула затвор, подняла ствол и снова стала стрелять. У нее в карманах еще по меньшей мере две полные обоймы, и она, черт подери, намерена показать, что всякий, кто посмеет поднять на нее руку, будет мертв, мертв… мертв… мертв… мертв…

И тут случилось невероятное. Неужели у нее галлюцинации? Ничего подобного она никогда не видела. Это видение было настолько правдоподобным, что Тикки охватил самый настоящий ужас.

Ее убийца менялся. Тело стало содрогаться и пульсировать, лицо киллера превратилось в покрытую мехом кровавую маску, глаза – в огромные шары, горящие красным огнем. Его нос и нижняя челюсть вытянулись, зубы превратились в клыки. В промежутке между двумя плевками «канга» тело киллера вдруг вытянулось и расширилось, обрывки одежды полетели на пол. Руки превратились в массивные лапы, появился длинный извивающийся хвост. Тикки потерла глаза свободной рукой, но призрак не исчез. Она как будто стояла перед зеркалом и стреляла сама в себя, в то, как она выглядит в своем естественном обличье.

Этого не может быть!

Фантастическое существо с рычанием рванулось вперед, оно мчалось, чтобы сшибить ее с ног, и пахло от него ее собственным запахом. Больше она ничего не смогла учуять. Грохочущий пистолет внезапно смолк – обойма опустела, страшное оружие превратилось в игрушку.

Она отшатнулась, и «канг» выпал из ее рук, а зверь врезался в нее, сбив с ног.

Сумасшедшая боль привела его к еще большему сумасшествию, придавая ему иную, животную форму.

71
{"b":"25249","o":1}