ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он не отрывал от нее взгляда. Неужели она на самом деле считала, что так может быть? Или она старалась сбить его с толку?

Я это достаточно скоро узнаю, поклялся он в душе, продолжая спускаться по тропе.

– Я беспокоюсь за профессора. Если это сделали посторонние, то он и члены группы в опасности.

В голову Джессу пришла хорошая мысль. Как бы он хотел иметь сейчас радио!..

– Нам только и остается верить в то, что они в безопасности лишь в том случае, если они вместе.

Он старался убедить себя в этом с той же настойчивостью, с какой убеждал ее.

– Взрыв произошел, когда все были в другом месте. Я сомневаюсь, что любой, кто бы это ни сделал, хотел испачкать руки в крови.

– Надеюсь, ты права.

Когда они подошли к развилке дороги, Джесс замедлил шаги.

– Мы потеряли время. Но нам лучше по-прежнему оставаться вместе, и настороже. Мы не знаем, насколько далеко вверх по каньону он ушел.

Осень кивком головы выразила свое согласие и продолжала идти молча. Были слышны только звуки гравия под ногами и время от времени скрип сырого песка.

Примерно через пять миль каньон стал шиpe, и стало легче избегать зыбучих песков.

Наконец они добрались до того места, где скалы, обступившие каньон, стояли шире и уже не были так высоки. Джесс остановился.

– Эта часть ущелья готовит нам сюрприз, – проговорил он.

Джесс вытер лицо и шею разноцветным носовым платком, когда она подошла к нему.

– Здесь, по крайней мере, дюжина боковых каньонов, где можно спрятаться, – сказал он, внимательно изучая гористую местность.

Заросли кустарника терялись из виду вдали, превращаясь в ломаную линию, обозначавшую русло реки. Крутые стены продолжали охватывать восточную часть каньона. Но к западу, скалы превращались в нагромождение обломков, а скалистые уступы – идеальное место, чтобы прятаться.

– Откуда мы начнем? – Нотка изнеможения прозвучала в голосе Осени, когда она проследила за его взглядом и увидела то, что им еще предстояло обследовать. – И потом – почему бы нам не остановиться и не передохнуть? – предложила она. – А затем мы пересечем ущелье и посмотрим, нет ли там каких-то доказательств того, что он шел здесь. Тут нам будет легче скрыться, потому что кругом скалы.

– Звучит хорошо. Мы не сможем идти в таком темпе долго. – Он вытер свободным концом рубашки крышку от термоса и передал ей. На какое-то мгновение ей пришло в голову, что он согласится на ее предложение. Непохоже на большинство мужчин, которые всегда борются за то, чтобы лидировать. Но пока Джесс безоговорочно принимал ее идеи и теории. То ли он опекал ее, то ли действительно думал, что ее соображения имеют некоторое преимущество.

Осень смотрела на его загорелое лицо, окаймленное темными волосами, которыми играл ветерок. Она закрутила крышку термоса, вернула ему и двинулась к скалам.

– Пошли. Мы сможем там отдохнуть.

Они брели по извилистому пути, изнемогая от послеполуденной жары. Через час они бросили свои рюкзаки в расселину и направились на поиски.

Никто из них не проявил особенного энтузиазма. Длинные тени пересекли усеянное камнями дно каньона, когда, наконец, Джесс решил остановиться. Они оставили винтовку и термос внизу, и стояли на высокой круче обломков спиной к крутой скале. Она смотрела на буйство красок в поднебесье. В любое другое время живописные лучи заходящего солнца, подчеркивающие великолепие красных и оранжевых скал, захватили бы ее воображение. Но не сегодня вечером. Сегодня нагромождение бед и тревог подавляло ее чувства. Ей нужно, чтобы хоть немного сил осталось на длинную ночь, которая предстояла впереди, когда ей придется оставаться все время начеку, карауля вооруженного бандита.

– Мы не заметили никаких признаков человеческого присутствия с тех пор, как попали в это широкое место каньона, – сказал Джесс. Уставший голос его таил отчаяние.

Он сел на скалу пониже ее. Ноги, обтянутые джинсами, поцарапанные и в синяках, раскинуты вольно, рука потирает ушибленное плечо. Вздох сочувствия сорвался с ее губ, когда она взглянула на него.

– Он где-то здесь… – сказал он почти про себя. – Его следы ведут сюда, но не возвращаются.

– А что, если он прошел каньон насквозь? – Осень сняла шляпу и встряхнула тяжелую массу волос. Она почувствовала легкий ветерок, словно дыхание с небес, когда он охладил влажные пряди около висков. Она пропустила пальцы сквозь спутанные волосы.

– Он вернется.

– Тебе не кажется, что он уже сделал свое дело и больше не придет?

– Он вернется, – убежденно повторил Джесс. – Кто бы здесь ни был, он действует не один. Он приведет себе подмогу.

Опять она взглянула в каньон. Ничто там не двигалось. Только ветки кустов покачивались от вечернего ветерка.

– Ты думаешь, они придут за реликвиями?

– Возможно. Или, может быть, они захотят не терять нас из виду.

Эта идея ей не понравилась. Было ясно, что он уже разгадал ситуацию – не то, что она. Он стоял, крутя в руках шляпу возбужденный и раздраженный.

Осень в последний раз взглянула на каньон. Ее глаз уловил тень движения в отдалении. Она затаила дыхание, когда увидела, как орел расправил свои огромные крылья и поднялся с горного уступа.

В его острых когтях бился кролик, отчаянно пытавшийся вырваться.

Ее сердцебиение участилось: может быть, это был добрый знак, и они тоже настигнут свою добычу?

Орел резко крикнул.

Осень стояла, прикрыв глаза рукой от блеска, заходящего солнца.

– Осень.

Она опустила руку и посмотрела на Джесса. Голос его звучал натянуто, и когда она увидела выражение его лица, то поняла, почему. Его взгляд оценивающе скользил по ее телу. Осень стояла не в силах пошевельнуться, борясь с ответными волнами, достигавшими каждой части ее тела, которого касался его взгляд. Ветерок приподнял ее волосы, и они окутали ее.

Джесс с трудом глотнул и оторвал от нее взгляд. Она снова задышала спокойней.

– Мы сделаем крюк и расположимся лагерем у входа в теснину. Он не сможет миновать нас. Если он вернется за тюком, мы узнаем об этом.

– Неплохо придумано, – согласилась она.

– Тогда хватит размышлений, – проговорил Джесс. – Давай сходим за багажом и пойдем устраивать лагерь. Я устал и хочу есть, – сказал он, спускаясь вниз.

Дружеские огоньки, пляшущие в его глазах, улучшили ее настроение. С неожиданным приливом энергии она спрыгнула вниз на мягкий песок.

– Не двигайся!

Резкая команда разорвала воздух. Она замерла. Каждый мускул был настороже. Осторожно она подняла глаза и посмотрела на Джесса. Он стоял, готовый к схватке. Нож в его поднятой руке блестел в последних лучах солнца. Ее сердце глухо стучало.

– Не двигайся! – повторил он с убийственным спокойствием.

11

Ужасный треск прозвучал позади нее. Она с трудом удержалась, чтобы остаться на месте. Осень сосредоточила взгляд на блестящем лезвии так, чтобы знать, когда он бросит нож. Может быть, если она будет проворна, то сумеет отпрыгнуть.

Его рука поднялась выше, и настал решающий момент. Она оставалась неподвижна. Нож просвистел мимо нее – мимо ее ноги – и воткнулся в песок. Мгновенно она прыгнула и, повернувшись, увидела извивающуюся змею, которую нож пригвоздил к земле.

На смену ужасу пришло облегчение. На какое-то мгновение она подумала, что ее сейчас вырвет. Руки Джесса обхватили ее плечи, и она оперлась на него.

– Это гремучая змея. – По его голосу было похоже, что он потрясен не меньше ее.

Она едва могла говорить, но в какой-то мере звук собственного голоса успокаивал ее натянутые нервы.

– Ты попал в цель – и, слава Богу. – Наконец змея затихла, и Осень отвернулась.

Он сжал ее крепче.

– Ты в порядке?

Откинув голову назад, она всматривалась в его лицо.

– У меня на мгновение мелькнула мысль, что ты целился в меня.

– Я знаю. Что заставило тебя довериться мне?

– Сама пытаюсь это понять.

36
{"b":"25250","o":1}