ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Она сунула камень в пояс к нескольким другим мелочам, которые успела отобрать, и махнула стволом своего оружия.

— Куда теперь?

— Но это... — пискнул было Ивард, царапая ногтями ленту келли, словно присосавшуюся к его запястью. Она отчаянно жгла кожу.

Ивард заметил, что Крисарх с Монтрозом переглянулись, и Брендон чуть заметно сменил позу.

— Я позабочусь об этом, когда мы вернемся на борт, парень, — сказал наконец Монтроз. — Пошли.

Крисарх с сосредоточенным видом повел их куда-то через зал. Ивард старался не отставать, но внимание его то и дело отвлекала лента на запястье.

Они прошли мимо мертвого охранника, так и свисавшего с лестницы; маленькое, аккуратное обугленное отверстие чернело на его мундире прямо в центре вышитого на груди красного должарианского кулака. Брендон откинул еще одну портьеру, за которой обнаружилась еще одна узкая дверь, помедлил и повернулся к Вийе. Эйя стояли за её спиной, не шевелясь.

— Этот ход должен вывести нас к старым гегемонистским темницам, — сказал Крисарх. — На каком расстоянии они ощущают присутствие людей?

— Они определяют точное местонахождение и количество на расстоянии до ста метров — стены для этого не препятствие. На большей дистанции они могут уловить присутствие и самые сильные эмоции, но не более того.

— Но они не могут отличать своих от чужих?

— Они могут только отличить людей от других рас. Будем исходить из того, что любой встречный — враг.

Он кивнул и, раскрыв дверь, пропустил остальных на верхнюю площадку узкой винтовой лестницы. Потом в последний раз оглянулся на разграбленный зал, отпустил портьеру и повел их вниз по гулким стальным ступеням.

Ивард почти сразу же безнадежно отстал. Он пытался идти быстрее, но весь хлам, который он тащил под одеждой, колол и царапал кожу, а к этому добавлялось еще и жжение от этой проклятой зеленой штуки на запястье.

— Ивард! — откуда-то из темноты вынырнула Грейвинг. — Ты можешь идти быстрее?

— То, что я набрал... — выдохнул он и тут же почувствовал, как её руки ощупывают его тело.

— Выкинь часть. У тебя и так хватит на то, чтобы купить два таких корабля, как «Телварна».

— Это не мое... Тут еще доля Марим... — Он зажмурился, когда она рывком расстегнула молнию его комбинезона, но по крайней мере самые болезненные из колючек исчезли. Потом послышалось постукивание — это сестра аккуратно расставляла вынутые предметы по краю ступенек.

— Вот так, — мрачно прокомментировала она. — С Марим я разберусь сама. А теперь бегом!

Она положила руку ему на плечо, легонько подтолкнула вперед, и он чуть не свалился с лестницы. Однако скоро он уже слышал голоса остальных. Они с Грейвинг нагнали основную группу, когда Крисарх задержался у новой двери.

Он поколдовал с пультом, потом повернулся к остальным.

— Оружие наготове? — мягко спросил он. — Что ж, пошли, повеселимся.

* * *

— Как вы смели до сих пор не найти этот корабль? — рявкнул Барродах крошечному изображению Рифеллин на экране коммуникатора. Правую руку он старательно держал вне поля зрения камеры.

— Я же вам сказала, пешж ко'Барродах: у меня не хватает людей управляться с этим Узлом. Большинство панархистов отказываются нам помогать, а от тех, что согласились, вреда больше, чем толку; если они не бездари, значит они сознательно идут на саботаж. Я лично расстреляла двадцать три штуки, прежде чем полностью выгнала их с Узла.

Барродах яростно оскалился в ответ на минимально допустимое обращение к нему. Впрочем, время подстроить её падение еще не пришло.

— При уничтоженных системах Щита моей первейшей обязанностью является контроль за орбитальным пространством, а также за нашими так называемыми союзниками, — продолжала женщина с глазами, холодными от презрения. — Что же касается этого вашего корабля, все, что нам известно, — это то, что он ушел на посадку где-то совсем недалеко от вас; программа избирательного слежения выведена из строя одним из саботажников, так что нам приходится проверять изображения с каждого спутника вручную.

Рифеллин замолчала, глядя на что-то, не видимое Барродаху.

— Я дам вам знать, если что-нибудь обнаружится. А сейчас у меня есть дела поважнее.

Экран погас, и бори вскочил на ноги.

Ну погоди еще, Рифеллин. Придет и твоя очередь.

Он метался по небольшому кабинету, который выбрал себе на одном из подуровней Малого Дворца; впрочем, сдержанная элегантность интерьера не произвела на него никакого впечатления. Вдруг до него дошло, что он снова крутит висящий у него на пальце мастурбатор, и он поспешно убрал руку. До сих пор не нашлось никого, кто знал бы, как он снимается.

Его лицо вспыхнуло при воспоминании о саркастической улыбке Эводха, с которой тот встретил его просьбу извлечь из Омилова помимо информации о Сердце Хроноса и секрет мастурбатора.

— Твой рушж ни-синаррх меня не касается, — ответил тот, использовав вульгарный должарианский синоним слову «рукоблудие». И тут же усугубил оскорбление, отказав ему в просьбе присутствовать при работе над гностором.

Бори отогнал воспоминание и вернулся к коммуникатору.

— Свяжите меня с Ферразином.

Спустя несколько секунд на экране появилось жирное, вспотевшее лицо техника по системам управления.

— Да, сенц ло'Барродах?

— Доложите о своих успехах.

Техник судорожно сглотнул.

— Мы выявили большинство алгоритмов систем наблюдения, но еще не пытались взломать банки информации. Мы вынуждены действовать осторожно, чтобы не активировать н-новый вирус.

— Тебе не потребовалось и половины этого времени, чтобы разобраться с сетями Дворца и темниц, — буркнул Барродах.

Техник вспыхнул и начал заикаться еще сильнее.

— Это б-было сделано в-вручную; м-мы п-п-просто ф-физически в-в-вырубили сети. И д-даже т-т-так с-си-стема п-пытается восстановить с-связи. А эта г-гораздо с-сл-сложнее, н-но я уверен, ч-что...

Барродах поморщился.

— Свяжешься со мной, когда у тебя будет что-нибудь получше оправданий. И не заставляй меня самого искать тебя.

Бори отключил связь и устало опустился в кресло. Силы, которыми они располагали вначале, оказались уже опасно истощены, а прибытия свежих подкреплений с Должара можно было ожидать не раньше, чем через несколько недель; проклятый мирный договор запрещал им строить корабли, так что в вопросах транспорта они почти полностью зависели от союзников-рифтеров.

Он еще раз проанализировал ситуацию, пытаясь выявить уязвимые места. Панархисты, не успевшие покинуть Мандалу на первой стадии боя, были изгнаны после ликвидации их правительства в те три дворцовых сектора, системы контроля которых остались неповрежденными. Так что с этим проблем не ожидалось.

Зато в секторе, занятом теперь должарианцами, все было не так просто. До тех пор, пока системы обслуживания опознавали их как захватчиков, они отказывались реагировать на их приказы, так что датчики и идентификаторы Малого Дворца и помещений, прилегающих к Залу Слоновой Кости, где разместился должарианский контингент, приходилось держать отключенными. Более того, узнав о непрекращающихся попытках систем самовосстановиться, Барродах отдал приказ уничтожить все датчики в камерах, где содержались в ожидании отправки на Геенну Панарх и члены его Высшего Совета. Даже теперь ручное управление самыми элементарными обслуживающими системами было сопряжено с риском спровоцировать непредсказуемую ответную реакцию.

— Не забывайте, — с опаской в голосе говорил ему Ферразин, — что эта система в её нынешнем виде существует уже несколько сотен лет. Она настолько сложна и запутана, что я не уверен, знает ли хоть кто-нибудь, как она действует. Собственно, — добавил он, и на жирном лице его появился неподдельный ужас, — если бы не Запрет, я сказал бы, что эта система разумна!

Впрочем, как бы ни относился к этому толстый техник, Запрет волновал Барродаха очень мало. А вот то, что они — пусть и временно — остались без автоматического наблюдения, заставило его расставить охрану не только в Малом Дворце — как того требовал обычай для охраны Аватара — но и в секторе Слоновой Кости.

83
{"b":"25251","o":1}