ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

С растущим волнением она отдавала себе отчет в том, что Пожиратель Солнц не только сила врага, но и его слабость. Эсабиан пожертвует всеми своими планетами, лишь бы защитить его. Флот в любом случае должен будет перегруппироваться и собраться здесь, в Аресе, чтобы атаковать Пожиратель Солнц, когда его наконец найдут. Должар неизбежно заметит это передвижение и, добавив к этому то, что сумеет почерпнуть из утечек информации (точнее, дезинформации), придет к выводу, что Флот уже обнаружил Пожиратель Солнц.

Марго улыбнулась. Если они рассчитают все правильно, предварительно разгадав код неприятельской связи, движение вражеских кораблей, которые Эсабиан начнет собирать для отражения атаки на Пожиратель, непременно наведет на место, где его прячут. Если только работа таких ученых, как Омилов, не поможет засечь Пожиратель еще раньше.

Марго задумчиво смотрела, как гностор вернулся на свое место, и слово опять взял адмирал Найберг. Себастьян Омилов покинул двор совершенно неожиданно десять лет назад, и ее патроны полагали, что он стал побочной жертвой дела Л'Ранджа. Марго знала его недостаточно хорошо, чтобы полностью положиться на его профессиональное суждение, но не было сомнений в том, что Найберг глубоко его уважает. Поддержит ли адмирал Омилова? И кого поставит во главе исследовательского проекта? Если рассматривать происшедшее с чисто политической точки зрения, возглавить проект, конечно же, должен Омилов.

Марго тихонько вздохнула. Ох уж эта политика. Присяга может увлечь человека на странный путь, но, если судьба Флота в конечном счете зависит от успеха Себастьяна Омилова, она должна знать, можно ли доверять этому гностору. Она использует все свои источники, но узнает это.

— ...Марго О'Рейли Нг проведет разбор сражений при Тремонтане и Артелионе, осветив новую тактическую реальность, навязанную нам вражеским оружием и связью.

Марго все это время краем уха следила за речью Найберга и теперь пресекла свои политические экскурсы. Адмирал повернулся к ней:

— Капитан Нг.

Встав, она с удивлением увидела, что адмирал уступил ей место на кафедре, и заметила также, что этот факт не ушел от внимания офицеров и аналитиков в зале. Теперь они выслушают ее со всем вниманием.

— Благодарю вас, сэр. Сейчас вы увидите сводку наших действий при Тремонтане и Артелионе, составленную из многочисленных записей, взятых с разных кораблей. Мы просмотрим материалы, а затем повторим процесс, чтобы каждый из вас мог перевести заинтересовавшие его фрагменты на свой пульт. Вы имеете возможность обращаться с вопросом ко всем, кто занимает места на возвышении, посредством специально приспособленных для этого клавиш. Подчеркну несколько пунктов, которые мы все должны иметь в виду, чтобы использовать эту информацию с наибольшей пользой. Первое и самое очевидное: вы увидите не сырой материал, а подборку, сделанную нами на основе своего боевого опыта. Возможно, мы были пристрастны, и я предлагаю вам просмотреть полную запись на засекреченных пультах, которые будут предоставлены вам позже. Быть может, вы заметите подробности, которые ускользнули от нас как во время боя, так и после.

Мне хотелось бы также напомнить, что, хотя в истории человеческих войн не раз применялось секретное оружие всякого рода и оно не раз решало исход сражений, войну ни одно из них не выиграло. Иногда мощь оружия переоценивали, иногда — и я полагаю, что это как раз наш случай, — сторона, имеющая новое оружие, недостаточно овладела им, чтобы успешно включить в свою тактическую доктрину. Должар вынужден был хранить в секрете Пожиратель Солнц во время подготовки к войне, и это дурно сказалось на тактической готовности рифтерских союзников — они недостаточно хорошо приспособились к новому оружию и средствам связи.

Думаю также, что при просмотре вам станет ясно, что главный должарский тактик, кювернат Ювяшжт, чей стиль знаком многим из вас, совершил фундаментальную ошибку. Он строил свою тактику, опираясь на возможности урианской техники, хотя ему скорее бы следовало выявить ее недочеты и стараться выполнить свою задачу, невзирая на них. Это нужно будет рассмотреть подробнее.

И наконец, философский аспект. Еще задолго до Исхода было доказано, что тоталитарные режимы, такие как Должар, служат гарантией серьезных научно-технических ошибок. Только свобода обсуждения, существующая в либеральном обществе — какая бы неразбериха ей ни сопутствовала, — может воспрепятствовать им. Не знаю, так ли обстоит дело в нашем случае, но такая возможность есть. Этим должны будут заняться специалисты по моральному саботажу.

Марго набрала код на своем пульте. Дипласт позади нее затуманился, и на нем появился участок космоса с разбитым «Прабха Шивой», отразившийся у Марго на экране. Перед зрителями вновь разыгрывалась заново скомпонованная и отредактированная битва при Тремонтане. Марго скоро была вознаграждена многочисленными запросами, поступающими с пультов в зале. Она принимала их с благодарностью — они отвлекали ее от эмоций того дня, которые тоже проигрывались заново, став еще сильнее в результате сокращений.

Битва при Артелионе далась ей еще тяжелее. Она боролась с горем, вновь наблюдая за отчаянной атакой «Фалькомара» на «Кулак Должара», и старалась отвлечься, следя за тем, на что обращают особое внимание офицеры и аналитики. Ее привлекла необычайная конфигурация калейдоскопа тенноглифов на одном из пультов, и она в изумлении остановилась. Пульт принадлежал Эренарху.

Она посмотрела в зал. Молодой человек перебирал пальцами по клавиатуре с напряженным, почти суровым лицом. Она стала следить за его действиями по пульту, и ее подсознательное предубеждение рассеялось при виде такой умелости. Некоторые из его построений были наивны, но они обещали многое — для тактической зрелости ему недоставало только шлифовки на тренажерах и участия в боевых действиях.

Более того, она убедилась, что Брендон лит-Аркад и в стратегии понимает. Он сводил наиболее сложные свои тенноглифы в постоянную матрицу, где они проходили целую серию видоизменений, основанных, судя по всему, на классической стратегической семиотике типа «цусима». Те десять лет, что прошли после его исключения, он, очевидно, провел не только в пьянстве и разврате, как утверждали слухи.

Внезапно он поднял глаза и встретился с ней взглядом. Ее почти загипнотизировала их напряженная голубизна, но он, казалось, не видел Марго. Его взгляд ушел в сторону, освободив ее, но оставил смятение в ее мыслях. Все ее политические расчеты пошли прахом. Надо будет заняться Омиловым-младшим вплотную и выспросить, что он видел за те несколько недель, которые провел с наследником.

Пульт требовал внимания, и она вернулась к насущным делам, но теперь присутствие молодого человека в простом голубом камзоле застилало горизонт ее мыслей, как отдаленная гроза.

* * *

Адмирал Трунгла Найберг переживал трудный период. Война превратила станцию Арес из безупречно отлаженной космической базы в приют для умалишенных аристократов, в переполненный котел, бурлящий интригами, междоусобицей и ядом. Население с пятидесяти тысяч возросло почти вдвое, и поток беженцев все не прекращался. Чуть ли не каждый день поступали новые со своим набором проблем.

И что хуже всего, адмиралу за неимением конституционного правительства не с кем было разделить свое бремя. Должар напрочь подорвал механизм дулуского правления. Новый Эренарх — величина неизвестная, практически не обладающая властью, и один Телос знает, как скоро из обломков выплывет новый Малый Совет. А здесь, на Аресе, есть такие лица, которых адмирал, будь его воля, никогда не допустил бы к власти.

Найберг хмуро смотрел на большой, во всю стену, дипластовый экран у себя в кабинете, не находя утешений в показанном на нем виде Колпака сверху. Массивная металлическая плоскость, испещренная ремонтными ямами, светилась багрянцем в лучах красного гиганта, чье гравитационное поле защищало станцию от гиперснарядов. На переднем плане виднелся покореженный корпус «Грозного», окруженный вспышками света — шли работы по восстановлению колоссальных повреждений, полученных кораблем в битве при Артелионе.

17
{"b":"25252","o":1}