ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Шривашти подошел к столу.

— Вы, Ваше Высочество, — произнес он медленно, как будто совсем не думая об игре, — возможно, находитесь в самом сложном положении из всех, когда-либо постигавших ваш досточтимый дом.

Брендон молча отсалютовал ему бокалом.

Архон поклонился и снова посмотрел на бильярд. Два шара были легкой мишенью, но вот настоящие они или нет? Только игровой шар мог сдвинуть виртуальный — белый проходил прямо сквозь них.

Архон прицелился для удара и грустно улыбнулся Эренарху, который снова отпил из бокала.

— Хотелось бы избежать бестактности, но сравнение напрашивается само собой.

«Какое еще сравнение?» — подумал Жаим. Кий Архона быстрым, решительным ударом послал белый шар к голубому — и тот прошел насквозь.

Шривашти отпил большой глоток и сказал:

— Я глубоко сочувствую вам, но это не решает нашу дилемму. Пока мы ничего не знаем, у нас есть только пепел прежнего правительства.

«Он хочет сказать, что Феникс — Панарх — мертв».

Брендон ударил, почти не целясь, и снова разметал шары. Жаим пытался следить за всеми, и ему показалось, что белый прошел сквозь край одного из верхних шаров. Три других вошли в мертвую зону или на самую ее кромку. И тут зазвонил таймер, извещая об очередной смене гравиполей.

— Но мой отец жив, — сказал Брендон.

12

— Сейчас опять будет разговор с Барродахом, — объявил мичман у пульта гиперсвязи. Нг прервала беседу с Й'Мандевом.

Азиза засмеялась, показывая на экран.

— Это Андерик, капитан «Когтя Дьявола». Был при Артелионе, как и «Смерть-Буран».

При слове «Артелион» Нг, как всегда, испытала смесь горя, торжества, сожаления и гордости. Ей, наверное, никогда уже не избавиться от этих воспоминаний. Но ведь Азиза тоже была там — ее взяли на «Смерть-Буране» вместе с гиперрацией, и она одна из всего экипажа осталась в живых. А вот поди же — смеется. Что такое это легкомыслие — дар или проклятие?

Андерик, длинный и мрачный, держался так напряженно и неестественно, что Нг сразу поняла: он боится Барродаха, очень боится.

— Я получил ваш приказ, — сказал он. — Прошу разрешения остановиться на Рифтхавене для профилактического осмотра, прежде чем следовать к Пожирателю Солнц.

Женский голос за кадром сказал:

— Скажи, что мы не можем быть уверены в скачковых системах, пока не прогоним их вхолостую.

Андерик нетерпеливо глянул через плечо.

— Заткнись, Леннарт. Он не нуждается...

На экране открылось еще одно окошко, и в нем появился Барродах, усталый и угрюмый, с глазами, как темные ямы на худом лице.

— Стоянку разрешаю, «Коготь Дьявола». Даю вам пять дней и сообщаю о вашем допуске в Рифтхавенский Синдикат. — Окно погасло.

Андерик махнул рукой невидимому связисту и тоже исчез с экрана.

— Пожиратель Солнц, — поднял брови Й'Мандев. — Вот и еще один идет туда, капитан. — В его тоне слышалось поздравление — ведь Нг предсказала, что так и будет.

Она кивнула, и внутри похолодело от уверенности: еще немного — и она тоже увидит Пожиратель Солнц, хотя бы в качестве боевой цели.

* * *

— Если на Геенну отправится спасательная экспедиция, мы об этом узнаем, — сказал Брендон. Архон тем временем загнал в лузу еще один шар.

— Предстоящее сражение, — сказал Шривашти, обходя стол и прицеливаясь, — вот единственное, о чем я слышу еще чаще, чем о прошлом.

Брендон промолчал.

— Риск этот очень реален, Ваше Высочество — уверен, что и вы это понимаете, — улыбнулся, посмотрев на него, Шривашти. — А воспоминания о прошлом сражении не внушают особых надежд.

— Должар имеет в своем распоряжении гиперсвязь, — сказал Брендон.

Улыбка Архона стала еще шире, как будто слово «гиперсвязь» ничуть не удивило его.

— Вот, значит, о чем шла речь на секретном совещании Найберга? — Он легонько толкнул белый шар. Тот покатился медленно, отклоняемый в сторону гравипотоком.

— Нг и несколько ее офицеров выдвинули такую гипотезу, проанализировав данные боя.

Белый тронул два реальных шара Брендона, немного продвинув их к середине стола.

«Могу поспорить, что там мертвая зона», — подумал Жаим.

— И ничего более конкретного? — Шривашти с приглашающим жестом отступил в сторону.

Жаим понимал его удивление — всякий, у кого были хоть какие-то связи, знал с точностью до минуты, сколько продолжалось совещание.

Брендон слегка пожал плечами.

— Тем, кто не участвовал в бою непосредственно, было трудно в это поверить. А вы верите?

— А вы, Ваше Высочество?

— Я ничего не принимаю на веру без доказательств.

— Самоуверенность юности, — тихонько рассмеялся Архон. — Но я старше вас и научился верить настойчивым слухам — даже если в них нет ничего хорошего.

— Например? — Брендон ударил и загнал шар в лузу. Следующий удар закончился неудачей.

— Например, многие утверждают, что отсутствие правительства еще опаснее, чем враг.

— Весь вопрос в том, кто имеет полномочия его созвать.

— Верно. — Архон поклонился и оглядел стол. — Но там, где одному трудно, несколько человек могут добиться успеха.

— Вера нуждается в доказательствах.

Архон со смехом сделал свой удар, и шар остановился недалеко от лузы.

— Вера, если Ваше Высочество дозволит мне возразить, — снова поклон, замедленный, как в танце, — нуждается в предмете. Обет Служения приносится человеку, но лишь постольку, поскольку этот человек олицетворяет общество в целом.

Брендон с ничего не выражающим взглядом пробил три раза подряд. «Не надо бы говорить Брендону об этом обете», — с запозданием сообразил Жаим. Он ведь так и не принес своего, сбежал с церемонии.

С полной сумятицей в мыслях Жаим попытался сосредоточиться на игре — и увидел, что Брендон внезапно вырвался вперед.

— Превосходно, Ваше Высочество, — сказал Архон. — А ведь ваши дела были совсем плохи — я уже думал, что победа за мной.

Воздав должное противнику, Архон наклонился, напрягшись для нового удара, тщательно прицелился при обоюдном молчании, а когда он наконец пробил, даже Жаим понял, что это блестящий удар. Шривашти загнал сразу несколько шаров и теперь отставал всего на одно очко.

— Хорошо, — произнес Брендон. — Просто отлично.

Архон с благодарностью поклонился и сказал:

— Вот видите, старики могут кое-чему поучить молодых.

Настал черед Брендону поклониться, но при этом его пальцы сложились в изящный жест, имеющий юмористический оттенок.

— Сколь многих заботит мое благополучие. С тех пор как я здесь, я получил уже с полдюжины уроков.

Какие полдюжины? Уж не собирается ли он сказать, этому засранцу, что берет уроки кораблевождения?

Но Шривашти, не став уточнять, прищурился и ударил — конвульсивно, промахнувшись на какой-нибудь волосок. У него остался только один шар. Когда он отошел, Жаим почувствовал его досаду — ему непременно нужно было выиграть.

Эренарх размял пальцы, отпил немного из бокала, поморгал, нагнулся и прицелился. Он крякнул — и белый шар, лениво прокатившись мимо медленной зоны, долбанул шар Архона и побежал к своим.

Этот удар мог бы стать лучшим за всю игру, потому что два последних шара Брендона выстроились в ряд. Но белый катился слишком медленно и слишком сильно стукнул шар Архона. Все три шара упали в лузы, но архонский, более тяжелый, был первым.

Архон выиграл благодаря противнику. Брендон, морщась, потер подбородок. Шривашти растянул рот в торжествующей улыбке, но тут же вернул его в прежнее положение при виде опечаленного взора Брендона.

— Еще партию, Ваше Высочество?

— Если угодно. Хотелось бы восстановить свою честь.

Это прозвучало высокопарно, и Архон рассмеялся.

— Нет никакого бесчестия в том, чтобы проиграть мне, Ваше Высочество. — Жаим расслышал в его тоне искреннее удовольствие. — Это даже с вашим братом случалось, а он был одним из лучших игроков, которых я знал.

— Кстати, о брате. — Голос Брендона чуть-чуть изменился. — Я хотел бы задать вам вопрос.

47
{"b":"25252","o":1}