ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мы перехватили несколько разговоров по обычной связи — у келлийских разведчиков это очень хорошо получается. Теперь, будучи связаны с компьютерами Ареса, мы, возможно, сможем расшифровать их, — сказал Нукиэль.

— Больше того, — вмешался Терон, пошевельнув густыми рыжеватыми бровями, — мы получили ключ к гиперволновым переговорам.

— Аналитики теперь уверены, что «Кулак Должара» каждый раз шифрует свои переговоры по-новому, — сказала Нг. — Как и мы здесь. Технология одноразовых шифровальных блокнотов — такой термин употреблялся две тысячи лет назад — по-прежнему остается единственной, не поддающейся расшифровке. Но она бесполезна там, где кто-то может такой блокнот продать, — поэтому Должар не навязывает их своим рифтерским союзникам. А кодами Братства после случая с «Ведьмой» пользоваться больше нельзя.

Один из аналитиков задал какой-то вопрос о гиперволновой связи. Нг, уже зная ответ, перевела взгляд на эпистемиков — они работали за своими пультами спиной к экрану, переводя новые сведения в символическую форму и вплетая их в массив информации аресских компьютерных узлов. Эта работа в каком-то смысле никогда не закончится — ведь информация размножается делением, и новые звенья, тоже превращаясь в информацию, уходят глубоко в многовековые слои знаний аресской системы.

Нг узнала соларха Ризо Гамуна, чьи темные пальцы так и плясали по клавишам. Других она знала по их досье — здесь были равным образом представлены обе фракции, оспаривающие судьбу Пожирателя Солнц, что оправдывалось природой совещания: ведь это сеанс связи, а не дискуссия. Дискуссия разгорится через неполных двое суток на большом совете. А в промежутке следует уделять равное внимание обеим альтернативным версиям.

— Наша единственная надежда, — сказала другая женщина-офицер, криптолог, судя по форме, — это перегрузить их дискриминаторы, как при Артелионе. — С нотками юмора в голосе она закончила свою мысль: — Теперь, опираясь на аресскую систему, мы сможем это сделать, даже если должарианцы без остановки создают новые мощности.

— Но они, без сомнения, будут опираться на систему Артелиона, — уточнил Вапет, — даже если им не удастся расшифровать флотские архивы.

— Способны ли они довериться системе Мандалы? — возразил какой-то аналитик.

— Зависит от степени нашего нажима, — сказал Кестлер, вновь беря контроль над дискуссией в свои руки. — И мы должны нажать как следует. Учитывая растущую активацию Пожирателя Солнц, пора, я думаю, переходить к серьезным мерам. Пусть увидят, что у нас есть зубы.

Панарх слегка изменил положение, но ответил кратко:

— Полагаемся на ваше суждение.

Кестлер молча поклонился. Пришло его время доказать свою лояльность, подтвердить свою вассальную клятву. Когда же я выполню свою?

* * *

Позже, в тишине своих комнат, она с новой силой ощутила, что ей недостает какого-то важного фрагмента информации. Тихо, почти неслышно, играла келлийская музыка, и ее тройственный ритм действовал почти гипнотически. Она снимала физическое напряжение и усиливала высшие функции мозга, родственные таинственному Сновидению.

Она снова связалась с массивом, содержащим всю информацию об атаке на Пожиратель Солнц. Мощность Флота, мощность Пожирателя Солнц, тактические планы. Сухие факты.

«Нет, — подумала она в конце концов, опустив руки на клавиатуру, — не о вооружении и тактике нужно сейчас думать». Повинуясь едва зародившейся мысли, она убрала канал связи и вызвала то, с чего начала свою первую ночь здесь, когда обнаружила секретные записи верховных адмиралов. Она перескочила к концу символической карты и кружным путем двинулась к массиву, куда ее пост обеспечит ей доступ. Панархи бывали на Аресе лишь во времена кризисов — на что же опирался верховный адмирал, чтобы соблюсти баланс власти с правителем Тысячи Солнц?

Над пультом загорелась голограмма — схематическое изображение Ареса, пронизанное кровеносными сосудами электрокабелей, вентиляции, водоснабжения и транспорта. Марго остановилась, и посетившая ее мысль обрисовалась во всей полноте.

«Телварну» с испытаний отозвал сам Панарх — зачем ему это было нужно? Капитан рифтеров, Вийя, помогла низложить трех изменников, чья алчность и злоба позволили Эсабиану осуществить давно вынашиваемую месть, — но как могло случиться, что рифтера допустили в информационное пространство Ареса?

Нг вспомнился тест на разрушение гиперреле. Панарх присутствовал на нем, но молчал, если не считать пары вопросов в самом начале.

Да, он молчал. Нг нахмурилась, стараясь поточнее припомнить все, что тогда происходило. Ничего необычного в его поведении не было — иначе окружающие заметили бы это и потом начались бы пересуды или хотя бы намеки.

Но был момент, когда внимание Панарха как будто обострилось: после первого этапа, из которого вытекало, что уничтожение Пожирателя Солнц неизбежно, и другой момент, когда он как будто расслабился: после второго этапа, доказавшего, что квантовыми блоками десантная атака возможна и что уничтожению можно противопоставить захват.

Она не заметила бы ни того ни другого, если бы он сам не захотел. А после эксперимента он назначил совместное заседание Малого Совета и Стратегического Совета Флота, чтобы окончательно утвердить план предстоящей операции.

И был третий момент несколько часов назад, когда Кестлер упомянул о возрастании мощности Пожирателя Солнц и обусловленной этим эскалации военных действий.

Нг ощутила холодок неуверенности, уже знакомый ей по прошлым вхождениям в лабиринты высокой политики; она заметила, что отбивает пальцами тройной келлийский ритм, и заставила себя расслабиться.

Панарх объяснил созыв объединенного совета тем, что это символически продемонстрирует единство военных и гражданских интересов; это перекликалось с неоглашенной идеей о том, что новый союз рифтеров и панархистов требует его личного участия в атаке.

Суть заключалась в том, что гражданская часть Малого Совета горячо выступает против уничтожения Пожирателя Солнц и за использование его в мирных целях. Сверхсветовая связь и распространение энергии предлагают слишком много возможностей, чтобы отказаться от них.

Так чего же хочет Панарх? Леди Ваннис пока ни словом, ни действием не выразила своего отношения к судьбе Пожирателя Солнц. Похоже, она и Брендон в анклаве сосуществуют в полной гармонии и часто вместе принимают гостей. Но Антон Фазо, прилежно посещающий все бесконечные обеды, приемы, балы и концерты, вынес оттуда твердое убеждение: Ваннис деликатно, но непреклонно употребляет все свое немалое влияние, чтобы побудить политиков потребовать от Панарха неучастия в боевых действиях. Почему же она так упорно противится намерению Брендена покинуть Арес? И почему Брендон это терпит?

Словно пузырь из неизведанных глубин, перед Нг встал Камень Прометея, показанный 25-м каналом. Нг пробежала по клавишам пульта. Почти вся программа, за исключением Пятого блока и Аркадского Анклава, погасла. Какой-то миг разноцветные нити коммуникаций, связующие два этих островка, еще светились — потом погасли и они, кроме линий транспорта и лифтов. Еще немного — и артерии общественного транспорта тоже исчезли. Остались только секретные, закодированные линии.

Марго, переводя дыхание, совместила темпоральные параметры с личными кодами высшего уровня. На схеме остались едва заметные световые прожилки, но их было довольно, чтобы связать рифтерского капитана с правителем Тысячи Солнц нитями прочнее моноволокна: они посещали друг друга не один, а несколько раз.

Присвистнув, Марго выключила пульт.

Поднявшись по ступеням, она остановилась перед огромным иллюминатором, откуда открывался вид на внешнюю поверхность онейла, на космос и скопище кораблей вокруг станции. Одно из самых трудных своих решений Нг приняла не тогда, когда вступила в бой над Артелионом, бывший не чем иным, как военной хитростью, — но потом, когда с остатками своего изувеченного флота решила идти на Арес с захваченной гиперрацией. Будь у нее хоть малейшая возможность остаться и лично возглавить поиск пропавших кораблей — поиск «Фалткомара» и Метеллиуса, которого она любила больше двадцати лет, — она бы это сделала.

55
{"b":"25253","o":1}