ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вийя, скрестив руки, ждала посередине комнаты.

— Вечером я встретил твоего приятеля Хрима — он разгуливал по станции. Поскольку делать все равно было нечего, я немного поспрашивал его.

Видя, что он хочет пробудить ее любопытство, Вийя промолчала. Оценивающе посмотрев на нее, Анарис продолжил:

— До Хрима я не встречал никого, кто сумел бы свести сибаритские излишества до такой степени банальности.

Она улыбнулась.

— Я хочу поэкспериментировать с твоими келли и всеми остальными еще до Тронного Зала. Чем лучше я понимаю психическую природу этого сообщества, тем больше убеждаюсь, что нам будет под силу включить станцию в нужное время. И это будет скоро. Сегодня.

— Сегодня нет.

Он слегка приподнял брови:

— Почему?

— Из-за Норио. Боюсь, что его мощь возрастет вместе с мощностью станции. Мы должны сначала обезвредить его.

— Хорошо. Мы уничтожим его, а потом включим станцию.

— Может не получиться. Ты присоединился к нам в конце сеанса и не знаешь, какой это риск. И он увеличивается по мере роста... энергии станции. — Она воздержалась от слова «разумность», хотя про себя определяла это именно так.

Он помолчал, обдумывая сказанное. Она чувствовала, что ему хочется поспорить, но не собиралась отвечать на его вопросы. Ему не терпится включить станцию — и он знает, что Единство способно это сделать.

«Пора его отвлечь», — подумала Вийя. И смерила его долгим взглядом с ног до головы. Анарис не был телепатом, но станция усиливала даже самый малый талант, и у него достало темпатии, чтобы понять этот взгляд.

Он не выказал никакой реакции, только зрачки слегка расширились, и его эмоциональный спектр заколебался, окрашенный сексуальным возбуждением.

— Еще вопрос, — сказал он. — Насколько велик психический диапазон эйя? Могут ли они слышать нас теперь? Способна ли ты связаться с ними?

— И да, и нет. — Она вызывала в памяти эпизоды борьбы двух сильных тел. Как приятно, когда тебе не нужно сдерживать свою силу, подстраиваясь под более слабого партнера. — Они слышат меня, но тебя не знают. У них единый разум, и они до сих пор не до конца понимают, что у нас каждый индивидуум действует независимо от другого.

— Значит, их нельзя использовать для... — Он прищурился. — Ну, скажем, для слежки за Барродахом?

— Нет. — Прикосновения, удары, увертки. Захват, борьба, сила на силу, без всяких уступок...

Она видела, как напряглись мускулы Анариса. Понимая, что под его вопросом скрывается другой — способна ли она шпионить за ним самим, — она сказала:

— Нет, нельзя. Они его не знают, никогда не вступали с ним в контакт и не смогут распознать его в хаосе монад, окружающих его. И потом, они почти все время проводят в спячке.

Он сжал и разжал сильные гибкие пальцы. Юмор в его взгляде смешивался с раздражением.

— Так разбуди их, и мы поэкспериментируем.

— Это займет некоторое время. Ивард как раз этим занимается. Они будут готовы к назначенному времени. — Она снова собрала в кулак свою волю. Не думать о Жаиме, о Марим, о Брендоне, который где-то там, на адмиральском корабле, ждет от нее известия... хотя он бы ее понял. Из всех них только он один понял бы, почему ей приходится использовать секс, чтобы предотвратить ментальный контакт.

Но Анарис все еще сопротивлялся.

— Давай тогда поэкспериментируем с другими. Ты связывалась с ними из Тронного Зала — а отсюда сможешь?

— Да, это возможно. Но близость прибавляет нам сил. Вспомни, что случилось в прошлый раз.

У корней его волос выступили капли пота.

Она отогнала все воспоминания, все завихрения эмоций, оставив только прямой, настойчивый, чисто физический призыв.

— Тогда я приду к вам... — Он стукнул кулаком по столу. — Проклятие!

Ну, ударь же. Ударь. Кто кого на этот раз?

Со злобной ухмылкой он схватил огромное керамическое блюдо и запустил прямо в нее.

Она взмахнула кулаком, и блюдо разлетелось на тысячу осколков.

— Слабак, — поддразнила она.

27

«ГРОЗНЫЙ».
СБОРНЫЙ ПУНКТ У ПОЖИРАТЕЛЯ СОЛНЦ

Идя по людному коридору к транстубу, который должен был доставить их на последнее тактическое совещание, Осри заметил внезапный интерес отца к устройству крейсера — до сих пор корабль служил гностору только фоном для его исследовательской работы.

— Почему в коридорах всегда такая толкотня? — с долей сварливости спросил Себастьян, уступая дорогу группе десантников в робах. — Корабль огромен, а в его команде всего пять тысяч человек.

— Крейсер состоит в основном из пустот, — терпеливо объяснил Осри. — И брони. К работающим на полную мощь рапторам, например, лучше не подходить ближе чем на полкилометра. То же относится и к двигателям.

— И все-таки коридоры можно было сделать пошире.

Осри засмеялся, получив в ответ кислый взгляд.

— Здесь все обычно знают, куда идут, и избегать столкновений вошло у них в привычку. Притом «Грозный» сейчас перегружен — после совещания многие покинут корабль.

Себастьян пробурчал что-то, и остаток пути они проделали молча. Это устраивало Осри, озадаченного тем, как настроен отец. Приближение совещания, на котором должны были назначить время атаки, вызывало у Себастьяна повышенную нервозность. Но ведь решение по мере возможности пощадить Пожиратель Солнц было принято еще на Аресе. О чем же теперь беспокоиться? Уж не боится ли отец, что в последний момент планы могут измениться?

Сам Осри был уверен, что этому не бывать: Панарх не допустит. Но его мотивацию Осри отцу объяснить не мог. Странно, как переменились их роли: доверенным лицом правителя Тысячи Солнц стал он, а отец в опале. Теперь Осри стал понимать поведение отца в свои детские годы, его молчаливость и резкие ответы.

Капсула открылась, и Осри пропустил отца вперед: он знал, что никогда не сравнится с Себастьяном в умении владеть своим лицом. Сейчас, когда он обдумывал невероятное заявление, сделанное ему Панархом несколько часов назад, ему казалось, что его смешанные эмоции видны всем и каждому. Зачем Брендон сказал ему о своем намерении участвовать в десанте на Пожиратель Солнц? Только ли из потребности поделиться с кем-то жизненно важным решением? Капсула двинулась к конференц-залу, и Осри украдкой покосился на отца. Может, и с ним Геласаар проделывал то же самое?

От сознания, что они оба заключены в футляр собственных мыслей, переезд показался Осри бесконечным, хотя до их прибытия на конечный пункт прошло едва ли больше минуты. Десантники у люка отдали Осри честь и пропустили их. Он поинтересовался про себя, зачем адмирал Нг их здесь поставила. Может быть, это прозрачный намек на бесповоротность решения, которое будет принято внутри?

«Если так, — подумал Осри, войдя в зал и увидев лицо собравшихся, — то это удачная мысль». Здесь не было иллюзии равенства, как в Звездной Палате Ареса. Почти все помещение занимал длинный стол с одним стулом во главе; почти все остальные стулья были уже заняты военными. Присутствовали также два рифтерских капитана и келлийская троица Штоинк-Ниук2-Ву4. Все тихо переговаривались, что было нормально для военного совещания, и Осри слегка расслабился, но потом до него дошло, что его отец — единственный здесь штатский.

В зал вошли верховный адмирал Нг с Панархом, и разговоры прекратились. Осри заметил, как напряглась отцовская спина, когда Нг заняла место во главе стола, а Брендон поместился справа от нее: теперь не оставалось сомнений в том, кто будет вести заседание. Отец не доверял военным. Позади Нг зажглась огромная голопанель, представляющая вид сверху на систему Пожирателя Солнц. Кровавый свет умирающего солнца омыл лица собравшихся, и верховный адмирал начала свою речь:

— Времени у нас очень мало. По наблюдениям лейтенант-коммандера Асавара, количество материи, падающей в черную дыру, постоянно возрастает. — На экране позади нее появились разные графики и векторы. — Последние расчеты показывают, что, если Пожиратель Солнц не будет уничтожен или выключен в течение десяти дней, возросшая мощь врага больше не даст нам такой возможности.

89
{"b":"25253","o":1}