ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Гномка в помощь, или Ося из Ллося
Каждому своё 3
Мозг Брока. О науке, космосе и человеке
Книга о власти над собой
Пять языков любви. Как выразить любовь вашему спутнику
Нелюдь
Приманка для моего убийцы
Без фильтра. Ни стыда, ни сожалений, только я
ЖЖизнь без трусов. Мастерство соблазнения. Жесть как она есть

Пытаясь отвлечься от собственных проблем, она прислушалась к разговорам вокруг, но в них было мало утешительного. Речь в основном шла о скудных пайках, битком набитых общежитиях и постоянном росте мелких правонарушений.

В детском приюте царил истинный бедлам, но к этому Фиэрин уже привыкла. Ей даже нравилась шумная детская беготня. Флотский офицер у входа отметил ее, и она зашагала через просторное, ярко освещенное центральное помещение.

Приют был построен в виде круга с расположенными по диаметру жилыми зданиями. Сам круг делился на участки для игр и занятий. Фиэрин медленно шла к классу для старших детей. В самом центре круга возвышалось замысловатое сооружение, похожее на павильон в Садах Аши, только здесь гравитационное оборудование было намного проще. Дети карабкались, ползали, раскачивались, носились по воздуху, то исчезая, то появляясь, — только их голоса не умокали ни на секунду.

В рабочей зоне глушители снижали шум до уровня отдаленного гула. Невидимое тианьги веяло запахами конца планетарного лета — режим, повышающий собранность и к тому же равно знакомый и нижнесторонним, и высокожителям.

Подростки прилежно работали за пультами и тренажерами. Старшая воспитательница Кламен, пожилая женщина в белом траурном одеянии, как раз закончила. обход и направлялась к Фиэрин с облегчением на лице.

— Как хорошо, что вы пришли. Мы снова переезжаем — я должна присутствовать.

— Переезжаете? — Фиэрин снова пробрало холодом при мысли: «А куда же денусь я в этой переполненной канистре? Даже если я найду себе место, от Тау нигде не скроешься».

— ...и эти два крейсера доставили еще больше штатских, — говорила Кламен. — Нас переводят в новые, только что отстроенные дома за цитрусовыми рощами. — Она вздохнула, упершись руками в бедра. — Вчера у нас усыновили двух детей, но на их место поступили двадцать четыре новых. Практически все они сироты — и останутся ими, пока мы снова не получим полного доступа к ДатаНету.

Она говорила еще долго, и Фиэрин сочувственно поддакивала ей. Бедным детям долго придется ждать этого момента. Главная информационная задача сейчас — установление связи с подпольными отрядами всей Тысячи Солнц, и так будет до конца войны.

Фиэрин произнесла все положенные слова, и начальница наконец собралась уходить, с благодарностью приняв предложение Фиэрин просмотреть и занести в каталог новые образовательные и развлекательные чипы, привезенные одним из крейсеров.

— На школьные чипы особого спроса не будет, зато видео пойдут нарасхват, — с гримасой заметила Кламен. — Пока мы не установим, кто за что отвечает, ребята будут увиливать от занятий, насколько это возможно.

Воспитательница ушла, и Фиэрин начала медленный обход пультов на случай, если кому-то понадобится ее помощь. При этом она все время посматривала по сторонам. Наконец она села за контрольный пульт и взялась за стопку чипов. Сердце теперь стучало, как молот, и ладони стали влажными. Не следят ли за ней?

Скоро я это узнаю — но будет уже поздно.

Она так долго планировала это, что теперь ее руки действовали почти автоматически, вставляя в ручной проектор один учебный чип за другим. Фиэрин заставляла себя просматривать куски подлиннее — она не знала, насколько длинен чип Ранора. Знакомые картинки и размеренные голоса проходили мимо ее сознания. Наконец, зажав заветный чип в ладони вместе с несколькими другими и прихватив с собой проектор, она поднялась, чтобы сделать очередной обход. Минуту спустя она села на другое место, чтобы увидеть то, чего никто из живых, включая Эренарха, еще не видел.

Вид Зала Слоновой Кости в Мандале был как удар в грудь. Остановив кадр, она заставила себя дышать медленно, придала лицу спокойное, слегка скучающее выражение и продолжила просмотр.

Очень скоро она поняла, что это сырой материал — неизвестный оператор не успел отредактировать отснятое. Съемка важных особ, циркулирующих по залу, перемежалась болтовней между Ранором и женщиной-оператором. Их обоих не было в кадре — Ранора потому, что он следил за процедурой из другого помещения, женщины потому, что айна была у нее на лбу.

Политический треп Фиэрин пропускала мимо ушей — Ранора, уж конечно, убили не из-за этого. В один из моментов к женщине подошла троица келли — келлийский Архон, чей геном еще не перешел в тело юного рифтера Иварда. Они поздравили Люсьер с ее собственной троицей. «Да ведь она беременна, — с опозданием сообразила Фиэрин. — Была беременна».

Вскоре после этого взрыв бомбы залил все жутким светом — Фиэрин знала, что теперь этот свет будет ей сниться до конца ее дней.

Дулу вели себя как самые обычные люди. Одни паниковали, другие пытались руководить, тыча куда-то дрожащими руками. Айна среди этого хаоса прыгала из стороны в сторону, как будто Люсьер, даже умирая, хотела заснять как можно больше. Люди падали в агонии — сперва поодиночке, затем группами. Наконец объектив айны тоже опустился, и съемка прервалась.

Фиэрин нахмурилась и начала сызнова. На этот раз она держала свои эмоции под жестким контролем и принуждала себя смотреть внимательно. Из-за этого чипа погибло уже несколько человек, а любовник Фиэрин, чтобы заполучить его, лгал ей и приказал обыскать ее вещи.

Пустив чип так медленно, что он выглядел как старинный диафильм, Фиэрин оглядывала каждый угол зала. Она не знала, что ей следует искать. Какую-нибудь опасную личность? Подозрительные действия?

Найдя наконец аномалию, она чуть было не пропустила ее — настолько невинным это выглядело.

Сразу после разговора Люсьер с келли на заднем плане маячили три фигуры. Затем они незаметно продвинулись к двери и вышли вон.

Фиэрин ничего бы не заметила, будь это один человек, — мало ли кому может понадобиться выйти ненадолго, — но трое, да еще перед самым началом церемонии...

Поставив стоп-кадр на этих трех фигурах, Фиэрин увеличила изображение до предела. Еще немного — и оно расплылось бы в видение. Однако вот они, вполне узнаваемые: Гештар аль-Гессинав, Тау Шривашти, Штулафи Й'Талоб.

Фиэрин посмотрела на детей, не видя их. В памяти вспыли слова Гештар на одном из собраний заговорщиков: «Проблема в том, что никого из нас там не было. Как ни жаль. Я должна была представлять нашу семью, поскольку мой кузен находился на Лао Цзы, но моя яхта распорядилась по-другому».

Ледяной обруч сковал сердце Фиэрин.

Они были там — но вовремя ушли. Следовательно, они знали о бомбе.

Что же это значит? Задумываться нет времени — она и так уже слишком долго смотрит этот чип.

Вынув его и вставив на его место другой, Фиэрин тщательно спрятала чип под одеждой, изобразила зевок и просмотрела половину «Знакомства с гидропоникой», включающего сухое описание рециркулирующих устройств, которое у ребят неизбежно вызовет смешки. Затем она выключила проектор и проделала очередной обход. На ходу она зацепилась ногой за край стола и растянулась во весь рост.

Проектор вылетел из ее руки и разбился. Даже если в нем был жучок — что маловероятно, — из него теперь уже ничего не извлечешь. Дети вскочили с мест, подоспел сочувствующий сотрудник — он помог Фиэрин собрать обломки аппарата вместе с чипом о гидропонике и навести порядок.

Фиэрин продолжала работать как автомат, не помня ничего из просмотренного, услышанного или сказанного ею самой. Перед ней стояли улыбочка Гештар аль-Гессинав, холодные золотистые глаза Тау и ухмылка Штулафи Й'Талоба, которые пятились к двери, уходя от смерти, уготованной верхушке Панархистского общества.

11
{"b":"25254","o":1}