ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

К ее планам он не имел решительно никакого отношения.

Кира хлопнула по своему босуэллу, и тот засветился зеленым светом — микрофоны и камеры в трюме выключены.

— Все чисто. Если Андерик попытается найти нас, у нас будет несколько секунд после предупреждающего сигнала.

Лури потрепала Таллиса по щеке.

— Таллис ведь не забудет, что не звал Лури сюда, м-м? На случай расспросов Андерика?

Таллис только вздохнул, когда женские руки поглаживающими движениями прошлись по его телу и задержались, нащупав сквозь тонкую ткань висевший на его члене металлический шар.

— Лури найдет способ снять это, — тихо шепнула она. Кира ощутила укол ревности и, чтобы отделаться от нее, перевела разговор на другую тему:

— Может, перейдем к нашим планам? Таллис, — не без сомнения в голосе добавила она, оглядев ставший его жилищем трюм, — ты что-то хотел нам сказать. Что ты такого обнаружил?

Таллис Й'Мармор потер лоб.

— Я ничего не обнаружил, я это знал, — он неуверенно помолчал, потом решился. — У нас на борту логосы.

— Что? — не поняла Лури.

— Что? — борясь с подступившей вдруг тошнотой, повторила за ней Кира.

Таллис перевел взгляд с одной женщины на другую, потом повернулся к Лури.

— Это... это искусственный разум. Это я установил их, — торопливо продолжал он, избегая смотреть на Киру. — Барканские. Они связываются с тобой через имплактированный в глаз дисплей — вот почему Барродах сделал это со мной.

Кира отогнала брезгливость и принялась лихорадочно размышлять.

— Но Андерик родом с Озмиронта, — возразила она. — Он не станет использовать...

— Он уже использовал их, — сказал Таллис.

— Откуда ты знаешь?

Таллис пожал плечами, потом ткнул пальцем в замызганный монитор у переборки.

— Мне кажется, они пытались связаться со мной, — сказал он, побледнев еще сильнее.

Киру пробрала дрожь. Только Лури это, похоже, не слишком волновало; потому ли, что она и не представляла себе, на что способны логосы, или может, просто потому, что все, не затрагивавшее ее ближайших планов, казалось ей несущественным, Кира не знала.

— Что ж, это меняет дело... — начала было Кира, но тут босуэлл на руке ее негромко загудел. — Ох, черт, он меня ищет.

Лури рассмеялась, встала и одним царственным движением сорвала с себя платье.

— Кира, ты тоже! — Леннарт, возбуждаясь и смущаясь разом, последовала ее примеру, а она тем временем повернулась к Таллису.

— Мы еще вернемся, — пообещала она, склонившись, чтобы поцеловать его. — А теперь не забывай; ты изгой, а мы дразним тебя тем, что тебе недоступно.

И прежде чем кто-то успел возразить, она быстро подняла с пола кастрюлю с шоколадом. Босуэлл на руке у Киры снова зажужжал: включились камеры.

— Тал-лис, — певуче произнесла Лури. — Вот мы тебе покажем, чтоб не скучал. Гляди, как Кира и Лури развлекаются. — Она подняла кастрюлю и вылила полуостывшую темную массу на свое обнаженное тело, потом шагнула вперед и выплеснула остаток на Киру. — Придется тебе смотреть, как Кира с Лури облизывают друг друга... угадаешь, сколько времени уйдет на это?

Таллис тихо заскулил.

* * *

Андерик застонал. ОПЯТЬ! Как завороженный смотрел он на то, как две женщины, покрытые потеками шоколада — глазурью на янтарной коже Лури и кофейного цвета Киры, — извиваются в объятьях перед жалко взирающим на это единственным глазом Таллисом. Злость и ревность так и бурлили в нем.

И тут его осенило. Он вскочил и, не обращая внимания на удивленные взгляды Нинна и Шо-Имбриса, подошел к пульту связи. Врубив записывающее устройство, он подключил к нему расположенную в трюме камеру.

А потом принялся смотреть, как Лури и Леннарт, пища от восторга, дергаются в своем шоколадном оргазме.

Довольно ухмыляясь, Андерик пометил файл своим личным кодом и перевел его в гиперрацию для непрерывного проигрывания. Ясное дело, Леннарт довольно скоро найдет этот файл и уничтожит его — личный код этому не помеха, — но к тому времени, он не сомневался, кто-нибудь — он надеялся, что таких найдется много, — примет и запишет эту сцену. И тогда эта запись станет хитом в той белиберде, которая в последнее время составляла большую часть переговоров по гиперсвязи.

Только покончив с этим, он снова нажал кнопку коммуникатора.

— Леннарт, ты нужна мне на мостике. — Не дожидаясь ответа, он выключил связь и вернулся на свое место.

Он с нетерпением ждал, как отнесется Леннарт к своей новой славе.

26

СИСТЕМА МАЛАХРОНТА

— И что ты будешь делать, если я откажусь? — спросил эгиос.

Хрим бросил на экран свирепый взгляд.

— Мы уже подняли защитное поле, а очень скоро запитаем и оружие. У тебя не осталось времени, рифтер. — Ферньяр Озман засмеялся, тряся рыхлыми щеками. — Мой тебе совет: убирайся, пока не поздно — мои инженеры говорят, что на двигатели энергия пойдет в последнюю очередь, так что, возможно, мы даже не сможем тебя преследовать.

Хрим сделал попытку заговорить, но тот поднял руку.

— О, конечно же, мы слыхали о вашем сверхоружии. Но если я не ошибаюсь, ты хотел получить линкор, а не облако газа?

И, не дожидаясь ответа, оборвал связь.

Хрим выругался. Экран мигнул, и на нем снова появилось изображение Малахронтских верфей. Он метался взад-вперед по мостику. Вахтенные молчали, избегая смотреть на него. Даже стоявший у люка Норио не пытался к нему подойти.

Хрим снова свирепо покосился на экран. Здесь, у внутренней границы пояса астероидов, поблескивал в лучах далекого солнца корпус линкора, опутанный паутиной строительных конструкций. За ним виднелись доки с другими судами на разной стадии постройки, но они не представляли для него интереса.

Взгляд его то и дело возвращался к семикилометровой махине линкора — символа непобедимости. Плавный изгиб поверхности там и здесь нарушался выступающими орудийными башнями и антеннами датчиков, и все это чуть скрадывалось слабо мерцающей дымкой включенных полей Теслы.

«На вид он совсем готов».

Он снова выругался. Разумеется, линкор еще не достроен, иначе эгиос давно уже приказал бы открыть из его орудий огонь по «Цветку».

— Кэп? Я уловил слабые импульсы систем управления их рапторами, — доложил Эрби с поста внешнего наблюдения. — Похоже, они испытывают их на малых нагрузках.

— Значит, они смогут записать их полностью часов через двадцать, — заметил Пилиар с поста управления огнем.

Хрим плюхнулся в кресло и принялся злобно грызть ногти. Пили служил раньше во Флоте, откуда его выгнали; причину он не говорил, зато хорошо разбирался в системах вооружений.

До сих пор все проходило даже легче, чем при захвате Шарванна. Его эскадра быстро справилась с обороной Малахронта. Вот только после смерти здешнего архона — тот погиб в числе прочих в Зале Слоновой Кости — приказ Озману сдаться мог отдать разве что сам Панарх.

Столкнувшись с упрямством Озмана, он оказался перед нелегким выбором: разнести линкор на атомы или уйти несолоно хлебавши. Чего он никак не мог сделать, пока этот чертов эгиос удерживает корабль, так это прорваться к нему на борт.

«Хорошо, хоть должарианцев нет».

А прилети они, как он оправдывался бы за свою неудачу? Раздражение с новой силой охватило его.

Тут две сильных руки легли ему на плечи.

— Чистюля гребаный, — буркнул Хрим. — Попадись он мне в руки, я бы его наизнанку через задницу вывернул. — Он выпустил стальные когти на подошвах и поскреб ими по настилу.

— Нет, Йала. Мне кажется, он смел, да и других достоинств у него в достатке. — Темпат негромко вздохнул. — Вернее, это дулу считают их достоинствами, а мы с тобой... мы можем расценить их и как недостатки.

Хрим оглянулся на Норио, глаза которого опасно блестели.

— Ну например, как любой из Тех, Кто Служит, он приучен превыше всего ставить человеческую жизнь. — Темпат улыбнулся. — Разве не приятно было бы посмотреть на то, как он разрывается между долгом и жизнью... ну, скажем, пятидесяти тысяч людей?

82
{"b":"25255","o":1}