ЛитМир - Электронная Библиотека

Банда, вероятно, заставила местных рыбаков стать перевозчиками. Управление каноэ требует мастерства и опыта, ведь эти лодки хрупки и неустойчивы, особенно с тяжелым грузом. Исаак предполагал, что перевозчиков бандиты оставили под охраной на южном берегу, а сами ушли в Чивеве.

«Если найду каноэ, захвачу их всех», – решил Исаак.

Он повернул катер к южному берегу чуть ниже по течению от того места, где, по его представлениям, переправлялась банда.

Увидев вход в лагуну, Исаак направил острый нос катера в заросли папируса, которые перегораживали вход. Мотор он выключил; хватаясь за длинные, прочные стебли, лесничие подтягивали катер в гущу зарослей, а Исаак стоял на носу и веслом проверял глубину.

Как только стало достаточно мелко, Исаак и один из старших лесничих вброд отправились к берегу, оставив остальных охранять катер. На суше Исаак шепотом приказал лесничему идти вниз по реке в поисках вытащенных на берег каноэ или следов прохода большого отряда браконьеров.

Когда лесничий исчез, Исаак пошел в другую сторону, вверх по течению.

Он шел один, быстро и неслышно, двигаясь в речном тумане, как призрак.

Рассчитал он верно. Не пройдя и полмили, он почувствовал резкий запах дыма, слишком сильный и свежий, чтобы доноситься из селения на противоположном берегу широкой реки, а на этом берегу поселков не было, Исаак знал. Это уже территория национального парка.

Он бесшумно пошел в сторону источника запаха. Глиняный берег тут высок и крут, и здесь устраивают свои земляные гнезда пчелоеды. Однако сразу под тем местом, где стоял Исаак, линия берега разрывалась. Узкое ущелье, заросшее речным кустарником, создавало естественный причал для лодок.

Едва забрезживший рассвет давал достаточно света, чтобы Исаак разглядел внизу в ущелье лагерь. Каноэ вытащили на берег и спрятали в зарослях, чтобы их не было видно с реки. Семь каноэ, вся флотилия из деревни Мбепуры с противоположного берега.

Поблизости у двух небольших дымных костров лежали лодочники. Они закутались в кароссы из шкур животных, полностью закрыв головы, чтобы защититься от москитов, и походили на трупы в морге. У каждого костра сидел вооруженный автоматом «АК-47» браконьер, охраняя спящих и не давая им улизнуть к каноэ. «Дэнни все точно рассчитал, – сказал себе Исаак. – Они ждут возвращения отряда грабителей».

Он неслышно отполз от берега и пошел в глубь местности. Через двести ярдов он нашел протоптанную звериную тропу, отходившую от реки и направлявшуюся прямо на юг, к лагерю Чивеве.

Исаак шел по тропе, пока след отряда не углубился в мелкое пересохшее русло. Дно русла покрывал сахарно-белый песок, и даже в изменчивом свете зари легко было разглядеть следы людей. Большой отряд оставил в песке глубокие следы, но они выветрились, и их перекрыли отпечатки крупных и мелких животных. Двадцать четыре часа, не меньше, определил Исаак.

Это марш в сторону лагеря. Почти несомненно отряд пойдет обратно, к ждущим каноэ, тем же путем.

Исаак нашел удобный наблюдательный пункт, откуда был виден большой участок тропы, в то время как самого наблюдателя скрывали густые заросли кустов джесса. За спиной был безопасный путь отхода через мелкую донгу, густо заросшую высокой слоновой травой. Исаак устроился, приготовившись ждать. Быстро светало, и через несколько минут он получил возможность видеть всю протяженность извилистой звериной тропы, уходящей в глубину леса мопани.

Внизу две малиновки в донге завели свои громкие утренние трели; над головой пролетели первые стаи уток. Черный клин четко выделялся на фоне мандариново-голубого рассветного неба.

Исаак сидел в засаде. Невозможно было точно определить, сколько времени понадобится браконьерам, чтобы вернуться из Чивеве. Дэнни говорил, примерно часов десять. Если так, они могли появиться в любую минуту. Исаак снова посмотрел на часы.

Оценка Дэнни могла быть неточной. Исаак приготовился к долгому ожиданию. Во время войны ему приходилось целыми днями лежать в засаде, однажды пять дней кряду. И все это время они ели, спали и испражнялись, не вставая с места. Терпение – самое ценное качество охотника и солдата.

Вдали послышался хриплый лай бабуина – тревожный сигнал, которым эти злобные обезьяны предупреждают о появлении хищника.

Крик подхватили другие члены стаи, потом снова постепенно воцарилась тишина: либо опасность исчезла, либо бабуины ушли от нее подальше в глубь леса. Исаака нервничал. Он знал, что причиной лая бабуинов мог стать леопард, но точно так же они реагировали на появление отряда людей.

Пятнадцать минут спустя он услышал крик дикого турако-«уходи»[7].

– Уходи! – вскрикнула птица. Еще один часовой буша возвещал о появлении опасности.

Исаак не шелохнулся, но быстро заморгал, чтобы четче видеть.

Несколько минут спустя он уловил другую, менее заметную партию в оркестре джунглей. Это было щелканье медоуказчика. Звук подсказал Исааку, куда смотреть, и на верхней ветке дерева мопане далеко впереди он увидел маленькую незаметную птицу.

Птица порхала над звериной тропой, перелетала от дерева к дереву и манила криком. Если пойти на эти призывы, птица приведет медоеда или человека к улью диких пчел. А пока улей грабят, птица будет держаться поблизости в ожидании кусков сот и личинок в них. Пищеварительная система птицы приспособлена к перевариванию воска и извлекает питательные вещества оттуда, откуда другим не извлечь.

Легенда говорит, что, если не оставить птице ее долю добычи, в следующий раз она приведет тебя к логову смертоносной мамбы или льва-людоеда.

Медоуказчик подлетел ближе к тому месту, где ждал Исаак, и неожиданно он увидел на дне долины под порхающей птицей еле заметное движение. Показалась колонна людей, двигавшаяся по звериной тропе. Голова колонны поравнялась со входом в донгу, где наверху лежал Исаак.

Хотя люди были одеты в грязное тряпье и самые разные головные уборы, от бейсболок до выгоревших военных фуражек, каждый нес «АК-47» и слоновий бивень.

Одни несли бивни на спине, и из-за природного изгиба те выступали вперед и назад. Другие положили бивень на плечо, одной рукой уравновешивая тяжесть, в другой держа неизменный автомат. Большинство подложили под бивень подушки из коры или плетеной травы.

Перекошенные лица говорили о том, каких усилий им стоило много миль нести эти бивни. Но для каждого браконьера такой бивень – огромное состояние, и они предпочтут скорее покалечиться, чем бросить тяжесть.

Перед колонной идет невысокий коренастый человек с толстыми кривыми ногами и бычьей шеей. Неяркий свет падает на шрам на его лице.

– Сали! – выдохнул Исаак, узнав его.

Самый известный из замбийских браконьеров. Он дважды переходил Замбези со своим отрядом, и оба раза это стоило жизни хорошим людям.

Сали раскачиваясь шел мимо того места, где лежал Исаак. На голове он нес большой бивень цвета меда.

Он один из всех не выказывал никаких признаков усталости от долгого перехода.

Исаак считал проходящих мимо его позиции браконьеров. Самые слабые и медлительные сильно отстали, не в состоянии поддерживать заданный Сали темп, поэтому колонна растянулась. Исааку пришлось ждать почти семь минут, пока его не миновали все.

– Девятнадцать, – подсчитал Исаак последнюю хромающую пару.

В приступе алчности они выбрали слишком тяжелые бивни и теперь расплачиваются за это.

Исаак дал им пройти и, как только они исчезли в направлении реки, вскочил и скользнул в донгу. Двигался он крайне осторожно, потому что не был уверен, что не отстал еще кто-нибудь из банды.

Катер стоял там, где он его оставил, – в тростниках у входа в залив. Исаак вброд прошел к нему и поднялся на борт, отметив, что человек, которого он посылал вниз по течению, вернулся.

Он тихо рассказал своим людям, что обнаружил, наблюдая за их лицами. Они надежные люди, все надежные. Но даже для них соотношение очень невыгодное, а враги жестоки и с лицами львов, как их описал староста деревни.

вернуться

7

Крик это птицы напоминает слово «уходи» на местном наречии, поэтому ее называю также «птица-уходи».

26
{"b":"25266","o":1}