ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Роллс-ройс» был зажат в самой середине этой колонны, похожей на бутерброд. Политический представитель сидел рядом с графом, поставив ноги на тяжелый деревянный ящик. Проводник, которого представитель извлек из фюзеляжа «Капрони», оказался тощим, очень черным галла. Один глаз у него был затянут голубоватым бельмом, что придавало ему особенно подлый вид. Его некогда белое шамма совершенно почернело от грязи; от проводника разило, как от козла, недавно сразившегося с хорьком. Граф один раз вдохнул и тут же прижал к носу надушенный платок.

– Скажите ему, пусть едет в первом танке, с капитаном. – И глаза его злобно засверкали. Он повернулся к капитану: – Вы слышали, я сказал – в танке. Рядом с вами.

Фары в пути они не зажигали и медленно тряслись по залитой лунным серебром равнине вдоль нависавших стеной темных гор. На условленном месте их ждал единственный всадник – темная тень в еще более темной тени верблюжьей колючки. Представитель поговорил с ним на амхари и повернулся к графу:

– Рас боится ловушки. Мы должны оставить охрану и дальше идти пешком.

– Нет, – крикнул граф, – нет и нет! Я отказываюсь, я решительно отказываюсь.

Только через десять минут и после многократных повторений имени генерала граф позволил себя переубедить. С понурым видом он снова сел в «роллс-ройс», Джино печально посмотрел на него с переднего сиденья, и беззащитная, страшно уязвимая машина двинулась дальше в лунном свете за всадником на косматой лошадке.

В скалистой долине, которая врезалась в горный массив, им пришлось оставить «роллс-ройс» и завершить путешествие пешком. Джино и Джузеппе тащили деревянный ящик, граф вынул пистолет из кобуры и держал его в руке. Они поднимались по каменистому осыпавшемуся склону.

В скалистой впадине, по краям которой стояли мрачные, темные грозные часовые, находился большой кожаный шатер. Вокруг него пофыркивали на привязи диковатые косматые лошадки, внутри горели коптевшие парафиновые лампы и на корточках рядами сидели воины. В неверном свете их темные лица казались такими черными, что ясно видны были только белки глаз и зубы.

Политический представитель прошел по проходу впереди графа туда, где на куче подушек под двумя лампами возлежал человек в широком одеянии. По обе стороны от него находились две женщины, молодые, но в полном расцвете – с тяжелыми грудями, со светлой кожей, в переливающихся шелках, в грубых серебряных украшениях, длинных серьгах и в обвивавших красивые шеи ожерельях. Они смотрели на пришельцев черными смелыми глазами, и в другое время и при других обстоятельствах граф проявил бы к ним более серьезный интерес. Но сейчас колени у него подрагивали, сердце стучало, как боевой барабан. Политический представитель вел его за руку.

– Будущий император, – шепнул ему представитель, и граф посмотрел на женоподобного пухлого человека с жирными, унизанными перстнями пальцами и подведенными, как у женщины, глазами.

– Рас племени галла Кулла, – добавил представитель.

– Скажите ему все, что следует, – велел граф хриплым от напряжения голосом, и пока представитель произносил длинную цветистую речь, рас внимательно изучал графа.

Раса поразила внушительная фигура в зловещей черной форме. В тусклом свете знаки различия поблескивали, эмалевый крест на муаровой ленте сиял, как маяк. Взгляд раса упал на инкрустированный драгоценными камнями кинжал и пистолет с рукояткой из слоновой кости – оружие богатого и благородного воина, и он снова посмотрел графу в глаза. Они светились чуть ли не бешеным, фанатичным огнем, черты лица исказились, между бровями залегла опасная складка. Он дышал, как бык на арене. Признаки усталости и крайнего страха рас по ошибке принял за проявления воинственного духа неистового воина. Это внушило ему почтение и благоговейный страх.

Но когда в палатку, обливаясь потом, вступили согнувшиеся под тяжестью деревянного ящика Джино и Джузеппе, внимание раса сразу же переключилось на них. Рас Кулла приподнялся и встал на колени, мягкое брюхо его выпятилось под шамма, глаза заблестели, как у пресмыкающегося.

Он резко оборвал длинную речь политического представителя и поманил к себе двух итальянцев. С облегчением поставили они тяжелый ящик перед расом. Воины, находившиеся в шатре, зашумели и подались вперед, чтобы лучше разглядеть содержимое ящика. Рас снял с пояса свой украшенный драгоценными камнями кинжал, с его помощью вскрыл ящик и бледными жирными руками откинул крышку.

В ящике были плотно уложены бумажные свертки, длинные и узкие, как белые свечи. Раз взял один и разрезал бумажную обертку кончиком кинжала. Из свертка посыпались плоские металлические кружочки. Они хлынули на шамма раса потоком, золото блестело и переливалось в свете ламп. Ухватив полную пригоршню монет, рас закурлыкал от удовольствия. Содержимое ящика произвело впечатление даже на графа, обладавшего огромным состоянием.

– Святой Петр и Дева Мария, – пробормотал он.

– Английские соверены, – сказал представитель. – Не слишком высокая цена за территорию, равную Франции.

Рас хохотнул и кинул пригоршню золота своим приближенным, они делили его, толкаясь и перебраниваясь. Затем рас, радостно улыбаясь, похлопал по подушке рядом с собой, что означало приглашение сесть, и граф благодарно принял его. От долгой дороги и волнения ноги его подгибались. Он опустился на подушки и стал выслушивать длинный список дальнейших требований, которые предъявлял рас.

– Он хочет получить современные винтовки и пулеметы, – перевел представитель.

– Какова наша позиция? – спросил граф.

– Разумеется, этого предоставить мы ему не можем. Сейчас он нам союзник, но через месяц или через год может стать врагом. На этих галла полагаться нельзя.

– Скажите ему, что следует.

– Он хочет получить ваши заверения в том, что женщина-шпионка и два белых бандита будут преданы его правосудию, как только их захватят.

– У нас нет никаких возражений?

– Наоборот, это избавит нас от многих хлопот и затруднений.

– Что он собирается с ними делать? Они несут ответственность за убийство и пытки моих храбрых мальчиков. – Граф снова обрел уверенность в себе, и к нему вернулось нахальство. – У меня есть свидетели, что они повинны в страшных издевательствах над беспомощными военнопленными. Беспричинный расстрел связанных пленных! Правосудие должно осуществиться! Преступление не может остаться безнаказанным!

Политический представитель равнодушно улыбнулся.

–Уверяю вас, дорогой граф, что даже в самом страшном кошмаре вам не приснится, какая ужасная судьба постигнет их в руках раса Куллы.

Он повернулся к расу и сказал на амхари:

– Даем вам слово, они будут в вашем полном распоряжении.

Рас улыбнулся, как жирный золотистый кот, и провел кончиком языка по пухлым темно-красным губам от одного угла рта до другого.

К этому времени граф окончательно пришел в себя и, понимая, что против всех его ожиданий рас приветлив и ему не грозит непосредственная опасность быть зарезанным или кастрированным, обрел свой обычный апломб.

– Скажите расу, что взамен я хочу от него получить полный отчет – о количестве людей, оружия, бронеавтомобилей, которые охраняют подступы к ущелью. Я хочу знать боевой порядок врага, точное местонахождение его оборонительных сооружений и огневых точек. Я хочу знать, какие позиции занимает сам рас со своими людьми в настоящее время. Также я хочу знать имена и звания всех иностранцев, служащих во вражеской армии…

Он долго перечислял свои требования по пунктам, загибая пальцы, и рас слушал его со все возраставшим почтением. Перед ним был настоящий солдат.

83
{"b":"25268","o":1}