ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Даже во сне его рот выдавал человека несгибаемого, упрямого, редко поддававшегося состраданию. Она содрогнулась, вспомнив об их борьбе. Никогда еще она не чувствовала себя такой… такой зависимой, до такой степени не владеющей собственным телом и умом. Когда он заставил ее смотреть себе в глаза, она попала под его власть. Она понимала, как он упивался ее слабостью. Зенобия поклялась, что она не допустит этого в следующий раз. Она постарается смотреть и не видеть, она сможет обмануть его.

Она тихонько встала и медленно потянулась, сняв напряжение. Зенобия не подозревала, что он наблюдает за ней из-под прикрытых век. У нее прекрасное тело, думал он, а ей уже за тридцать. Ему нравились ее длинные ноги, гладкие бедра, слегка округлый живот и особенно ее полные и в то же время твердые груди. Он любил женщин с большой грудью, но нередко с возрастом прекрасные груди обвисают. Именно это произошло с грудью Ульпии.

Зенобия подняла крышку своего маленького сундучка и достала оттуда платье, которое собиралась надеть, а он думал о Кариесе. К этому времени она уже родит. Действительно ли родится мальчик, она так уверяла его в атом? Он подумал, чей же это в действительности ребенок. Ах, всегда оставалась возможность, что он станет отцом, однако он серьезно сомневался в этом. Народ предпочитал верить, что у него не может быть детей, а виновата в атом бедная Ульпия, но он знал, что это не так.

До женитьбы у него время от времени бывали любовницы, но ни одна из них ни разу не принесла ему ребенка. После женитьбы он сменил дюжину любовниц, но ни одна из них не родила ему детей. Одна лишь Кариеса заявила, что он — отец ее ребенка. Он сомневался в этом, но поскольку никогда не собирался разводиться с Ульпией, не стал спорить с ней. Возможно, это действительно его ребенок.

Аврелиан открыл глаза и следил за Зенобией, как кошка следит за своей жертвой. Ему, конечно, жаль Марка Александра, но ведь добыча принадлежит победителю, а победитель он, Аврелиан.

Глава 11

— Пожалуйста, Кариеса, ну пожалуйста, помоги себе, поднатужься.

Ульпия Северина, римская императрица, склонилась над своей племянницей, пытаясь приободрить девушку.

— Мне больно! — в раздражении хныкала Кариеса.

— Я знаю, моя дорогая, но все же ты должна вытолкнуть ребенка.

— Откуда ты можешь знать? Ведь ты бесплодна, тетя! — послышался жестокий ответ.

Кариеса отвернулась от Ульпии и застонала.

— Идем, Ульпия, — послышался утешающий голос Дагиан, и ее сильные, добрые руки мягко увлекли императрицу прочь от кровати роженицы. — Пойдем и выпьем немного вина. Акушерка позаботится о Кариесе.

Ульпия молча кивнула и позволила увести себя из спальни Кариссы в залитый солнечным светом атрий. Две девушки-рабыни поспешили им навстречу, поставив удобные кресла возле бассейна. Третья рабыня поставила на низенький круглый столик поднос с графином вина и двумя серебряными бокалами. Дагиан кивком отпустила служанок, налила сладкого золотистого вина и подала Ульпии полный бокал.

— Марку следовало бы быть рядом с ней, — пробормотала императрица. — Ведь это ее первый ребенок!

— Ульпия, хватит притворяться! Его силой заставили жениться на ней. Если ты еще не знаешь правды, то я просвещу тебя. Император принудил моего сына к этому браку. Он был помолвлен с одной госпожой в Пальмире, которую страстно любил. Я знаю, как бы ты ни любила Кариесу, ты ни минуты не верила, что ребенок, которого она вот-вот должна родить, — это ребенок моего сына. Они женаты всего четыре месяца.

— Она думает, что у нее ребенок от Аврелиана, — тихо прошептала императрица, и глаза Дагиан раскрылись от удивления. — Но не знает, — тихо продолжала Ульпия, — что мой муж бесплоден. За все годы, что мы женаты, я не зачала ребенка, — ни я, ни кто-нибудь из его женщин. — Ее поблекшие карие глаза наполнились слезами. — Когда-то у меня был ребенок, Дагиан, прелестный маленький мальчик. Его отняли у меня. Вот почему я вышла замуж за Аврелиана. Он знал о моем позоре и грозился раскрыть его, если мой отец не согласится на брак.

Она вздохнула и вытерла слезы, струившиеся по ее щекам.

— Ты не должна думать о нем плохо. Он всегда был хорошим мужем — почтительным и добрым. Однако он слаб на женщин, а Кариеса честолюбива. Сомневаюсь, что она сама знает, кто отец ее ребенка.

— А император в курсе, что все это известно тебе? — спросила Дагиан.

— Конечно же, нет. Согласно традиции, все эти годы я была идеальной римской женой. Я не замечала его женщин, они не заслуживают моего внимания.

— Но твоя собственная племянница?! — Дагиан была ошеломлена.

— Я уже давно вступила в зрелый возраст, Дагиан, и не хочу потерять мужа. Храня молчание, я тем самым удерживала его в семье.

Дагиан, сама того не желая, улыбнулась. Многие считают Ульпию Северину глупой, но на самом деле она очень умна.

— Но как же ты можешь любить свою племянницу, если знаешь, что она предала тебя?

— Я терпеть не могу эту сучку, — последовал ответ. — Но никогда не доставлю Кариесе удовольствие, дав ей понять, что она заставляет меня страдать.

Ужасный пронзительный крик прорезал стоявшую в доме тишину, женщины встали и поспешили в спальню Кариссы. К ним присоединился Марк, вышедший из своего кабинета, в котором теперь проводил большую часть времени. В комнате стоял неприятный сладковатый запах. Марк большими шагами ринулся к окнам и распахнул ставни, впустив в комнату немного свежего воздуха.

На постели извивалась Кариеса. Она стонала и молила об облегчении.

— Помоги мне, мама Юнона! Помоги своей дочери родить императора!

— Претензии лисицы! — прошептала Ульпия. Акушерка отвела всех троих в сторону, а ее ассистентка помогала женщине.

— Положение серьезное, благородные господа. Ребенок идет ножками, но я перевернула его. Однако он слабеет, а мать не помогает ему появиться на свет. Чем дольше будут продолжаться роды, тем тяжелее будет и ей, и ребенку. Она потеряла слишком много крови, я по-настоящему обеспокоена.

— Могу ли я чем-нибудь помочь? — спросил Марк.

— Сядьте возле жены и приободрите ее! — акушерка смотрела с извиняющимся видом. — Она — нелегкая пациентка, господин, — объяснила она.

— Могу себе представить, как с ней трудно, — ответил он. — Кариеса любит, чтобы все происходило легко и мгновенно. Должно быть, она испытывает шок от того, что ребенок не выпрыгнул из ее матки, полностью одетый.

— Марк!

Дагиан была потрясена, но Ульпия положила на руку Марка свою мягкую ладонь.

— Поступки Кариссы всем нам причиняют страдания, Марк, — сказала она.

Он посмотрел на нее долгим взглядом, а потом со вздохом уселся возле жены.

— Тебе придется поднатужиться. Кариеса! — спокойно произнес он. — Роды — это тяжелая работа.

Она повернула к нему лицо, но, увидев выражение озабоченности вместо его обычной насмешливости, почувствовала облегчение.

— Ты останешься со мной?

— Да, я останусь, пока не родится ребенок.

— И ты примешь этого ребенка как своего собственного?

— Нет, — ответил он. — Не приму.

— Но ты должен сделать это?

— Ни один человек в Риме ни на мгновение не поверил, что я — отец твоего ребенка. Кариеса. Я буду содержать вас обоих, но не более того.

— Мой дядя накажет тебя, — захныкала она, а потом снова закричала, когда начались схватки.

— Тужься! — приказал он, и она повиновалась ему, — ребенок был дорог ей. Он — гарантия ее благосостояния и могущества в течение всей ее жизни. Он положит начало новой римской императорской династии цезарей.

Стиснув зубы, она стала тужиться. Она станет матерью императорского рода! Рим ляжет у ее ног, и даже этот гордый патриций, ее муж, в конце концов пожелает ее. Но когда это, наконец, случится, она отвергнет его!

Скоро! Скоро она будет держать свое дитя на руках! Снова ее пронзила боль, и она стала тужиться. Она услышала крик акушерки:» Я уже вижу головку ребенка!«, и это приободрило ее. С этого момента Кариеса с большим воодушевлением начала бороться, чтобы произвести на свет своего ребенка. Сквозь пелену боли она слышала, как все поощряют ее двигаться вперед, к окончательной победе. Боль все усиливалась по мере того, как ребенок с ее помощью продвигался вперед. Наконец могучим усилием она вытолкнула младенца, издав пронзительный крик. Потом, тяжело дыша, нетерпеливо произнесла:

80
{"b":"25275","o":1}