ЛитМир - Электронная Библиотека

— Взгляните, на стенах солдаты! — взволнованно вскричал Генри. — О, папа, какой грозный замок!

Казалось, его лошадке передалось настроение молодого хозяина, и она резво заплясала.

— Можно, я поеду вперед, сэр? — спросил Генри у отчима.

— Нет, парень, — вмешался Фергюс Mop. — Граф впервые за много-много лет возвращается домой. И должен ехать во главе кавалькады.

— Но я мог бы поскакать к замку и передать всем, что мы едем, — с надеждой предложил мальчик.

— Они и так это знают, — охладил его пыл слуга, показывая на замок.

Навстречу всадникам из ворот, из-за холмов и леса выходили встречающие. Члены клана Лесли. На конях и пешком, с развевающимися знаменами. Волынщиков вел сам Элпин Мор, родич Фергюса. Первобытно дикая, радостно пронзительная музыка далеко разносилась ветром, и шотландцы невольно выпрямились в седлах. Граф был одет сегодня как всегда с той минуты, когда они пересекли границу: обтягивающие штаны и высокие сапоги, кожаная безрукавка поверх полотняной сорочки; на голове — берет с эмблемой вождя клана. Куда девался элегантный английский придворный лорд Лесли!

— Видишь зеленый с белым стяг, Жасмин? — показал он жене. — Это Лесли из Ситеана! Мы происходим от первого графа Гленкирка, но его сестра сумела получить Ситеан для своего сына и его потомков. А вот и мой дядя Патрик со своими людьми! И кузен, его наследник. Все родственники собрались. Вон там красно-бело-зеленое знамя Лесли из Гленкирка!

Голос Джеймса дрожал от едва сдерживаемого волнения.

— Тебе давно следовало вернуться домой, Джемми, — прошептала Жасмин, коснувшись его руки.

— Как-то я совсем уже собрался, но король стал жаловаться, что пропадет без моих советов, и мне пришлось остаться. Но отныне я стану покидать Шотландию только на лето, дорогая Жасмин. Мое сердце ликует от радости и счастья при виде родных мест.

Они остановились, дожидаясь, пока члены клана подъедут ближе, и шотландцы с приветственными криками окружили вождя. Множество рук протянулось, чтобы коснуться графа и его жены, и Жасмин, следуя примеру мужа, пожимала загрубелые ладони. На губах играла веселая улыбка, бирюзовые глаза лучше всяких слов говорили о том, как она счастлива быть среди них. Услышав, что граф взял в жены англичанку, многие ожидали увидеть надменную даму, которая, конечно, не удостоит простых людей даже взглядом, и сейчас с восторгом уверились в обратном. Это настоящая женщина, достойная стать женой их вождя!

Вновь прибывших проводили во двор, и, прежде чем граф или Адали помогли Жасмин спешиться, какой-то гигант, заросший густой клочковатой бородой, осторожно снял ее с седла и отвесил изысканный поклон.

— Кто вы? — осведомилась Жасмин.

— Я прозываюсь Рыжий Хью Мор, так же, как мои отец и дед. Капитан вашей стражи.

— Замковой стражи? — уточнила Жасмин.

— Нет, мадам, вашей, — поправил Рыжий Хью.

— У меня собственная стража? — удивилась Жасмин.

— Как у всех графинь Гленкирк. Это Шотландия, а Шотландия никогда не была мирной страной.

— То же самое твердит мне муж, — засмеялась Жасмин. — Ну, Рыжий Хью Мор, это Адали, который охраняет меня с самого рождения. Вместе вы будете непобедимы, верно?

Рыжий Хью оценивающе окинул евнуха и получил в ответ столь же испытующий взгляд.

— Похоже, он может за себя постоять. — вынес наконец приговор шотландец.

— Я могу задушить человека шелковым шнурком, подкравшись сзади так неслышно, что он даже не почувствует приближения смерти, — тихо заметил Адали.

Рыжий Хью расплылся в улыбке.

— Думаю, мы поладим, — заявил он. — Мне нравятся парни, способные прикончить кого угодно, не пролив при этом крови.

Он поклонился Жасмин, почтительно кивнул Адали и удалился. Джеймс Лесли, к удивлению жены, подхватил ее на руки и перенес через порог.

— Это старинный обычай, дорогая Жасмин, — объяснил он и, сжав ее ладонь, проводил к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. Дети, Адали и служанки последовали за ними, то и дело с любопытством осматриваясь. Они оказались в приемной, а оттуда, спустившись по четырем ступенькам, попали в парадный зал Гленкирка.

Глаза Жасмин широко распахнулись. Какая великолепная комната! Между высоких, скругленных наверху окон во всех четырех стенах красовались огромные камины. Со стропил свисали разноцветные шелковые знамена, под которыми шли в битву многочисленные поколения Лесли. В конце комнаты стоял монументальный стол в виде буквы Т. Над каждым камином висел портрет в человеческий рост. На картине справа был изображен красивый мужчина в расцвете сил, слева — молодая, невыразимо прелестная девушка, само олицетворение невинности, в глазах которой, однако, застыл страх.

— Кто они? — спросила Жасмин мужа.

— Это Патрик Лесли, первый граф Гленкирк, посол короля Якова Четвертого при герцогстве Сан-Лоренцо. Он мой прапрапрадед. Она — леди Дженет Лесли, его дочь, моя прапрабабка. Одета в подвенечный наряд, в котором должна была идти к алтарю с наследником герцога Сан-Лоренцо, но вместо этого была похищена и стала фавориткой султана и матерью его преемника. Ее младший сын, принц Карим, был тайно переправлен в Шотландию из Оттоманской империи и стал Чарлзом Лесли, первым графом Ситеан.

— Как она прекрасна! — воскликнула Жасмин.

— Да, по крайней мере так говорят! Отец помнит ее, поскольку она поклялась, что не умрет до тех пор, пока не устроит его помолвку с моей матерью, которая в то время была совсем крохой. Она всегда что-нибудь устраивала, — усмехнулся Джеймс.

— Совсем как моя бабушка!

— Совершенно верно. Думаю, мадам Скай и Дженет Лесли быстро подружились бы!

— Добро пожаловать домой, милорд! — приветствовал пожилой человек, подходя к супругам.

— Спасибо, Уилл. Это твоя новая хозяйка, леди Жасмин Лесли. Жасмин, это Уилл Тодд, смотритель замка. Он вел хозяйство в мое отсутствие.

— Бог видит, как я рад, что ваша милость наконец вернулся! Теперь, когда я больше не нужен, с вашего разрешения удалюсь в свой уютный коттедж и стану ловить лосося, который неслыханно расплодился, пока вы изволили жить в чужих странах.

— Что? — шутливо ужаснулся граф. — Неужели здесь еще водится лосось? Я думал, браконьеры уже опустошили реку!

— О, ваша милость, рыбы здесь хватит на много лет вперед! Что же касается браконьеров… трудно сказать, ведь дичь и рыбу мы никогда не пересчитывали! — ухмыльнулся смотритель.

— Хорошо, Уилл, — решил граф, — можешь возвращаться к себе и знай, что до конца жизни не будешь ни в чем нуждаться. Но прежде чем ты уйдешь, мне понадобится твоя помощь.

Джеймс подтолкнул вперед Адали.

— Это Адали, который состоит на службе у жены с самого ее рождения. Теперь он будет управлять хозяйством, но потребуются твои советы, пока он досконально не узнает, что где хранится и как зовут слуг, кому можно доверять, кто будет работать усердно, а кто — нет. Ты объяснишь ему все, что надо, Уилл?

— Конечно, милорд, — кивнул смотритель и пожал руку Адали, пристально оглядывая его. — Вы когда-нибудь жили в большом доме, мастер Адали? Таком, как этот?

Адали удержался от улыбки и так же торжественно-серьезно ответил:

— Да, мастер Тодд. У моей госпожи большое и хлопотное хозяйство.

— Вот и хорошо. Значит, вы быстро освоитесь, а я смогу наконец закинуть удочку в ручей! — проворчал Тодд.

— А я никогда не рыбачил, мастер Тодд, — заметил Адали.

— Уилл, мастер Адали, меня зовут Уилл, и я буду рад научить вас. Наших лосося и треску не так-то легко перехитрить, но, жаренные на медленном огне, они бесподобны!

— С радостью соглашаюсь. Называйте меня просто Адали, Уилл Тодд, ведь я ничем вас не выше.

Старик кивнул. Ему понравились безупречные манеры Адали и то, что чужак не задирал носа и не пытался командовать. Слуги облегченно вздохнут, узнав, что новый управитель не просто вежлив, но, очевидно, добр и снисходителен.

Но тут глаза Уилла зажглись при виде детей.

— Ребятишки? — с недоумением осведомился он.

49
{"b":"25278","o":1}