ЛитМир - Электронная Библиотека

— А кто этот капитан О'Флаерти? Я его не знаю!

— Он внук моей прабабушки, — пояснил мальчик, — с ней вы хорошо знакомы.

— И кто же твоя прабабка? — улыбнулся граф.

— Леди де Мариско, — ответил Юан, но тут же в испуге сжался при виде ошеломленного лица графа.

— Иисусе, парень! Что же ты сразу не сказал? Скорее отведи меня к отцу.

— Мы пойдем с тобой на случай, если это ловушка, — заявил Адам Лесли, знаком приказав спутникам следовать за ним.

Уже через несколько минут мужчины поднимались по сходням «Лорда Адама». Заслышав стук кованых сапог, капитан выскочил из каюты со шпагой в руках.

— Нет, отец! — вскрикнул мальчик. — Это граф Гленкирк! Он приехал в Лей, и смотритель объяснил, где его найти.

Джеффри О'Флаерти сунул оружие в ножны и протянул руку Джеймсу Лесли.

— Жасмин в моей каюте, — сказал он, зная, какая тревога снедает графа.

Джеймс кивнул и, протиснувшись мимо капитана, вошел в каюту. Жасмин мирно спала, свернувшись клубочком на койке. Он подошел к ней и нежно поцеловал в щеку.

— Дорогая Жасмин! Я пришел забрать тебя домой. Бирюзовые глаза медленно открылись и радостно блеснули.

— Джемми! Я знала, что ты меня найдешь!

Глава 20

Они благополучно вернулись в Гленкирк-Касл. О Пирсе Сен-Дени не было ни слуху ни духу: он словно исчез с лица земли. Его не удалось разыскать ни в Англии, ни в Шотландии. Брок-Кэрн и Адам Лесли не поленились вернуться в заброшенный домишко, где маркиз держал в плену Жасмин. Там никого не оказалось, однако на столе стоял кувшин с вином, черствый каравай и кусок сыра. Ни к еде, ни к вину никто не притрагивался. Поняв, что Жасмин сбежала, Сен-Дени оставил припасы и пустился в погоню. Но, не найдя ее, исчез сам.

Джордж Вилльерз, с честью выполнив свою миссию, отправился в Англию, счастливый уже тем, что навеки устранил единственного соперника. В начале года король по настоятельной просьбе королевы даровал ему титул графа Бакингем. Кроме того, его величество объявил Киппа Сен-Дени законным наследником на основании того, что предыдущий маркиз Хартсфилд вырастил его наравне с другим сыном и дал свое имя. Киппу были пожалованы наследственный титул и поместье, как перворожденному сыну.

Новоявленный маркиз скоро стал любимцем королевы, поскольку, следуя примеру Вилльерза, уделял ей много времени и был неизменно любезен и почтителен. Ее величество, твердившая, что добросердечному и простодушному Киппу пришлось много вынести от порочного негодяя брата, нашла ему подходящую жену, любимую, хотя и побочную дочь одного из знатных дворян, наделившего ее богатым приданым. Новобрачная искренне радовалась своей удаче, а Кипп, в свою очередь, был доволен женой.

Король проводил зимние месяцы в мечтах о визите в Шотландию, но и семья, и советники не одобряли его намерений. Тем не менее он послал гонца с приказом подготовить Холирудский дворец и известил Жасмин и Джеймса Лесли, что они должны быть в Эдинбурге к его приезду. Король решил также, что его станут сопровождать королева и принц Чарлз.

— Когда он приезжает? — спросила Жасмин.

— Должно быть, в середине июля, — озабоченно ответил муж. — Насколько я знаю их величества, в августе и сентябре они захотят поохотиться. Однако тронутся в путь в начале июня.

— И каждое знатное семейство по пути следования будет с душевным трепетом ожидать их прибытия, — рассмеялась Жасмин. — Особенно если король путешествует со всем двором. Принимать монарха — удовольствие дорогое, даже если он остановится всего на одну ночь. Бабушка рассказывала, что газоны в Королевском Молверне удалось привести в прежнее состояние едва ли не через год после визита старой королевы. Правда, когда родился малыш Чарли, король и королева приезжали всего лишь с не большим эскортом.

— Я счастлив, что нам не придется принимать королевское семейство, — заметил Джемми. — Джейми не отважится и шагу сделать в Северное нагорье.

— Но где же он станет охотиться? — удивилась Жасмин.

— В Холируде специально для него держат свору гончих. Там он чувствует себя в безопасности. — Джемми поцеловал жене руку. — Ты становишься еще прелестнее, когда носишь мое дитя.

— Только в Холируде? — настаивала Жасмин.

— Возможно, в Фолклендсе и Перте. Скажи, дорогая Жасмин, у нас снова будет сын? Помнится, ты обещала мне троих.

Он положил руку ей на живот.

— На все воля Божья, — засмеялась она, — но малыш уже ведет себя как настоящий сорванец и родится как раз перед приездом короля, что даст мне время немного оправиться от родов и похудеть, а тебе — накупить для жены роскошных нарядов. Не могу же я опозорить тебя перед всем двором нищенскими лохмотьями!

— А я думал, что ты не любишь придворной жизни, — удивился Джемми.

— Я имела в виду английский двор, но король велел нам быть в Эдинбурге, и не вижу причин, почему бы нам недолго не пожить в городе.

— Но это означает, что ты не сможешь провести лето в Англии.

— Как и мама с Брок-Кэрном, — пожала плечами Жасмин. — Мы пригласим бабушку в Гленкирк. Ей здесь нравится, и кроме того, ты к ней неравнодушен.

— Каюсь, — нарочито вздохнул Джемми. — Вижу, вы все уже рассчитали, мадам. Намекните, во сколько мне обойдутся новые туалеты.

— В целое состояние! — торжествующе заявила Жасмин и хотела добавить еще что-то, но Джеймс сжал ее в объятиях и принялся осыпать поцелуями. Жасмин казалось, что она в жизни не была так счастлива. После побега от Сен-Дени ее несколько недель мучили кошмары. Сначала у Жасмин не хватало сил подробно рассказать Джемми, что случилось. Она лишь сбивчиво заверила мужа, что ее не изнасиловали, но при воспоминании об ужасном унижении, которое пришлось претерпеть от рук Сен-Дени, сердце щемило от горя. Большего позора ей не приходилось испытывать. Синяки и рубцы зажили быстро, но в душе остались незаживающие раны.

Наконец Жасмин во всем призналась мужу, утаив только одно: она так и не смогла заставить себя поведать, как Сен-Дени вынудил ее встать перед ним на колени и ласкать ртом. Джеймсу Лесли ни к чему это знать: если же когда-нибудь они столкнутся лицом к лицу с негодяем и тот станет похваляться своей победой, она просто-напросто заявит, что все это наглая ложь. Жасмин сделала все, чтобы спасти свою жизнь, но поймет ли это Джемми? Нет, нельзя рисковать безмятежностью супружеского счастья.

Адам Джон Лесли родился четырнадцатого мая тысяча шестьсот семнадцатого года. Он унаследовал темные волосы родителей, а глаза обещали остаться дымчато-синими. Пухленький жизнерадостный херувимчик уже через месяц охотно сменил материнские объятия на заботу и уход пышногрудой жены фермера, выбранной Адали в кормилицы. Его сестры и братья дружно радовались новому члену семьи. Джеймс Лесли был на седьмом небе от восторга. Роды были такими же легкими, как все предыдущие.

— Вижу, теперь вы успокоились, — заметил Адали. — Совсем как ваша мать.

— Какая именно? — поинтересовалась Жасмин, озорно улыбаясь. — Ругайя Бегум или леди Гордон?

— Обе! Как счастлива была бы Бегум повидаться с вами, принцесса!

— Они с отцом радуются, глядя на нас с небес, Адали. В конце прошлого года они узнали о смерти приемной матери Жасмин, вдовы Акбара.

Карие глаза Адали увлажнились, но он, тут же взяв себя в руки, заявил:

— Нужно позаботиться о ваших нарядах, принцесса. Король уже отправился в путь.

Так оно и оказалось, хотя английские советники умоляли его избегать дополнительных расходов, ложившихся тяжким бременем на и без того скудную казну. На самом же деле им просто не хотелось проделывать утомительное путешествие в Шотландию и обратно. Даже Вилльерз, теперь уже граф Бакингем, намекал на то, что сейчас не время для таких визитов.

— А когда, Стини? — рявкнул король. — Боишься, что все деньги уйдут на поездку и тебе достанется меньше подарков? Умерь свои аппетиты! Я словно лосось, который во что бы то ни стало стремится в последний раз побывать там, где родился когда-то! И больше не смей заговаривать об этом и другим передай, чтобы держали язык за зубами! Первого июня мы выезжаем!

77
{"b":"25278","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Лживый брак
Йога между делом
Смотри в лицо ветру
Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора
Довмонт. Князь-меч
Мертвый вор
Viva Coldplay! История британской группы, покорившей мир
Сердце бури
Инженер. Золотые погоны