ЛитМир - Электронная Библиотека

— Конечно, нет, — кивнула Филиппа, прихлебывая на ходу вино.

Они пересекли средний двор, где к ним присоединились трое молодых людей. Летом тьма сгущалась очень медленно, но они все же захватили с собой небольшой фонарь. Наклонная башня, высотой в четыре этажа, славилась длинной лестницей: сто двадцать ступенек до верха. Они долго взбирались туда, то и дело останавливаясь и хихикая. Вино возымело свое действие, и девушки неумеренно развеселились, сыпля вольными шуточками.

С крыши башни открывался прекрасный вид на реку и сельскую местность к юго-западу от Лондона. Здесь было укреплено множество лазурных с золотом флюгеров, украшенных гербом короля. Мужчины, встав на колени, принялись метать кости. Девушки немного погодя присоединились к ним. Кувшин пошел по кругу.

— У меня больше нет денег, — пожаловалась наконец Филиппа. Сегодня ей не везло.

— В таком случае давайте играть на раздевание, — предложил Генри Стандиш с лукавой улыбкой.

— Ставлю туфельку, — предложила Филиппа, снимая левую туфельку и швыряя в центр игрового поля.

К сожалению, вскоре она проиграла обе туфли, чулки и рукава.

— Расшнуруй корсаж, Бесси, — попросила она. — Должна же удача наконец улыбнуться мне.

Бесси не колеблясь исполнила просьбу, но и корсаж последовал за остальной одеждой. Филиппа принялась сражаться с завязками юбки, но была уже так пьяна, что пальцы ее не слушались.

Столь же хмельная, но немного более опытная, Бесси решила, что неплохо бы остановить чересчур неосмотрительную подругу. Молодые люди оглушительно хохотали. К тому времени они сами были полураздеты. Только Элизабет Блаунт, похоже, была в выигрыше, потеряв всего лишь туфли.

Филиппа принялась распевать услышанную на конюшне непристойную песенку, а джентльмены хором подпевали:

Пастух ласкал пастушку,

Ах, где бы взять подушку?

На сено уложил он

Влюбленную простушку.

Хей, хей, хонни-нонни, хей, хей, хей!

Довольные собственным пьяным юмором, молодые люди повалились на пол, устроив кучу-малу. Даже Бесси смеялась, не замечая, что волосы разметались по плечам.

— Ш-ш-ш, тише, — пыталась выговорить она. — Нас поймают!

— Кто? — ухмыльнулась Филиппа. — Все, с кем можно повеселиться, давно отправились в свои владения. Остались только мы, да и то ненадолго.

— А почему ты не вернулась домой, моя красавица? — плотоядно ощерился Паркер, не сводя глаз с расшнурованного корсажа, обнажавшего груди.

— В Камбрию? Развлекаться в компании овец? — обиделась Филиппа. — Даже торчать в Вудстоке и то предпочтительнее!

— Кам-Кам-Камбрия, — пропел лорд Роберт. — Бедная мистрис Филиппа! Кто захочет жениться на девушке с имением в Камбрии и отарами овец?

— Давайте-ка выпьем! — предложил Роджер, прикладываясь к кувшину и передавая его по кругу.

— Я… ик… ненавижу Камбрию! — провозгласила Филиппа. — Давайте играть и посмотрим, кто выиграет мою юбку! А может, я сумею отыграть свой корсаж у тебя, Хэл Стандиш!

Она метнула кости и разочарованно вздохнула:

— Ну что же, забирай юбку. Да и на что она мне без корсажа? Привстав, она снова принялась сражаться с завязками юбки и на этот раз победила. Шелк с тихим шорохом упал к ее ногам.

— Какого дьявола тут творится? — проревел знакомый голос, и на крышу выступил король в сопровождении Чарлза Брендона, графа Суффолка.

Молодые люди невольно съежились под его разъяренным взглядом.

— Майлдмей! Стандиш! Паркер! Немедленно объяснитесь!

— М-мы играем в к-кости, ваше в-величество, — пробормотала Филиппа, едва ворочая языком. — И я н-никак н-не могу отыграть свою одежду. Б-боюсь, сегодня удача отвернулась от меня… ик!

Она снова икнула и хихикнула. Чарлз поспешно проглотил смешок. Девушка, похоже, пьяна до потери сознания.

— Совсем не та приличная молодая леди, какой была ее матушка, а, Хэл? — тихо заметил он.

Король мрачно нахмурился:

— Мистрис Блаунт! Немедленно помогите вашей подруге надеть платье и проводите в спальню. Завтра же утром после мессы приведете ее в мой кабинет. Понятно?

Элизабет Блаунт, побледнев как полотно, вмиг отрезвела.

— Да, ваше величество, — едва слышно прошептала она, принимаясь собирать разбросанную одежду Филиппы и кое-как напяливать ее на обмякшую девушку. Та, опьяневшая до помрачения сознания, принялась снова распевать о пастухе и пастушке.

Король не верил своим глазам. Из голов джентльменов с перепугу мгновенно улетучился хмель. Но как они ни пытались скрыть неуместную веселость, стоило Чарлзу смешливо фыркнуть, как в воздухе загремели раскаты здорового мужского хохота.

Тем временем небо окончательно потемнело, и только неяркий свет маленького фонаря освещал всю эту сцену. Бесси поспешно подняла на ноги кое-как одетую Филиппу, но удержать не смогла. Ноги девушки подкосились, и она медленно опустилась, удобно уложив на сапоги короля, как на подушку, буйную рыжую головку.

— Устала, — объявила она. — Ужасно устала…

И, свернувшись калачиком, мирно засопела.

Воцарилось напряженное молчание, на протяжении которого большинство присутствующих едва осмеливались дышать. Наконец король сухо приказал:

— Майлдмей, проводите малышку в постель. Стандиш, вы и Паркер снесете ее по лестнице, а потом передадите сэру Роджеру. Мистрис Блаунт, вы будете ее сопровождать. Обеим запрещено покидать спальню фрейлин, пока не приведете мистрис Мередит ко мне. А вы трое вернетесь сюда послушать мою лекцию о звездах, которые можно увидеть сегодня с этой крыши. По крайней мере я смогу быть уверен, что вы не проберетесь в спальню фрейлин. Мистрис Блаунт, закройте дверь на засов, а я на обратном пути проверю. Надеюсь, вам все ясно? Что же до вас, джентльмены, надеюсь, в ближайшие два дня вы отправитесь в свои имения. Я еду в Эшер, но вас с собой не приглашаю.

— Да, ваше величество, — хором ответила троица, значительно присмирев.

— Если пожелаете, можете вернуться к Рождеству, — продолжал король, — но до той поры не хочу вас видеть.

— Да, ваше величество, — дружно повторили они.

Лорд Паркер и лорд Стандиш подхватили Филиппу за ноги и плечи и в сопровождении сэра Роджера и Бесси Блаунт начали спускаться вниз.

Чарлз Брендон снова рассмеялся, услышав, как один из молодых людей пожаловался:

— Иисусе! Девчонка весит больше, чем я предполагал.

— Просто она повисла на нас мертвым грузом, глупец ты этакий, — ответил второй.

— Клянусь Богом, Хэл, — заметил граф Суффолк шурину, — Розамунду Болтон удар бы хватил, узнай она, как дурно ведет себя дочь. Что собираешься делать?

— Этот чертов Фицхью разбил девочке сердце, — вздохнул король. — Мало того, Ренфру с женой не позволили ей приехать на свадьбу дочери из страха, что она своим грустным видом испортит праздник Сесилии Фицхью, а ведь девушки были лучшими подругами. Никогда не ожидал, что Филиппа будет вести себя столь непристойно! Я должен поговорить с королевой, хотя, похоже, уже понял, что предпринять.

— И ты действительно проверишь, заперта ли дверь спальни фрейлин? — поддразнил Чарлз.

— Обязательно!

— А мистрис Блаунт — очаровательная девица, как по-твоему? — заметил граф Суффолк.

— Да, — задумчиво пробормотал король.

Утром Филиппа проснулась от головной боли, ужаснее которой не испытывала за всю свою жизнь. Утренний свет резал глаза. В висках невыносимо стреляло. Она едва двигалась, но Бесси чуть ли не силой стащила ее с постели.

— Я умираю… — твердила бедняжка.

— Некогда! Нужно одеваться и идти к мессе. Одно дело, когда фрейлины и весь двор на месте, и совсем другое, когда все разъехались. Королева обязательно нас хватится, тем более что сможет пересчитать оставшихся фрейлин по пальцам одной руки.

— А что случилось? — спросила Филиппа. — Как я оказалась в постели, в одной сорочке?

— Не помнишь? — ухмыльнулась Бесси.

11
{"b":"25279","o":1}