ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Посмотри, брат! — вскричал Квармельн, указывая в сторону города. — Тебе удалось кое-что, но…

Над Дремлющим Ферранозом бушевал огонь и бесновались черные сполохи дыма. Но теперь дым застыл в воздухе, будто замороженный. Языки пламени тоже неподвижно зависли, проявив свою кружевоподобную форму. Ничто не двигалось в Ферранозе. Полуволки, убивавшие старуху, замерли, как вкопанные; один из пехотинцев стоял неподвижно с копьем, приготовленным для удара; колесничий повис на упряжи, а на горле его сомкнулись пальцы полуволка; огромная масса камней, вылетевших из катапульт, повисла в воздухе без движения.

Чихая, кашляя и держась за горло и за лоб, Квантох упал на дно колесницы.

— Что это, брат мой? — странным голосом спросил Квармельн.

— Мне доводилось слышать, что в известном фолианте, носящем имя «Золотой Свиток» говорится, будто два эти заклинания, если прочесть их вместе, способны лишить движения, — простонал мудрец. — Это и произошло. Мое искусство магии и их злые чары сработали одновременно, и теперь Дремлющий Ферраноз и в самом деле дремлет!

Тишина в городе вначале озадачила Кандара, но он видел, как белые кулачки Элтали, его нареченной, колотили в тщетном усилии по серой шкуре полуволка. Он погонял коней, натягивая поводья, хлеща по упругим бокам.

Скалскелпер пока лежал на дне колесницы, уже без ножен, и Кандар схватил копье. Можно было попытаться метнуть его, но рисковать не стоило. Волк удалялся с добычей, тявканьем и рычанием прося товарищей подождать его. Колесница ринулась ему вслед.

И тут, как по мановению волшебной палочки злого чародея, в небе появился зеленый огненный шар, выпущенный из поджидающего корабля. Он летел по замысловатой траектории, как раз навстречу Кандару и его колеснице.

Парень с диким криком выскочил из разом вспыхнувшей повозки, держась за обожженное плечо, а в ноздрях его стоял запах горелой древесины: соприкоснувшись с чудовищным шаром, колесница обратилась в пепел… Четверка лошадей, очутившись на свободе, помчалась в разные стороны.

Кандар упал на колено. Только чудом ему удалось не выронить копье. Он встал, восстановил равновесие, поднял руку, прицелился и бросил.

Только принц Шелдион мог повторить подобное, но даже он вряд ли бы превзошел брата в меткости. Однако, хотя цель и была видна четко, падение с колесницы и сильнейшее нервное напряжение сделали свое дело. Бросок вышел слишком сильным. Копье пробило тело полуволка навылет и, выйдя через ребро, ранило нежную плоть его драгоценной ноши. Поэтому громкий вопль агонии, вылетевший из волчьей пасти, смешался со стоном Элтали, леденящим кровь Кандара. Он, как безумный, бросился к ней.

— Элтали!

Он отшвырнул тушу полуволка, не обращая внимания на то, что древко копья отломилось, соединив два тела в оскорбительном союзе. Девушка не умерла. Пока еще нет. В ее теле глубоко засело острие копья, и алая кровь струилась по одежде. Элтали сумела открыть глаза и посмотреть на него отважно и с любовью.

— Кандар… Мой принц…

Он не мог говорить. Приближающийся стук копыт и грохот колес подсказали ему, что братья-чародеи уже рядом. Он обхватил тело девушки, которую выбрал себе в жены, которая выбрала его в мужья, которую ему суждено было полюбить.

— Не вини себя, о мой принц, — глаза, синие, как васильки, смотрели, не отрываясь, в его глаза, серые, как ненастное небо, — Хотелось бы мне, чтобы ты сразил меня другим оружием. — Она закашлялась, и кровь окрасила ее губы. Кандар стер алые струйки с прекрасного лица.

— Элтали, прости меня…

— Город! — вскричал Квармельн, хватая Кандара за плечо.

— Моя нареченная умирает! — гневно ответил Кандар. — Оставь меня, и пусть этот город катится в бездну!

— Но, мой принц, дело в том, что мой брат сотворил жуткое чудо!

— Странное и небывалое событие! — гремел Квантох. — И мое мастерство говорит мне, что не все еще потеряно! Пойдем, Кандар, юный принц, Лев Аккара! Подними свою невесту! Мы должны доставить ее в город!

— Но… — начал Квармельн.

Вдруг Кандар все понял. Он бережно поднял Элтали.

— Город скован заклятьем, — согласился он. — Ничего не движется, ничего и не умирает. Так что Элтали не умрет!

— Именно так, — подтвердил Квантох. — До тех пор, пока мое мастерство не развяжет этот узел. Пока я не обнаружу скрытые силы, тайные мистерии, чтобы привести в движение все в славном городе Ферраноз!

— А пока нам нужно позаботиться о том, чтобы сохранить жизни всех людей в этом городе, — добавил Кандар. — Потом мы найдем лучших докторов Аккара, чтобы спасти Элтали… да, да, клянусь Гелиосом! — не скрывал он своей радости. — Я верю, что это возможно!

Колесница остановилась у городской стены, там, где заканчивалась Конская Равнина. Квармельн бросил на брата испытующий взгляд.

— Теперь кто-то должен внести Элтали в город — и, разумеется, он тоже навсегда останется неподвижным…

— Не навсегда, о неразумный брат мой, ты всегда был недалек умом! — прошипел Квантох. — Я использую свое искусство магии, и тогда…

— Я знаю, — перебил его Квармельн с такой твердостью, что Квантох умолк в изумлении. — Ты, мой царственный брат, должен будешь применить свое магическое искусство, а ты, мой гордый принц Аккара, обойдешь весь мир в поисках ответов на головоломки, которые задаст тебе Квантох. Я же всего-навсего бедный человек, пытающийся познать тайны жизни, — с этими словами он опустил глаза. — А это может и подождать.

Да, сказано непросто.

— Благодарю тебя, Квармельн. Ты настоящий друг. А теперь поспешим…

Колесница стояла у самого входа в очарованный город Ферраноз.

Из всех жителей величественной столицы Аккара, застывшей сейчас в каменной неподвижности, общей судьбы избежали лишь несколько человек: принц Кандар со своими спутниками и, кроме них, трое мужчин и девушка, выскочившая из горящей таверны.

Драматическую картину завершали металлические корабли, неподвижно зависшие в воздухе и блестевшие посреди окаменевших клубов дыма.

Пандин Гелиодотус, стоящий с дерзким, непокорным видом во главе группы дворцовой стражи, принц Шелдион, истекающий кровью на руках у своих колесничих, король Шамрат, бледный и обезумевший, хватающийся за стены, — все они благодаря заклятью потеряли способность двигаться и замерли в вечном покое.

Кандар видел, как его старый наставник вносит девушку, его нареченную, в уснувший город. Квармельн шел гордым, торжественным шагом, держа свою драгоценную ношу так, будто готовился предстать перед самим Гелиосом. Вот они исчезли за древними крепостными стенами.

— А теперь, Кандар, Лев Аккара, у нас осталось с тобой последнее важное дело для этого города, — промолвил чародей Квантох. — Есть кое-какая работа. Этот фолиант — единственный, оставшийся у меня из всей моей библиотеки. Он называется «Наука волшебства», и в нем собраны такие тайны и загадки, такие темные и страшные заклинания, что даже я, Квантох, никогда прежде не мог решиться испытать их.

— Я готов, — просто произнес Кандар.

— Тогда начнем, — сказал Квантох. И открыл фолиант на первой странице.

Глава 2

О том, как «Наука волшебства» была разорвана на кусочки

Темны и мрачны были тайны, которые хранил фолиант, переплетенный в драконью кожу. Вся мудрость прошлых лет, собранная по крупицам и тщательно отшлифованная умами могущественнейших людей, оказалась записанной особыми чернилами на старинном пергаменте, изготовленном, если верить легенде, из нежной кожи умерщвленных девственниц.

И сейчас Квантох с величайшей осторожностью перелистывал древние страницы.

Его лицо было до крайности сосредоточенным, застывшим от напряжения, что служило для Кандара живым напоминанием о беде, постигшей город, и о силах мрака, которые могут всех искалечить и погубить, если не придерживаться изложенных в книге установлений и ритуалов. Пергамент зловеще похрустывал.

А там, где кончалась Конская Равнина, Ферраноз горел и дымился, будучи неподвижен, и ни одна былинка не шевелилась посреди грозного пожарища.

5
{"b":"2528","o":1}