ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тонкая грань между нами
Опасно близкая для тебя
Черная ведьма в Академии драконов
Книга главных воспоминаний
Радикальное Прощение. Духовная технология для исцеления взаимоотношений, избавления от гнева и чувства вины, нахождения взаимопонимания в любой ситуации
Как написать книгу, чтобы ее не издали
Эмоциональная смелость
Превращение. Из гусеницы в бабочку
Горничная-криминалист: дело о вампире-аллергике

— Доктор, мне хотелось бы прояснить у вас одну вещь, — произнес Эскилаче, собравшись с духом. — Неужели у вас, управляющего одной из крупнейших строительных компаний страны, нет в помощниках специалиста по юридическим вопросам строительства?

— Конечно, есть, Марко Тулио, целых три! Мои юристы разгрызут для меня любую кость и подадут в разжеванном виде. А к чему ты, собственно, клонишь?

— Дело вот в чем, доктор. Передо мной сейчас лежит доклад, подготовленный нашим замом по юридическим вопросам. В нем указывается, в частности, на определенный недочет в вашем проекте строительства жилого комплекса «Жить в гармонии» на территории Босы. Почва там подвержена опусканию вследствие размыва, а значит, предусмотренное проектом возведение в этой местности девяти шестиэтажных зданий абсолютно неосуществимо, поскольку на глинистом основании такие постройки не простоят больше пяти лет. Представляете, чем это грозит?

— Удивил ты меня, Марко Тулио! — осипшим голосом произнес Варгас Викунья. Последовало неловкое молчание. Эскилаче сглотнул слюну и выпустил клуб сигарного дыма в оконное стекло. Варгас Викунья заговорил первым: — Я тоже дал указание провести исследование почвы, и у меня есть огромная кипа бумаг с печатями нескольких американских фирм и даже лаборатории Центрального университета. Неужели ты думаешь, мой дорогой Марко Тулио, что я полезу в воду, да еще такую мутную, не зная броду?

— Ну что вы, доктор, предусмотрительность всегда была вашей отличительной чертой! Но проблема в том, что я располагаю нотариально заверенной копией договора купли-продажи. Из него следует, что вы заплатили за этот участок по тарифу категории «б», то есть за землю, годную для застройки зданиями не выше трех этажей. Теперь вам понятно? Проектик-то, может, и хорош, да только с вас причитается в двойном размерчике!

— А ты все со своими прибаутками, Марко Тулио. — Он несколько раз дыхнул в трубку, беззвучно смеясь. — Послушай, тебе ведь прекрасно известно, что те земли бросовые, и окружная управа продала их мне только потому, что другие не пожелали вложить и медяка в этакой Тму-Таракани! Вы же у себя в совете сами провозгласили политику возрождения города. И вот я, добросовестный инвестор, строю там, куда больше никто не придет, на мертвой, затапливаемой почве…

— Доктор, поймите меня правильно…

— Я тебя очень хорошо понимаю, Марко Тулио! И если положено не больше трех этажей, значит, так и построим. Мы не станем нарушать закон и подвергать опасности будущих квартиросъемщиков, так или нет?

— Именно это я и хотел от вас услышать, доктор.

— Тогда не будем тянуть резину, — подытожил Варгас Викунья. — Пришли мне досье проекта, и там, где указано шесть этажей, изменим на три. И дело с концом! А тем гринго, что делали по моему заказу исследование почвы, вставим в задницы по динамитной шашке, согласен?

— Ха-ха… Конечно, доктор, — посмеялся Эскилаче, немного расслабившись. — И скажите мне, если не секрет, не припасено ли у вас в загашнике и других проектов застройки?

— Ну как же, ведь это мой хлеб, дорогой советник! Буду направлять их тебе по мере готовности!

Они распрощались, и Эскилаче перевел дух. Он все еще умудрялся находить общий язык с таким опасным противником, как Варгас Викунья. Оба хорошо сыграли свои роли.

С улицы донесся отчаянный автомобильный гудок. Грузовик, развозящий молоко, пытался заехать задом на тротуар и перегородил проезжую часть, чем вывел из себя вынужденного затормозить водителя маршрутки.

Далеко от этого места адвокат Эмилио Барраган бездумно поигрывал брелком с ключами от своего «Пежо-605». Даже дурацкий разговор по телефону с Эскилаче не испортил чудесного солнечного утра со свежим горным ветерком и голубым, безоблачным небом. Адвокат распахнул окно, сквозь кроны деревьев окинул взглядом город. Потом вдруг суетливо ощупал себя в поясе и с разочарованием убедился, что снова заметно прибавил в весе. Он втянул живот, задержал дыхание, затем взялся руками за пухлую грудь, напряг мышцы, поднял подбородок и полюбовался на свое неясное отражение в оконном стекле. Почему Эскилаче обращается с ним, как с никчемным сопляком? Ответ очевиден: Каталина его племянница, и Эскилаче из родственной солидарности помогает карьере ее мужа на адвокатском поприще, подбрасывает ему работу. Барраган провел пальцем по шее и поднес его к носу. Затем торопливо выдвинул третий ящик письменного стола, достал флакон с туалетной водой и пальцем нанес пару капель над воротничком сорочки.

Его беспокоила эта история с трупом на Сисге. Ужасно, что подобное творится в непосредственной близости от цивилизованного общества. Вот почему он испытывал страстное желание переехать на жительство в Лондон, мечтая покупать себе рубашки в универмаге «Харродс» и запасаться провизией на рыночке в Камден-тауне. Или в Париж: магазины на рю Сен-Оноре, бутики на Елисейских Полях, тысяча и одна лавка в районе Оперá. Вот это настоящая жизнь, не то что каждодневное убогое и пошлое существование, которое он вынужден влачить в Боготе, окруженный тревогами, неудобствами, неприятностями и грязью! Кстати, за примером далеко ходить не надо, только вчера ему рассказали в клубе, как один нищий в инвалидной коляске, занимающийся помывкой ветровых стекол на перекрестке, во время остановки на красный свет подкатил к машине жены Кансино Прады, сунул руку в открытое окно, поднес ей прямо к носу какашку и заорал: «Если не хотите жрать это говно, сеньора, гоните-ка сюда бумажку в десять тысяч песо!» Говорят, ее чуть инфаркт не хватил, бедняжку! И неудивительно — мерзость какая!

5

Дома он включил автоответчик и услышал голос Моники: «Ты опять где-то потерялся. Уже половина девятого, а я, как дура, все жду тебя в „Гранаоррар“. Если не появишься через десять минут, позвоню Оскару!» Он посмотрел на часы — ровно десять.

У него возникло ощущение одиночества и грядущей потери чего-то очень важного. Он пошел на кухню, налил себе полстакана «Вьехо-де-кальдас», поставил компакт-диск Скотта Джоплина и стал перечитывать записки, которые хранились в карманах муньеки — цитаты из книг, свои зароки, слова Моники, высказывания Гусмана и собственные мысли, напечатанные на его электрическом «ундервуде» или написанные от руки на чем попало. Он читал их все подряд, пуская под музыку клубы сигаретного дыма и отпивая ром мелкими глотками. «Единственная надежда — в предстоящей выпивке». — Малькольм Лаури. «Не дразни во мне быка, если не хочешь получить рогами!» — Моника. «Клаве подарила мне кинжал, и я вонзил его в Клаве». — Вирхилио Пиньера. «Я проиграл. Опять проиграл. Меня это не расстраивает и не заботит. Проигрыш — дело техники». — Луис Сепульведа. «Побежденный несчастиями, низведенный до жалкого состояния вопреки громадному объему проделанной мною работы, имея безумную жену в лечебнице и не имея возможности оплачивать ее пансион, я самоустраняюсь». — Эмилио Сальгари. «В жизни твоей есть загадочный сумрак…» — «Трио Матаморос».

Муньека появилась благодаря наитию Гусмана. Однажды вечером они увидели ее в витрине шляпного магазина рядом с площадью Боливара. На ней было черное платье, лицо закрывала кружевная вуаль.

— С такой куколкой я навсегда позабыл бы об одиночестве, — сказал Гусман.

Силанпа промолчал, но на следующий день подъехал к магазину на своем «Рено-6» и за разумную цену выкупил муньеку — деревянный бюст на вертикальной подставке, две гипсовые руки и лицо со стеклянными глазами жгуче черного цвета.

Он разложил перед собой анкеты пропавших без вести и принялся изучать их, поедая порезанную кружочками колбасу. Ему вспомнились слова Гусмана: помимо личности убитого, наверняка есть и другие зацепки. Что же делать? У него ничего не было, кроме истории Эступиньяна. Завтра, возможно, начнут поступать данные по всей стране, и тогда работы будет невпроворот. Силанпа нехотя взял телефонную трубку, набрал номер Моники и стал слушать длинные гудки, хотя и так знал, что ее нет дома.

7
{"b":"252800","o":1}