ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пит глянул на светящиеся цифры будильника: 2.25. Он спустился на кухню, решив выпить стакан молока. Слова Рика не выходили у него из головы. Если из-за какой-то записной книжки мистер Кагор заставил Рика вломиться в чужой дом, на что же еще он способен!

Внезапно Пит замер с бутылкой в руке. Страшная мысль пришла ему в голову. А если Стива убил мистер Кагор? Питу стало жарко. Тревожно забилось сердце. Почему он не выслушал Рика? Как бы он хотел поговорить с ним сейчас! Невозможно. Он не знал, где живет Рик, и боялся появляться в «Зоне». Он даже не мог ничего рассказать маме. Никогда в жизни Пит не чувствовал себя таким одиноким.

17

На чердаке

В среду Пит проснулся, когда дома уже никого не было. Мама давно ушла на работу, и Пит смутно помнил, что Томми должен был идти в парк аттракционов с семьей приятеля.

Чувствовал себя Пит ужасно. Хотелось есть, но он не мог проглотить ни кусочка. Голова была тяжелой, в висках ломило от тупой боли. Ему предстоял долгий и тоскливый день дома. Заняться было нечем, поговорить не с кем…

На кухонном столе он обнаружил мамин кошелек. Должно быть, она забыла его, торопясь на работу. Пит знал, что денег там совсем немного… Как раз на пару игр. Хотя какая разница? Он ведь решил, что не пойдет туда. Он представил себе «Агрессор». Если бы только… Всего один раз… Ему бы стало гораздо лучше.

Не отрывая глаз от кошелька, Пит позавтракал. Кошелек словно уговаривал его:

«Ну же, всего один разок!»

«Мама даже не заметит, а я так давно там не был, — думал Пит. — Целую вечность».

Его пальцы медленно двинулись к кошельку.

— Ну же. Ты ведь так хочешь, — настаивал чей-то голос в его голове.

Правая рука Пита схватила кошелек.

— Нет!

Левой рукой он приоткрыл верхний ящик буфета, швырнул туда кошелек и облегченно вздохнул. Он победил! Он все-таки удержался. Но что дальше? Надо было чем-то заняться. Отвлечься от мыслей об «Агрессоре».

Внезапно оживившись, он взбежал по лестнице в ванную. Стараясь не смотреть в зеркало, он взял с полки злополучную электробритву.

— Там ей самое место, — громко произнес он.

Он решил отнести ее на чердак, к остальным вещам отца. Пит открыл люк и начал взбираться по железной лесенке.

Как и на любом чердаке, здесь было полно старого хлама. Пыльные чемоданы, набитые старой одеждой пластиковые пакеты, детская кроватка Томми, кучи картонных коробок и прочее в том же духе. Пит моментально принял решение: он наведет здесь порядок. Мама давно уже хотела это сделать, но у нее вечно не хватало то сил, то времени.

Пит принялся не спеша разбирать старые коробки. Смахнув многолетние наслоения пыли, он увидел, что большая часть хранящихся здесь вещей принадлежала отцу. На одном из чемоданов даже сохранилась наклейка: мистер Роджер Кларк. Отец, похоже, никогда ничего не выбрасывал: здесь были даже его детские вещи. Питу стало грустно. С одной стороны, ему хотелось сбежать от этих воспоминаний, но с другой — хотелось остаться и посмотреть, что здесь можно найти.

Пит едва успел переворошить несколько коробок, как услышал на лестнице шаги.

— Питер! Питер, ты здесь? — это был голос матери, пришедшей с работы пораньше. Черт! Он думал устроить ей сюрприз — прибрать чердак.

Миссис Кларк поднялась по шаткой железной лесенке и протиснулась на чердак.

— Что ты делаешь? — устало спросила она.

— Разбираю папины вещи, ты ведь давно собиралась, — начал объяснять Пит, оперевшись на непонятно откуда здесь взявшийся футляр от гитары, прислоненный к одной из балок.

— Это папин, — показала на футляр мать. — Ты ведь не знал, что он играл? Смотри.

Она открыла футляр и вытащила электрогитару, раскрашенную под зебру. Пит молча уставился на гитару.

— Отец был рок-звездой? — спросил он.

— Не совсем, — улыбнулась мать. — Немного играл на гитаре, вот и все.

Она вздохнула. Пит знал, что она думает об отце.

— Он не любил выкидывать вещи. Вся его жизнь тут. — Она помолчала. — Томми еще не скоро вернется. Давай немного разберем здесь вместе, хорошо?

Так, по-дружески, мама уже давно с ним не разговаривала. Пит улыбнулся и молча кивнул.

«Может быть, все еще наладится», — подумал он.

Остаток дня они провели на чердаке вместе, роясь в давно забытых вещах. Большую их часть Пит видел впервые.

— Вот это тебе понравится, — засмеялась мать, вытаскивая из коричневого чемодана растрепанный картонный конверт. — Сомневаюсь, что ты помнишь, как это называется. Грампластинка, — улыбнулась она.

— Я знаю, — засмеялся Пит.

— Да, но взгляни внутрь.

Пит вытащил вкладыш. Светящимися зелеными чернилами были выведены названия песен: «Грязь и ярость», «Давайте ломать», «Кев-убийца».

— Что это? — спросил Пит.

— Переверни.

На обратной стороне вкладыша была фотография рок-группы. На Пита самодовольно смотрели пятеро молодых парней в обтягивающих брюках-дудочках.

— Нет, не может быть! — Пит потряс головой и еще раз взглянул на фотографию, прежде чем вопросительно повернуться к матери.

— Да. Третий слева, — усмехнулась она, пододвигаясь к окну, чтобы лучше видеть, и мягко кладя руку на плечо Пита.

Пит улыбнулся. Улыбка становилась все шире и шире и наконец переросла в безудержный смех. Пит не мог оторвать глаз от отца в узеньком пиджаке с блестками, обтягивающих клетчатых брюках и с крашеными зелеными волосами. Отец смотрел на него исподлобья.

— Ох, — выдавил Пит между взрывами смеха. — Ма, а кто вообще слышал «Смертоносных муравьев»? На что это было похоже?

— Ну, слушать их было трудно… Они-то считали себя довольно приличной группой, но на самом деле это было просто ужасно. Вот в твоем отце что-то было… Что-то такое, что мне нравилось… Думаю, он не воспринимал себя так серьезно, как остальные.

— Отец ведь ко всему относился легко? — спросил Пит.

— Что ты, вовсе нет. К вам с Томми он относился очень серьезно. Вы для него были все. Он просто не пережил бы, если бы с вами что-то случилось… — Мать вдруг умолкла.

Пит глядел в пол.

— Ну, ничего. — Ее голос снова повеселел. — Он был бы счастлив, видя нас сейчас.

Она снова заулыбалась. Пит посмотрел на старый проигрыватель, который обнаружил в куче скарба. Он как раз собирался спросить, можно ли послушать на нем запись, но раздался звонок в дверь.

— Я открою, — рванулся Пит.

— Нет, я сама.

На плечо Пита легла рука. Он обернулся и увидел в глазах матери тепло.

— Все будет хорошо, Питер. Мы справимся.

Пит проглотил нахлынувшие вдруг слезы.

— Мне так жаль, мама. Прости меня за все…

— Забудь. Это уже в прошлом.

Она умолкла, слушая, как снова задребезжал звонок. На этот раз звонили гораздо настойчивее.

— Иду, иду! — крикнула она, спускаясь по лестнице. — Спокойно!

Пит широко — от уха до уха — улыбнулся. Это было любимое словечко отца. Он радостно продолжил уборку, бережно отложив альбом «Смертоносных муравьев» на верхнюю ступеньку лестницы. Радужные мысли прервал крик матери.

— Питер! Быстро спускайся. Ужас! Томми…

У Пита сжалось сердце.

— Что? Что с ним? — срывающимся голосом выдавил он, кубарем слетая вниз.

Мать дрожащими руками пыталась вытащить из сумочки платок. За ней, в дверном проеме, стояли двое мужчин. Полицейские.

— Томми исчез, — сказала мать странным сдавленным голосом. — Они с Беном играли в яме для прыжков; ты знаешь, в парке, а потом его вдруг не стало. — Она начала всхлипывать. — Он исчез.

18

Томми

Мать уехала с полицейскими, а Пит остался дома.

— Кто-то должен быть дома, — проговорила она сквозь слезы. — На всякий случай…

Пит понимающе кивнул, но чувствовал себя совершенно бесполезным. Он ровным счетом ничего не мог сделать.

Возвращаться на чердак ему не хотелось. Пит забрел на кухню, вымыл грязную посуду и принялся бесцельно шататься по комнатам. Потом включил телевизор, пощелкал пультом, но ничего интересного не нашел.

13
{"b":"252831","o":1}