ЛитМир - Электронная Библиотека

– Вроде бы гнид нету, – довольно пробормотала Элсбет, вручая ему отрез грубой ткани. – Вытирайте, а я вас домою.

– Ты и Фицтюдора купала? – поинтересовался Эндрю.

– У мальчишки был собственный слуга, которого он привез с юга. Я не желала иметь с ними ничего общего. Он просто обливался духами, а вот мылся, наверное, не чаще раза в год. Да они и сами старались держаться в сторонке, когда поняли, что к чему, – хмыкнула Элсбет, принимаясь тереть его спину и плечи.

– И каким же образом они это поняли? – спросил Эндрю.

– Как-то вечером Фицтюдор пробрался в спальню Адэр и попытался взять ее силой. Она огрела его по голове глиняным кувшином. Бедняга свалился как подкошенный, а она позвала Бейста, который вцепился в его обутую в бархатный сапожок ногу и выволок мальчишку за дверь. – Элсбет злорадно засмеялся. – После того случая он обходил ее стороной. Моя госпожа – девственница, если вы именно к этому клоните своими расспросами. Так что обращайтесь с ней помягче.

– Ты уже объяснила ей, что происходит в постели между женщиной и мужчиной?

– Я не имею на это никаких прав. У нее нет матери, и, следовательно, вы, как муж, обязаны вести ее по дороге любви. Ну, вы уже вымыли те части тела, которые неприлично упоминать вслух? Если да, то предоставляю вам вытираться самому. Эта дверь ведет в спальню госпожи, – объяснила она и, присев, пожелала Эндрю спокойной ночи.

Он еще немного посидел в лохани, наслаждаясь теплом, пока не ощутил, что вода стала остывать. Значит, молодой Фицтюдор пытался овладеть Адэр и получил наглядный урок. Что же, мальчишку трудно винить. Адэр – лакомый кусочек. Она утверждает, что девственна. Ее служанка клянется в том же.

Эндрю вздохнул. Девственница. Как, черт возьми, к ней подойти?! Особенно к такой прозаичной особе, как его молодая жена? Он считал, что овладеть ею удастся лишь через несколько дней, в течение которых собирался ублажать ее ласками и поцелуями, все более дерзкими, пока Адэр не будет готова принять его. Но она покинула зал, предварительно прошептав, что им необходимо исполнить долг, и оставив его в полнейшем изумлении. Да, наследник очень нужен Стентону, но Эндрю хотел иметь в постели женщину, которая будет наслаждаться их взаимными ласками не меньше, чем он сам.

Осознав, что окончательно замерз, Эндрю встал, снял с колышка полотенце и принялся вытираться. Потом, как был голый, вошел в спальню жены и захлопнул за собой дверь. В очаге горел огонь, занавеси на окнах были задернуты. Эндрю подошел к кровати, отдернул полог и увидел, что Адэр сидит, подложив под голову подушки. При виде нагого мужа глаза ее широко раскрылись, но она ничего не сказала. Эндрю понял, что и на ней нет одежды: плечи и руки были обнажены, а сама она судорожно прижимала покрывало к груди.

– Нам не обязательно делать это сегодня, – спокойно заметил он. Адэр явно боялась: в фиалковых глазах стоял ужас.

– Обязательно, – прошептала Адэр. – Наутро твой дед непременно потребует предъявить окровавленную простыню, и если мы откажемся, предположит, что я не девственна. А если ты пояснишь, что не овладел мной, назовет трусом перед всеми, кто будет в зале. Я не позволю ему опозорить нас перед жителями Стентона. Над нами будут смеяться. Ложитесь в постель, милорд, пока не простудились.

Адэр откинула покрывало. Эндрю лег рядом и укрыл ее и себя.

– Дай мне руку, – попросил он, и она доверчиво протянула ему руку. – Как ни жаль, Адэр, но ты права. Мой дед привык стоять на своем и запугивать тех, кто послабее. Сегодня твоя решимость и стойкость заслужили невольное уважение деда. И ты прекрасно продумала нашу ситуацию. Не появись сегодня дед, у нас было бы время привыкнуть друг к другу. Но ничего не получилось. Однако позволь мне кое-что предложить: давай просто полежим вместе, пока ты не осмелеешь настолько, чтобы мы смогли стать настоящими мужем и женой. До рассвета у нас полно времени. Нам совсем не обязательно спешить. – Он крепко обнял ее. – Ну вот, моя маленькая женушка. Разве так не лучше?

Его губы скользнули по ее лбу, и аромат левкоя ударил в ноздри.

– Я и сам не ожидал, что женюсь, – признался он. – Мне нечего предложить жене.

Ощущение ее гибкого молодого тела пьянило, но Эндрю отчаянно цеплялся за остатки самообладания. Нельзя позволить похоти взять верх над здравым смыслом. Адэр – его жена, и они будут вместе до конца дней своих.

– Судя по тому, что я только что видела, милорд, у вас есть что предложить, – лукаво хихикнула Адэр. Очевидно, она успела хорошо рассмотреть его, пока он шел к кровати. До него она не видела обнаженных мужчин. И вовсе не требовался большой опыт, чтобы понять, как он хорошо сложен!

– Не знал, что ты так отлично видишь в полумраке! – усмехнулся Эндрю.

– Света было достаточно, чтобы рассмотреть все ваши достоинства, милорд, – заверила Адэр. – Правда, мне не с кем сравнивать. Но, подозреваю, дамы, которых вы удостоили чести, считают их более чем удовлетворительными. Думаю, можно смело сказать, что сегодня в вашей постели девственница. – При последних словах щеки Адэр залились яркой краской.

– Это верно, – согласился Эндрю. – Я потерял девственность в четырнадцать лет и с тех пор знал немало женщин. Но я не так-то легко раздаю свои ласки. Интересно, Адэр, ты всегда так чистосердечна? Я еще не знал женщины, столь прямой и откровенной, как ты.

– Леди Маргарита всегда советовала мне вести себя осторожнее. Говорила, что те, кто меня не знает, могут посчитать наглой и, что еще хуже, распутной. Но я всегда говорю что думаю и никогда не умела играть в принятые при дворе игры. Полагаю, я слишком честна для этого.

Какое неожиданное утешение – прижиматься к этому мускулистому телу. Впервые, с самого детства, Адэр чувствовала себя в безопасности. Кожа у Эндрю была гладкой и хорошо пахла. Интересно, что Элсбет положила в его ванну? Нужно потом не забыть спросить у нее.

– В таком случае почему ты так долго оставалась при дворе? – не задумываясь поинтересовался он.

– Милорд, мне было только шесть лет, когда сторонники Ланкастеров зверски убили моих родителей, и, кроме короля, у меня не было защитников. Мой отец, как ты наверняка слышал, – человек обаятельный, и окружающие обычно бывают очарованы им. Его манеры безупречны, а память на лица и имена – невероятная. Даже незнакомые люди и первые встречные чувствуют себя его близкими друзьями. И он свято выполняет свой долг монарха. Но я так и не смогла полюбить ни его, ни королеву. Оба совершенно поглощены собой и своими желаниями. Король бесстыдно развлекается с женщинами и живет в свое удовольствие. Королева заботится только о благополучии своих родственников. Они плодят детей, а потом забывают о них, считая, что на этом родительские обязанности выполнены. Не будь с нами леди Маргариты Бофор, мы просто пропали бы. Это она учила нас хорошим манерам, вере в Господа и внушала моральные принципы. Она заботилась, чтобы нас обучали, как пристало нашему положению детей короля. И никогда не обижала нас и не делала каких-то различий между мной и моими единокровными братьями и сестрами. Она хорошая женщина, Эндрю.

– И все же ты сбежала. Почему?

– Я всегда считала, что прежде всего обязана королю, а глотом уж Стентону. Но не могла допустить, чтобы со мной обращались как с вещью. А именно так поступил король. Я пыталась урезонить его, но он ничего не желал слушать. Ланкастеры задумали получить королевскую дочь для одного из своих бастардов, любимого сына графа Пемброка. И поскольку я приносила мужу титул и хорошее приданое, графу ничего не оставалось, как смириться. Никто и не подумал, что я почувствую, когда мне навяжут мужа, которого я до сих пор в глаза не видела.

– Но ведь именно так и заключаются браки между людьми нашего круга. Главное для обеих сторон – богатство и знатность. Мы тоже поженились по желанию герцога. Почему же ты согласилась?

– Согласилась, зная, что должна выйти замуж хотя бы потому, что не смогу в одиночку оборонять Стентон от шотландцев, – честно ответила Адэр. – И, как указал твой дед, наши семьи и раньше вступали в брачные союзы, ведь что ни говори, а мы соседи. И я знаю тебя, Эндрю, а ты знаешь меня. Ты ведь не противился нашему браку, верно? И не только потому, что тебя просил дядюшка Дикон.

30
{"b":"25284","o":1}