ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— У нее может быть дочь, — сказала Янфеда. — Как у меня. Есть другой способ обеспечить Мехмету место на троне, не убивая его братьев. Почему нельзя поселить принцев в отведенных им комнатах с их слугами и с неспособными к деторождению женщинами, чтобы они жили тихо и мирно? Что будет, если у Мехмета не будет сыновей? Династия умрет, если умрут все его братья, но она не погибнет, если другие принцы будут жить в своей комфортабельной неволе.

— Нет! Ничто не должно ставить под угрозу возможность Мехмета стать султаном, — сказала Сафия. — Живые наследники только вызывают недовольство. Однако в одном ты права. У Марджаллы может быть дочь. Большинство детей моего господина Мюрада девочки. Я не хочу терять друга. Она единственный настоящий друг, который есть у меня. С тех пор как она появилась, я испытываю радость от общения с ней.

Hyp У Бану улыбнулась.

— Ты становишься мудрей, Сафия, меня это радует. А теперь, моя милая дочь, мы должны обсудить, как сказать Марджалле о том, что задумал султан. Он настаивает, чтобы ее привели к нему в эту пятницу, что, конечно, потрясло меня так же, как, я уверена, потрясло и тебя. Я знаю, что Марджалла будет чувствовать — она будет сопротивляться. Мы должны убедить ее, что делать этого не нужно. Я знаю, она любила Явид-хана, но обе мы знаем, что она научится со временем любить и Мюрада, разве не так?

— Как может она не полюбить его? — тихо сказала Сафия. — Он самый прекрасный из всех мужчин! Я полюбила его сразу, как только увидела его. Он был моей мечтой, которая стала явью. Конечно, она любила Явид-хана, но если постарается, она полюбит Мюрада еще сильнее. Она должна полюбить его. Его нельзя обижать!

— Я прикажу, чтобы Ильбан-бей заставил замолчать слишком длинные языки, — сказала валида, — а Марджалле мы ничего не скажем еще день или два, но через четыре дня она должна идти к султану. Наша обязанность состоит в том, чтобы убедить ее, что это почетно, и объяснить ей возможности, открывающиеся перед ней.

— Если она будет знать, что мы любим ее и радуемся за нее, — сказала Сафия, — ей будет легче сделать это, я знаю.

Две старые женщины улыбнулись, услышав эти слова султанши, и обменялись понимающими взглядами, которых Сафия, к счастью, не заметила. Валида подала знак слугам. На низком столике мгновенно появились освежающие напитки, и три женщины принялись вполне дружески беседовать.

Наконец Сафия поднялась, чтобы идти к себе в комнаты. Валида обняла жену своего сына с нежностью, которую не проявляла многие годы. Янфеда улыбнулась про себя и подумала, что Hyp У Бану всегда была очень сговорчивой, когда добивалась своего.

И все же что-то тревожило Янфеду, но она не могла понять, что же это. Ей хотелось скорее оказаться в своих комнатах и обдумать, что же беспокоит ее. Она всегда прислушивалась к внутреннему голосу.

Глава 15

На следующее утро Эйден, проснувшись, сразу вспомнила о событиях прошлого дня. Голова раскалывалась от боли, во рту пересохло. Не в силах справиться со своим горем, она истерически разрыдалась, и перепуганный Джинджи послал Айрис за валидой.

Hyp У Бану, понимая, что именно она сумеет успокоить Эйден, поспешила в ее маленькие комнатки, расположенные по соседству. По-матерински обняв рыдающую женщину, она бормотала какие-то успокаивающие слова и позволила ей выплакаться. И когда наконец рыдания Эйден стихли, она сказала:

— Я знаю, дорогое дитя, что значит потерять возлюбленного. Мой второй сын, Ахмет, умер двухлетним. Мюрад — наследник трона, однако Ахмета я очень любила. Он был даже похож на меня, у него были светлые волосы и темные глаза. — Она вздохнула. — Я проплакала много дней, но это не принесло мне облегчения.

Эйден взглянула на валиду. Глаза Эйден опухли, нос покраснел. «Она не из тех женщин, которые выглядят привлекательно в своей скорби, — подумала Hyp У Бану. — Как жаль, что Мюрад не видит ее в таком состоянии, это могло бы избавить ее от всех неприятностей».

— Я понимаю, что вы говорите, госпожа, — сказала Эйден. — Но все так несправедливо! Явид-хан был хорошим человеком и глубоко страдал из-за гибели своей семьи. Так горько, что он пал жертвой какого-то неизвестного налетчика!

— Налетчик известен. Утром мне сообщили, что накануне ночью янычары моего сына поймали тех, кто убил Явид-хана, разрушил его дом и убил рабов. Они казнены.

— Кто? — спросила Эйден. — Кто совершил это ужасное преступление?

— Это дело рук брата-близнеца твоего мужа, чудовища по имени Тимур. Разве не ты рассказывала мне, что это он совершил то первое нападение на дом Явид-хана в Крыму?

— Да, — сказала Эйден, — но тогда он ускользнул от возмездия своего отца и своей семьи. Они не сумели найти его, хотя пытались. Вы должны позволить мне написать великому хану Крыма и рассказать ему о том, что случилось.

— Не беспокойся, дорогое дитя, . — сказала валида. — Великий хан будет оповещен, но сделает это султан — его повелитель. Однако я должна сообщить тебе одно приятное известие. Вместе с татарами нашли твою служанку, она цела и невредима. Она вернется к тебе, когда янычары приедут в Стамбул.

Айрис и Ферн, тихонько сидевшие в комнате в ожидании приказаний своей хозяйки, радостно вскрикнули.

— Слава Богу, — с горячностью вырвалось у Эйден.

— Слава Аллаху, — мягко поправила ее валида.

— Что теперь будет со мной и моими слугами? — спросила Эйден.

Hyp У Бану на мгновение заколебалась, а потом сказала:

— Поскольку Явид-хан был послом и, стало быть, находился здесь по приказанию султана и, следовательно, был под покровительством Оттоманской империи, по обычаям нашей страны султан берет его вдову в свой гарем в качестве одной из своих жен.

— Нет! — Голос Эйден прозвучал резко, и вид у нее был испуганный.

— Дорогое дитя, своим выбором мой сын оказывает тебе честь, — терпеливо объяснила валида.

— Мне не нужна эта честь! — воскликнула Эйден. — Прошу вас, поймите это, госпожа. Я не хочу показаться неблагодарной, но сейчас я свободная женщина и очень хотела бы вернуться к себе домой. Нет никаких законных оснований, которые могли бы помешать мне.

— Моя дорогая Марджалла, разве мы не говорили об этом раньше? Ты в любом случае не можешь вернуться к себе на родину. Ты же знаешь о том, как тебя примут. А что делать, если твой муж женился снова? Каким ужасным будет для твоего первого несчастного мужа твое появление на пороге его дома. А что, если его новая жена беременна? Я знакома с христианской верой. Он будет вынужден вновь восстановить тебя в правах жены, но он не захочет тебя, он, вероятно, не сможет заставить себя жить с тобой супружеской жизнью. Его наследник, ребенок от его новой жены, будет считаться незаконнорожденным. Неужели ты в самом деле способна причинить такую боль человеку, которого, как утверждаешь, ты любишь? Можешь ли ты принести несчастье ни в чем не виноватой женщине и ее такому же невинному ребенку, единственному наследнику твоего мужа? Я не думаю, что ты способна на такое.

Дорогая Марджалла, я знаю, каким мучительным ударом была для тебя смерть твоего возлюбленного Явид-хана. Понимаю, его потеря заставляет тебя вспомнить жизнь, которую ты вела до того, как попала к нам, но эта жизнь, так же, как и твоя жизнь с Явид-ханом, ушла в прошлое. Тебе нужно начать жить заново. Мой сын, Мюрад, восхищался тобой с того момента, когда впервые увидел тебя. Сафия и я рады видеть тебя здесь, вместе с нами. Наше единственное желание — сделать тебя счастливой.

— Что-то никто не видел, чтобы Сафия испытывала любовь к другим женщинам своего мужа, — упрямо ответила Эйден. — Я скорее стану служанкой в вашем доме или соглашусь, чтобы меня продали на городском рынке рабов, чем потеряю одну из немногих своих подруг здесь.

— Сафия рада, что в твоей печали ты не теряешь надежды, Марджалла. Клянусь, она будет относиться к тебе как к сестре, а не как к врагу. — Валида повернулась к Джинджи и сказала:

— Иди к жене султана и передай ей, что валида желает видеть ее здесь, в комнатах госпожи Марджаллы. — Она снова обратилась к Эйден:

110
{"b":"25285","o":1}