ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мне пора ехать, — сказал он, — пока не стемнело, а то я опять свалюсь в ваше озеро. Пока доберусь до Шинона, я основательно промерзну.

— Я когда-то поклялся, что, если нам суждено будет встретиться еще раз, я убью вас, — сказал Адам де Мариско. — Но то, что вы вернули нам нашу дочь, сквитало нас.

Король кивнул.

— Прощайте, лорд де Мариско, граф де Брок-Кэрн, — сказал он джентльменам. Затем повернулся к Скай и Велвет. — Мне было очень приятно еще раз увидеть вас, дорогая, — проговорил он, обращаясь к Скай и поднося к губам ее руку. Потом взял руку Велвет и тоже поцеловал ее. — Прощайте, дорогая, — тихо сказал он. — Будьте счастливы! — И, повернувшись, быстро вышел из зала.

Велвет поняла смысл сцены, только что произошедшей у нее на глазах. Она взглянула на свою мать.

— Мама? — спросила она.

Губы Скай сложились в озорную улыбку, подтверждавшую догадку ее дочери.

— Да, дорогая, — сказала она.

— Мама! — еще раз повторила Велвет, и счастливый смех матери и дочери заполнил зал Бель-Флера. Теперь у них появилась еще одна общая тайна.

Эпилог

Он свое сердце вложил в мою грудь,

Что ж, я свое отдаю, не робея.

Милый, люби меня и не забудь,

Как я твое берегу и лелею.

Если мой взгляд твое сердце пронзил,

Боль нестерпимо во мне отзовется.

Кто из нас сердце чужое носил —

Время одно разберется.

Милый, люби же меня, не забудь —

Сердце твое согревает мне грудь.

Сэр Филипп Сидней

— Нареките ребенка, — сказал отец Жан-Поль, обращаясь к собравшимся.

— Джеймс Фрэнсис Генрих Александр, — провозгласил король Шотландии, осторожно баюкая своего крестного сына.

Велвет гордо улыбнулась мужу, пожав ему руку с молчаливой любовью. Они стояли рядом посреди всей своей огромной семьи в часовне Дан-Брока, в которой крестили их первого сына в этот третий день июня в год 1593 — й от Рождества Христова.

Ребенок родился в Бель-Флере первого апреля.

Велвет и Алекс жили во Франции вместе со Скай и Адамом вплоть до последнего времени, когда три недели назад они наконец вернулись в Дан-Брок. Все жители деревни Брок-Эйлен высыпали на улицу и приветствовали своих хозяев, приехавших с сыном и наследником, следующим графом. Для всех это было чрезвычайно радостным событием. В замке их поджидала Джин Лаури с маленькой Сибиллой на руках. Девочка вначале дичилась своего отца и мачехи, но быстро оттаяла, как только Велвет достала из дорожного сундука красивую французскую куклу, разодетую в шелка и кружева. Даже если Сибби, которой уже исполнилось три годика, и помнила Аланну, в чем и Алекс и Велвет весьма сомневались, для малышки именно Велвет стала с этого момента «мамой».

Джин очень обрадовалась наследнику и с гордостью взяла его под свою опеку. Сибби ходила за ней по пятам. Ей очень понравилось быть старшей сестрой, и она с самого начала искренне полюбила своего маленького братика. Видя их вместе, Велвет молча возблагодарила Бога, который хоть и забрал у нее Ясаман, но в обмен дал ей другую дочку, о которой она могла заботиться.

Ясаман. У Велвет при мысли о ее первом ребенке останавливалось сердце. Как она сейчас выглядит? Говорит ли она? Счастлива ли? Она была таким красивым, послушным ребенком. Велвет знала, что Ругайя Бегум будет любить Ясаман. Но что они скажут ее дочери о ней, ее настоящей матери? Она вздохнула. На цепочке, подаренной ей Акбаром, висело уже две жемчужины, Скай показывала ей во Франции. Но Велвет так хотела знать, как живется ее дочке. Теперь все ее помыслы и энергия должны быть направлены на Сибиллу и Санди, как они уже успели прозвать своего первенца.

Сразу после его рождения было решено, что крестным отцом у него будет король Шотландии, а крестной матерью — невестка Велвет, Эйнджел — Я хочу, чтобы его непременно крестили в Дан-Броке, — сказала Велвет. — Он должен был там родиться, но, увы, вышло по-другому. Крещен же он будет в своем родовом замке, — добавила она, посмотрев на Скай, — мы воспользуемся этим случаем, чтобы собрать вместе всю семью. Патрик и Мурроу уже вернулись из плавания. Эван тоже может приехать вместе с Гвинет и их детьми из Ирландии. Наверняка он сможет оставить свои имения, чтобы поприсутствовать на крещении маленького Джеймса.

— Я попрошу одного из дядюшек О'Малли присмотреть за его имениями. С этим проблем не будет. Ты что, правда хочешь собрать все семейство в Дан-Броке, Велвет? — спросила Скай.

— Да, мама! Всех! Виллоу, Мурроу, Эвана, Дейдру, Патрика и Робина! Со всеми их семьями! Дядюшку Конна и тетю Эйден с моими кузинами, Анабеллу с ее сыновьями! Дядю Робби и леди Сесили! Дейзи и Брэна Келли! Всех!

Приглашения были разосланы заранее, еще до того, как они выехали из Франции. Обрадованная возможностью увидеться, вся семья съехалась в Дан-Брок в количестве пятидесяти четырех человек. Замок был битком набит родственниками, под ногами, куда ни ступи, вертелись дети.

— Ты знаешь, что у нас с тобой тридцать внуков? — спросил Адам де Мариско у своей жены, испытывая чуть ли не благоговейный трепет.

— Я стараюсь не думать об этом, — ответила Скай. — Иначе я в момент поседею.

Когда прибыл король, они смогли найти место и для него, и для его свиты, хотя это было нелегко. Велвет благодарила Бога, что королева опять родила и поэтому не смогла приехать. Как бы удалось разместить весь ее двор?

Когда король услышал имя своею крестника, он нахмурил брови.

— Фрэнсис, — сказал он, — мне не нравится имя Фрэнсис, — и сердито посмотрел на Велвет.

— Значит, ваше величество, вам повезло, что Фрэнсисом назвали не вашего сына. — Она тоже посмотрела на короля, упрямо сжав губы.

— А обязательно надо называть Фрэнсисом? — настаивал тот.

— Фрэнсис — это всего лишь его второе имя, как Генрих — третье, а Александр — четвертое. Но его все равно не будут звать ни одним из этих имен. Мы будем звать его Джеймсом в честь вашего величества. — Она улыбнулась ему.

— Но почему все-таки Фрэнсис? — опять спросил король.

— Потому что он всегда был нашим хорошим и добрым другом, так же как когда-то и вашим, — смело сказала Велвет. — Потому что мы первый раз сыграли нашу свадьбу в Хэрмитейдже, и потому что я мать ребенка, и я так хочу!

Король вздохнул, признавая свое поражение.

— Бесполезно спорить с упрямой женщиной, — сказал он несколько удрученным тоном, но вопрос был исчерпан.

Теперь ребенок был окрещен, и все собравшиеся гости, получив благословение отца Жан-Поля, отправились в главный зал, чтобы отпраздновать это событие. Они ждали, пока король сменит камзол, чтобы поднять тост за здоровье наследника. Будущий граф Брок-Кэрнскнй еще не научился уважать своего коронованного повелителя и описал его с ног до головы.

Пэнси и Дагалд тоже были приглашены к столу наравне с прочими родственниками. После всех испытаний, которые выпали на долю двух молодых женщин, между ними установилась близость, которую не часто встретишь и между родными сестрами. Глядя сегодня в часовне на свою верную камеристку, Велвет улыбнулась про себя, вспомнив, что случилось после того, как Генрих Наваррский попрощался с ними.

Как только король уехал, Дагалд, отводивший вместе с конюхом лошадей в конюшню, вошел в маленький зал Бель-Флера. Пэнси немедленно вскочила, бросившись к колыбели, взяла на руки своего ребенка, родившегося третьего декабря, и вместе с ним подошла к мужу.

— Его зовут Брэн.

— Опять? — воинственно ответил Дагалд. — Ты сама назвала первого. Не могу ли я назвать второго?

— Первого я назвала в честь тебя, — ответила Пэнси не менее сердито. — А этого назвала в честь моего отца. Я назвала его Брэном, и Брэном ему и быть!

— Тогда я назову следующего, и, пожалуйста, будь добра, постарайся, чтобы я присутствовал при его рождении. Похоже, тебе доставляет удовольствие убегать и рожать детей на краю земли, женщина. Хоть этого я увидел, пока он совсем крошка.

166
{"b":"25286","o":1}