ЛитМир - Электронная Библиотека

— А ты? — поддела Аллегра. — Я заметила взгляды, которые бросает на тебя Хокинс, камердинер герцога.

Онор мило зарумянилась.

— Не позволяй ему завлечь тебя, — предупредила хозяйка, но тут же улыбнулась:

— Впрочем, беги. Я вполне могу лечь без посторонней помощи.

Онор поспешила в гардеробную, откуда можно было попасть в ее комнату, и закрыла дверь.

Аллегра подошла к окну и выглянула во двор. По небу медленно катилась полная луна, обливая серебристым сиянием землю. Вдалеке на пастбище виднелись темные силуэты лошадей. Какая красота! Недаром она с первого взгляда поняла, что будет счастлива в Хантерз-Лейре.

Она не повернулась, но ее сердце забилось чуть сильнее, когда послышался стук двери, соединяющей спальни ее и герцога, Он тихо подошел и встал позади.

— Ты здесь, — мягко обронила она.

— Я все еще желанный гость? Ты по-прежнему стремишься узнать побольше о том, что происходит между мужчиной и женщиной? — допрашивал он, привлекая ее к себе.

— Да, — выдохнула она, чувствуя, как он теребит губами мочку ее уха.

— Прекрасно, — кивнул он, ловко развязывая ленту, скрепляющую концы выреза ее рубашки. Дерзкая рука скользнула под ткань и накрыла ее грудь. Его дыхание обдавало ее жаром, и Аллегра вдруг ослабела, ноги не держали ее.

— Я… никогда… — пробормотала она, но продолжать не смогла.

— Знаю, — ответил он, касаясь губами изгиба, где шея переходила в плечо. Его ладонь, лежавшая на ее груди, сжалась чуть сильнее. Девушка прикрыла глаза. О, настоящий рай!

Ей и в голову не приходило, что это может так волновать.

Куинтон отпустил ее и, повернув к себе, стянул рубашку вниз. Белый батист упал сначала до талии, потом скользнул на пол и растекся белым озерцом у ее ног. Аллегра застыла от неожиданности. Такого она не ожидала.

Он отступил назад, любуясь поразительным зрелищем, и ослепленно зажмурился. Она была само совершенство! Безупречная, без единой родинки или пятнышка кожа. Да, для девушки она высоковата, но ноги не так уж и длинны. Грудь идеально пропорциональна всему телу.

— Боже! — только и смог выговорить он.

Аллегра молчала, не в силах сообразить, что можно сказать в подобной ситуации, ведь до сих пор она никогда не стояла нагой перед мужчиной.

Герцог наконец сглотнул стоявший в горле ком и выпалил:

— Никто не вправе быть такой красивой! И ты понятия не имеешь, коварная, отважная маленькая плутовка, какое могущество приобретешь надо мной в один прекрасный день!

Он потрясенно качнул темноволосой головой и, подведя Аллегру к кровати, скомандовал:

— Немедленно ложись!

Она беспрекословно подчинилась и тихо попросила:

— Твои прикосновения сводят меня с ума, Куинтон. Хочу еще.

— Нет. Это не слишком мудрая затея. Я и понятия не имел, как ты прекрасна без одежды. Ведь часто хорошенькие девушки оказываются не слишком стройны. Но ты… ты неотразима. Я слабый человек, и если останусь, к утру ты познаешь все радости плоти и потеряешь невинность. Я объезжу тебя на совесть, но пойми, Аллегра, твоя добродетель — самый драгоценный дар, который ты можешь мне принести. Я приму его в нашу брачную ночь и ни секундой раньше. Потом я научу тебя всем любовным играм, а пока не искушай меня больше. Спи, дорогая. Ты, к моему стыду, увидела, что, подобно всем смертным, я тоже неравнодушен к сладостным забавам плоти и, лишь пригубив от твоей медовой чаши, обнаружил все свои недостатки.

Он поцеловал ей руку и оставил одну в залитой лунным светом комнате. Но, оказавшись в безопасности своей спальни, Куинтон Хантер застонал. Его неудовлетворенная, каменно-твердая плоть ныла от напряжения.

Он тихо выругался. Какого черта он согласился на ее предложение и, как мальчишка, побежал к этой испорченной, наглой девчонке? Она к тому же еще и чересчур любопытна, а это не слишком пристойное свойство. Особенно для герцогини Седжуик. После свадьбы он откроет Аллегре дверь в мир безумных наслаждений, но сумеет ли удовлетворить ее ненасытные потребности, или это самое любопытство побудит ее, как многих светских женщин, после того как они подарят мужу наследника, заводить и бросать любовников?

Куинтон застонал. Он убьет всякого, кто посмотрит на Аллегру непочтительно или чересчур заинтересованно, пресыщенным, похотливым взором. Она принадлежит ему, и никому больше, черт возьми!

И тут Куинтон Хантер с ослепительной ясностью понял причину своих терзаний. Он пал жертвой фамильного проклятия! Влюбился! Влюбился в своенравную, упрямую девчонку, которая, сама того не ведая, держит его сердце в своих руках.

И узнает о том, что он ее раб, если он выкажет хоть малейшую слабость. Она богата, ослепительно прекрасна, не любит его и вряд ли полюбит. Просто не понимает, что такое любовь, вернее — боится…

Аллегра не узнает о его чувствах к ней, тем более если решится сбежать, а этого ему не вынести.

Куинтон тихо засмеялся. Он влюблен, хотя в отличие от своих романтических предков выбрал богатую наследницу.

Хорошо еще, что пока его не тянет к карточному столу. Хотя… хотя, возможно, он поставил на кон все, решившись жениться на Аллегре Морган.

Глава 8

— Тебе следовало бы пригласить в подружки герцогиню, — зудела жена сквайра Франклина, обряжая дочь в подвенечное платье. — Что ни говори, а она теперь твоя родственница.

— Аллегра еще не герцогиня, — раздраженно возразила Мелинда, — и, кроме того, мы встречались всего несколько раз. С моей стороны было бы крайне бесцеремонно требовать от нее подобного одолжения.

— Но она могла попросить тебя о том же, — настаивала миссис Франклин.

— Нет, ее подружкой будет виконтесса Пикфорд.

Мелинда тяжело вздохнула. Слава Богу, хоть Джордж пришел вовремя; правда, она в нем и не сомневалась. Скорее бы оказаться в своем доме и отделаться от матери!

Мелинда Франклин была младшим ребенком у родителей, но годы шли, и ей исполнилось девятнадцать. Почти старая дева. Какое счастье, что Джордж спас ее от страшной участи остаться незамужней, без своей семьи и угла. Сегодня утром они поженятся, и больше она ни о чем не хочет думать. К полудню Мелинда станет леди Хантер.

Наконец жена сквайра поспешила к слугам убедиться, что те не сидят сложа руки. Столы были расставлены на улице, потому что помещения в доме оказались слишком тесными.

Глупышка Мелинда настаивала на свадьбе в узком кругу, но сквайр Франклин с супругой и слышать ничего не хотели. Их младшая дочка сделала блестящую партию, и они постарались, чтобы все графство об этом узнало. А поскольку почетными гостями будут герцог и его нареченная, ни один человек не отказался от приглашения.

Жена сквайра довольно улыбнулась. Настал час ее торжества!

А в это время Джордж Хантер, уже приехавший в церковь, то и дело выглядывал из ризницы и нервно морщился.

— Они пригласили всю местную знать, — жаловался он старшему брату.

— Трудно их винить, — рассмеялся герцог. — Что ни говори, а для милой Мелинды ты завидная добыча.

— Смейся сколько хочешь, братец, скоро придет твой черед, — пригрозил Джордж.

— Да, но мы с Аллегрой решили не венчаться в Лондоне.

Устроим свадьбу здесь по своему вкусу. Семья, друзья, венчание в парадной зале, а потом…

Он улыбнулся.

— Что с тобой стряслось, Куинтон? — удивился Джордж. — Ты сильно изменился в последнее время.

— Совершенно ничего не произошло, — отмахнулся брат.

— Куинтон, мы братья. Не пытайся меня одурачить. Я слишком хорошо тебя знаю. В чем дело?

— У тебя просто разгулялось воображение, малыш. Должно быть, боишься грядущего испытания, — издевался герцог.

— Вовсе нет, — начал было Джордж, но тут же осекся и уставился на брата с разинутым ртом:

— Боже! Да ты влюбился в Аллегру!

Герцог размахнулся и нанес брату удар, от которого тот согнулся пополам и долго не мог вздохнуть.

— Если посмеешь молоть такой вздор, Джордж, Мелинда овдовеет, не успев стать твоей женой. Понятно?

34
{"b":"25287","o":1}