ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Что это значит?

- Это переводится как 'Волна жизни'. Все те факты, о которых я рассказывал - живой душе планеты, связи ваших дочерей с единым информационным полем - он считает непреложной правдой, а себя называет главой новой религии - Курием. Почти все клавирцы, которые состояли в экипаже Миллифьори, теперь являются последователями церкви. Да и многие простые габриэльцы в последнее время стали приходить на так называемые мессы.

- И чему учат на этих мессах? - Галина старалась ступать как можно осторожнее, и все равно нет-нет, да спотыкалась на острых камушках. Мищаль каждый раз вовремя поддерживал женщину под руку.

- Они поклоняются концам радуги и вершине солнца. Концы радуги - ваши дочери, а вершина солнца - вы сами.

- Но это же бред! - воскликнула Галина.

- Согласен, но люди верят, как можно не верить тому, чему свидетелями стал. Факт налицо - ваши дочери активировали Сильмистриум и создали новый мир. А вы теперь освещаете его.

- Мишаль, не говори, что ты тоже в это веришь.

- Я верю в то, что вы способны изменить Сансион,- улыбнулся клавирец.- Мне этого достаточно.

Часть 3

(цитадель Анаук)

- В небе высоком плывут облака

Но золотыми не стать им пока.

Ветер укрылся там, далеко

Что не достать никому так легко...

Закончив стишок собственного сочинения, и подавив отчаянный зевок, Эли радостно потянулся и, мечтательно запрокинув голову, взглянул на небо. И правда, золотые облака на рассвете и золотые на закате, но днем они всегда белые. Белые на голубом с легким зеленоватым оттенком небе. Странный цвет, такого же, говорят, вода в океане. Хотя почему странный - Эли не мог объяснить себе, просто странный и все. Каким должен быть нормальный цвет неба он вспомнить не мог. Донаций говорил, что до великого изменения все было по другому, и солнце не заходило и не восходило.

Эли сидел на самой высокой башне из восьми, окружающих Анаук. Прежде они служили сторожевыми, откуда бдительная охрана наблюдала за преступниками, которые отваживались бежать из цитадели в попытке достигнуть другой и обрести свободу. Но ближайшая находилась за пятьсот километров к северо-западу, и, судя по всему, никто из этих героев так и не доходил до нее.

С тех пор, как Анаук утратила статус тюремного города и стала просто цитаделью с самой большой тюрьмой в Габриэль, число смельчаков уменьшилось, так как жизнь в Анаук была не такой уж и плохой, если вспомнить 'Золотые Небеса'. А теперь, когда цитадель открыла окна и двери все продувающим ветрам, стала еще лучше.

Влажный морской ветер на закате и сухой, горячий с плато на севере - днем. Утром же устанавливался полный штиль. Тишина, безмолвие, неподвижность. Чистота рассвета, прохлада и легкость - вот за что Эли любил эти часы. А еще за то, что не приходилось слышать криков суровой начальницы летной школы, Юны Дессекрит. Она умудрялась разыскивала своего заместителя, которым, как Эли с удивлением обнаружил, назначили его, в разных укромных уголках, чтобы вытащить на службу.

'И чего она такая настойчивая? - с тоской думал Эли.- Ну опаздываю на час, что особенного? Ведь все равно выполняю работу на отлично'.

Хотя не такая уж эта работа и веселая. Если бы не старик, который все еще неважно чувствовал себя даже по прошествии двух недель с памятного танца, то и вовсе бы бросил это дело.

Деньги как таковые Эли мало интересовали. Гораздо больше вдохновляла возможность летать. Правда первый испытательный полет на дребезжащем всем корпусом планере, который прошел три дня назад, особых впечатлений не прибавил, да и всего то состоял из нескольких кругов по периметру цитадели. Но Эли с нетерпением ждал, когда же пилотов отправят с настоящим заданием. Вокруг цитадели лежали неисследованные земли, которые обещали грандиозные возможности. Но больше всего он мечтал увидеть океан. Парень твердо пообещал себе, если и сегодня Юна не скажет, что задание поступило, завтра он вообще не выйдет на службу.

'Лучше останусь тут, потом пойду в Зал Ветров',- твердо решил он. И веера уже давно готовы, но все никак не выдавалось время. С тех пор, как он взял в руки эти произведения искусства, тело требовало все больше и больше, оно словно проснулось от долгого сна. Взамен тех реквизитов, которые пришлось оставить в заведении, в торговом районе он купил себе другую пару. Эти были раза в два больше и сделаны из более плотного пластика. Гибкие и податливые, они легко рассекали воздух, при каждом движении издавая шелест, который радовал слух. Эли собственноручно расписал их красками, которые ему притащил сын одного из пилотов, с которым Эли сдружился.

Мальчишка бредил небом и мечтал стать таким же мастером, как отец. Но с недавних пор примером для подражания у него во всем стал Эли. Звали паренька - Шари. Черноволосый, смугленький, и худой, он во всем старался следовать примеру 'старшего брата', как он называл Эли. Покрывал многие его проделки, впрочем и сам старался не отставать от товарища. Вот и с веерам помог. А еще частенько предупреждал Эли о появлении Юны.

- Братец Эли! Старший лейтенант идет сюда!

- Вот как? Сейчас,- с улыбкой Эли взглянул вниз. Там, у подножия стены, во внутреннем дворике самого верхнего яруса стоял, размахивая руками, Шари. - Братец Эли!

- Тебе однажды попадет, что предупреждаешь меня,- весело крикнул Эли.- Поднимайся сюда, здесь красиво, будем слушать рассвет вместе.

- Слушать рассвет? - оскальзываясь и падая, Шари все равно продолжал карабкаться на стену, по которой Эли взлетал, словно птица, используя мельчайшие выбоинки в гладко подогнанных блоках.

- Братец Эли! Я не могу.

- Дай,- он протянул руку и подтянул к себе едва не сорвавшегося мальчишку. Сам уселся, подогнув одну ногу под себя. Шари перегнулся через край стены и, свесившись вниз, принялся болтать ногами, разглядывая пустынный пейзаж, раскинувшийся к северу от Анаук.

-Говорят там, за меловым плато, есть большое озеро, где много воды. Вы полетите туда в следующий раз? - спросил Шари.

- Оно соленое.

- Как же так? - обескураженно ответил мальчишка.- А реки? Есть поблизости реки?

- Похоже что нет,- вздохнул Эли.

- Не может быть? Я думал, Сильмистриум даст нам много воды, так, что хватит всем, где она - эта вода?

- Кто знает, похоже, наш Анаук Сильмистриум не любит.

- Потому, что здесь много преступников? - восьмилетний мальчишка рассуждал как взрослый и знал не понаслышке о местной жизни. Анаук и прежде не был раем на земле, а теперь единственное, что получили люди после великого изменения - смену дня и ночи. А вокруг все та же пустыня, смена погоды полностью зависела от капризного ветра. Ученые считали, что ближе к зиме, через несколько месяцев, с юга придут настоящие холода, и даже снег, совсем как прежде в Данамир.

- Не больше, чем в остальных цитаделях,- приободрил расстроенного мальчишку Эли.- Обещаю, мы найдем для всех воду. Не сегодня, так завтра на планеры установят новые двигатели и сможем летать уже за десятки километров. Если все будет совсем плохо, доберемся до ближайшей цитадели и попробуем добыть воду у них.

- Хорошо бы, а то наша совсем не вкусная.

Шари прав, Эли сам не любил то, что в Анаук называли питьевой водой. Прошедшую через множество фильтраций жидкость из подземных источников, насыщенную тяжелыми металлами с трудом можно было назвать питьевой. Отсюда такое большое число больных в Анаук.

- Обещаешь? - серьезно спросил Шари.

- Клянусь небом,- торжественно пообещал Эли.

Часть 4

- Эй ты, клятвопреступник! Шари, не верь тому, кто вечно нарушает обещания и прогуливает службу.

Эли вздохнул и, опустив взгляд, нашел стоящую парой десятков метров ниже фигурку, облаченную в летную форму. Юна. Скрестив руки на груди, она мрачно смотрела на двух друзей.

- Спускайся немедленно, ты знаешь, который час?

- Час, когда все еще видят десятый сон,- отшутился Эли.

42
{"b":"252878","o":1}