ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они двинулись к ресторану — четыре человека, трагикомически повисшие между двумя мирами, во что один из них едва мог поверить, хотя и вынужден был принимать свидетельства собственных чувств. Престайн сказал:

— Все эти красные крестики. Вы же как-то смогли узнать, что все это узловые точки. Должна быть какая-то другая система кроме меня и других, как вы утверждаете, мне подобных. Просто должна!

— Возможно, — Маклин придержал дверь, пропуская их внутрь. — Одна из вещей, которые рассказал этот Брэндон, меня сильно зацепила. «Берегитесь порвонов» — сказал он. Порвоны. Знаешь, то, как он это сказал — таким испуганным полушепотом... Порвоны. Они гораздо хуже тругов. После этого все четверо молча прошли в зал, нашли столик и сели. Алек, облизав губы, сказал:

— Я предпочитаю все, что есть в меню, со всеми гарнирами. Я тоже — как вы там выражаетесь — непрочь поклевать.

Престайн заново осознал, насколько он голоден. Марджи осведомилась у толстого улыбчивого хозяина, есть ли у него рисотто с грибами и шафраном и дала ему требуемые пятнадцать минут на то, чтобы добавить грибы и шафран — щепотку за щепоткой. Престайн последовал ее примеру. Алек остановился на каком-то разноцветном печеном блюде со специями, а Маклин проявил воздержанность, ограничившись порцией сига с цветной капустой под генуэзским рыбным соусом.

Когда они поели, Престайн, во всяком случае, чувствовал себя переполненным.

— Я сяду за руль, если хочешь, Марджи, — предложил Алек, отодвигая от себя пустую рюмку и улыбаясь в ответ на предложение Маклина вновь наполнить ее превосходным местным вином «Везувиана».

— Я трезва, как окружной судья по понедельникам, — возразила Марджи, ничуть не обидевшись. — И не устала. Я предпочитаю сама вести свою машину. И я не...

— Я тебя уже понял, — перебил ее сдавшийся Алек.

Толстая улыбчивая жена толстого улыбчивого хозяина принесла хорошего кофе — не «экспресса» — в густо-коричневой глубине которого по спирали, словно маленькие галактики, расходились сливки. Престайн почти мог вообразить, будто ничего катастрофического вовсе не произошло за последние двадцать четыре часа. Эта короткая передышка в маленьком белом ресторане, полном горшков с цветами, с проникающими в раскрытое окно негромкими мирными звуками, с хорошей пищей, вином и кофе — все это, как размышлял Престайн, развалившись в кресле, как раз соответствует должному порядку жизни. В окно вдруг проникло какое-то жужжание. В голубом небе не виднелось ни облачка; южная половина Италии обещала целое лето сплошной жары. За едой они беседовали урывками об измерениях, однако хозяин немного говорил на той разновидности английского, которую называют «чикагским», и им приходилось быть осторожным в выборе слов. Жужжание стало громче.

— Еще кофе?

— Нет, спасибо, Марджи, — Алек обратил свое каменное лицо к окну.

— Ну, лучше нам начинать двигаться. Монтеварчи, наверное, уже нашла новый автомобиль, — Маклин поднялся на ноги.

Жужжание превратилось в равномерный пульсирующий гул.

Алек встал и прислушался.

— Вертолет, — сказал он, придерживая для Марджи стул.

Когда Маклин расплатился, остановив машинально потянувшегося к бумажнику Престайна, четверка вышла наружу. Солнце сияло во всей своей красе, от голубизны неба болели глаза — впрочем, после обеда оно заметно поблекло — а дорога блестела от жара. Вертолет сделал круг и возвращался обратно.

— Это наверное?.. — произнесла Марджи, нерешительно поднося руку к губам.

— Возможно, — Алек прищурился, опуская руку в карман пиджака. Престайн подумал, что карман несколько чересчур топорщится для какого-нибудь случайного содержимого. Он поднял взгляд, заслонив глаза ладонью. Роторы вертолета разбрасывали вокруг себя осколки солнечного сияния. Выпуклый колпак кабины и боковые окошки полыхали, словно огненные.

— Это «Агуста-105». Вероятно, вариант Б — четырехместка. Славная вертушка.

Маклин чрезвычайно вежливо проговорил:

— Все вы, несомненно, правы. А посему — БЕЖИМ!

Он кинулся к «Дженсену» так, будто штаны у него сзади огнем горели. Остальные следом. Престайн почувствовал резкий укол страха, кислый вкус во рту, брожение в животе — ощущения, с которыми был слишком хорошо знаком и не имел ни малейшего желания возобновлять это знакомство. Он мчался во все лопатки.

Вертолет приближался. Равномерное тарахтенье винтов переросло в пронзительный вой и вдруг было прорезано более частым стуком, более грубым и жестоким «та-та-та-та». Пули, выпущенные из автоматической винтовки, запрыгали по бетонной парковочной площадке.

Алек вскинул руку и расстрелял полную обойму из своего «Люгера».

Конечно, как хорошо видел Престайн, все пули ушли в никуда.

Вертолет разворачивался для нового захода. Марджи возилась со своей сумочкой, доставая ключи от автомобиля. Алек закричал:

— Скорей, Марджи! Он нас возьмет тепленькими!

Глядя вверх, против режущего белого сияния солнца, Престайн видел, как хищная черная тень наползает на ресторан. Хозяин и его жена бросились внутрь и захлопнули дверь; других посетителей не было. Вертолет с пыхтением приближался. Престайн отчетливо видел ствол автоматической винтовки, торчащий из раскрытого оконца позади пилотского сиденья.

— Это графиня? — спросил он с таким ощущением, будто его рот был полон конских каштанов.

— Один из ее наемников — не труг, а землянин, — Маклин стоял рядом с автомобилем, между тем как Марджи наконец распахнула дверь и Алек нырнул внутрь. Скорость, с которой он собирал свою винтовку, поразила Престайна. Маклин оттащил его на другую сторону автомобиля.

— Марджи заплатила больше пяти тысяч фунтов за пуленепробиваемый щит для нас, — заметил он таким тоном, будто отмочил неплохую шутку.

Пригнувшись рядом с Маклином, в то время, как Марджи выбиралась из ближайшей дверцы, чтобы присоединиться к ним, а Алек выставлял свою винтовку навстречу грозно надвигавшемуся вертолету, Престайн гадал, в чем же состоит шутка. Сквозь шум лопастей прорвался треск автоматической винтовки и Алек огрызнулся шестью короткими очередями. Вертолет над ними резко развернуло. Престайн не заметил в нем никаких повреждений. Он слышал громкий и сердитый звон пуль, ударяющихся об автомобиль. Вертолет, задрав нос, начал опускаться; Алек выстрелил снова и на этот раз Престайн увидел, как лобовой колпак вертолета разлетелся острыми осколками. Пилот, сложившись пополам, осел набок. Вертолет на миг замер в воздухе.

Престайн услышал крик Марджи:

— Он падает прямо на нас!

— Все в стороны! — гаркнул Маклин.

Сам не зная как, Престайн оказался на ногах и почувствовал, что его пальцы стискивают локоть Марджи, помогая ей встать. Ему показалось, будто лоб его стискивает металлическая лента, воображаемая полоска стали, грозящая сокрушить череп и расплескать мозги. Престайн бросился бежать, волоча за собой Марджи. Перед ним, как в безумном бреду, мелькали ботинки Маклина с подметками, пыльными от бетона, лицо Алека, рычащего и продолжающего стрелять, хотя огромная черная тень неуклонно рушилась на них с воздуха. Престайн бежал.

Он все бежал и бежал без остановки.

Бетон под ногами у него вдруг исчез и обнаружилось, что он прокладывает себе путь по желтому песку, среди узловатых листьев какой-то темно-зеленой раздутой растительности. Ногам стало больно. Песок отдавал тепло пропорционально жару летнего итальянского солнца, даже сквозь подметки престайновых ботинок, сработанных вручную из хорошей английской кожи. Не было слышно ни шума вертолетных двигателей, ни стрельбы Алека, ни призывов Маклина к бегству; не было слышно визга Марджи, как не было и руки ее под пальцами, стиснувшими вдруг пустой воздух. И тут Престайн понял.

Глава 5

Значит, это все-таки не сказки.

Вот он и здесь — в Ируниуме.

Здорово.

Как же ему теперь вернуться?

Все внимание Престайна было сосредоточено на том, чтобы убраться подальше от падающей «Агусты» и оттащить в безопасное место Марджи. Должно быть, предположил он, смутно припомнив с отдавшейся в голове тупой болью ту воображаемую стальную ленту вокруг своего черепа, я катапультировал себя в это место просто в сильном припадке трусости. Солнце по-прежнему сияло. песок хрустел под ногами. Небо стало еще голубей, чем было, а трава, растущая в нескольких сотнях футов, там, где кончался песок — еще зеленее. Из песка росла группа оранжевых деревьев, напоминавших по форме кегли и, оглядевшись по сторонам, Престайн заметил множество других изолированных куп этих же растений, испещряющих местность. Некоторые из куп имели охристый оттенок. Ему показалось, будто он видел птицу, пролетавшую на одном уровне с размытыми облаками, но в точности он не был уверен. Оценив по солнцу свое местонахождение, Престайн решил, что темная полоса, протянувшаяся вдоль горизонта, находится от него прямо на севере; впрочем, опять-таки с уверенностью он не мог этого сказать, так как сосредоточить взгляд на пылающем светиле не было никакой возможности.

11
{"b":"2529","o":1}