ЛитМир - Электронная Библиотека

Розамунда провела Рождество на славу. Святочные поленья весело трещали во всех очагах ее большого дома. Главный зал украсили гирлянды из веток ели и остролиста, дорогие восковые свечи ярко освещали праздничный стол, который накрывали во все дни Святок. Проходившие через Фрайарсгейт бродячие артисты задержались, чтобы развлекать гостеприимных хозяев. Их до отвала угощали печеными яблоками, сладкими коржиками, горячим сидром и вином, жареной говядиной. Простые люди были допущены в главный зал и веселились вместе с хозяевами, а в День святого Стефана Розамунда одарила своих подданных мелкой монетой, отрезами ткани или сладостями. Самым нуждающимся были дарованы права на охоту и рыбную ловлю, чтобы их семьи не голодали зимой. Хозяйка не забыла ни о ком и особенно позаботилась об Энни с Дермидом. Четвертого декабря их семья увеличилась на одного человека, и Розамунда отвела им с сыном обещанную хижину.

Том также сдержал свое слово. На каждый из двенадцати святочных дней он преподносил маленьким дочкам Розамунды по новому подарку. Благодаря тому что подарки почти не отличались друг от друга, у девочек не было повода для зависти. В одно утро это были новые кожаные башмаки, а в другое — новые бархатные платьица. На третье — чудесные перчатки из тонко выделанной кожи, расшитые мелким жемчугом. Золотые цепочки в один день и драгоценные сережки в другой. На шестой день проказницы получили по жемчужному ожерелью, а на седьмой — по целой охапке ярких шелковых лент. На восьмой день девочки красовались в теплых шерстяных накидках, отороченных мягким кроличьим мехом. На девятый им подарили резные деревянные шары и молотки. На десятый — детские седла из красной кожи, на одиннадцатый — блестевшие медью уздечки и сбрую. И наконец, на двенадцатый день Святок дочери Розамунды получили по скакуну для верховой езды. Бесси и Бэнон — белоснежных пони. Лошадка, доставшаяся Бесси, имела черную звездочку на лбу, а у пони Бэнон оказалось одно черное копытце. Филиппе подарили белую кобылку очень маленького роста.

— Ты невероятно щедр к моим девочкам, — сказала Розамунда, искренне тронутая заботой Тома.

— Глупости, — отмахнулся он. — На что тогда нужны деньги, если я не смогу прикупить пару-тройку безделушек, чтобы порадовать своих любимиц?

— Ну, такие подарки вряд ли можно считать безделушками! — возразила Розамунда.

— Когда ты выйдешь за графа, — напомнил Том, — нам вряд ли удастся снова провести Рождество вместе, особенно если ты всю зиму пробудешь в Шотландии!

— А ты сам приезжай в Гленкирк на Рождество! — тут же предложила Розамунда.

— Что?! — вскричал Том с неподдельным ужасом. — Нет уж, дорогая, благодарю покорно! Может, тебе и придется по вкусу зимовать среди снегов в этой горной норе, но меня увольте от такого счастья! — Тома даже слегка передернуло. — Я и думать о таком не желаю!

— Это не более чем отговорка, чтобы не приезжать, — поддразнила его Розамунда. — Готова поспорить на что угодно, Том, что ты уже прикидываешь, как проведешь следующее Рождество при дворе короля Якова!

— Король Шотландии не знает себе равных по части развлечений! — признался Том с лукавой улыбкой, но тут же снова стал серьезным. — Черт побери, кузина! И как я забыл тебе сказать? Когда я был при дворе короля Генриха, то столкнулся с одним типом, Ричардом Ховардом. Он поинтересовался, не знаком ли я с тобою. И я, конечно, не стал скрывать, что ты моя дорогая возлюбленная кузина!

Розамунда невольно побледнела.

— Он был английским послом в Сан-Лоренцо, — в испуге проговорила она. — После смерти Оуэна я видела его мельком при дворе, но нас не представили друг другу по всей форме. И он решил, что узнал меня, когда увидел во дворце у герцога в Сан-Лоренцо. И хотя я точно знала, кто он такой, я не солгала, когда сказала, что мы не знакомы. Том, что он хотел у тебя выспросить? Пожалуйста, вспомни, как все было, я тебя прошу!

— Он спросил, не бывала ли ты прежде при дворе, и я сказал, что бывала. И что не просто бывала, но еще в детстве успела подружиться с королевой, так что она сама пригласила тебя после безвременной кончины твоего мужа. Но он так напирал со своими вопросами, что я больше не пожелал ему отвечать. А почему ты так встревожилась?

— Я бы не хотела, чтобы он упоминал мое имя при короле. Боюсь, Хэл вменит мне в вину то, что я побывала в Сан-Лоренцо вместе с шотландским графом. Надеюсь, что это до него не дойдет, особенно теперь, когда я собираюсь замуж за Патрика Лесли. Не хватало еще, чтобы у нас на пути встал наш не в меру похотливый король! — пояснила Розамунда. — В Сан-Лоренцо не случилось ничего важного, что могло бы заинтересовать кого-то из правителей, в том числе и Генриха Тюдора. Однако я боюсь, что желание выслужиться перед хозяином заставит лорда Ховарда выложить ему все до мелочей.

— Но меня король ни о чем не расспрашивал, — возразил Том. — Тем более что миссия лорда Лесли по-прежнему остается тайной и у тебя нет причины так волноваться.

— Надеюсь, что ты прав, — задумчиво ответила Розамунда. — Ты же знаешь, какой Хэл ревнивый!

Том постарался перевести разговор на более приятную тему.

— Дорогая девочка, у меня есть для тебя деловое предложение, — произнес он с мягкой улыбкой. — Я не только унаследовал целую кучу денег, но и получаю доходы от вкладов, сделанных когда-то моим дедом. Этого вполне хватает на жизнь. А ты с самого возвращения твердишь о том, что хотела бы продавать во Франции свою замечательную шерсть. По-моему, мы могли бы завоевать рынки не только во Франции!

— Но у меня не наберется столько шерсти, Том, — возразила Розамунда.

— Это верно. Но мы могли бы увеличить поголовье овец в ближайшие несколько лет, в то время как будем расширять рынок. Представляешь, как хорошо пойдет твой фрайарсгейтский синий? — продолжал Том. — Девочка моя, как только я восстановлю Оттерли, мне нечем будет заняться! И как еще прикажешь мне развеять скуку? По-моему, лучше всего было бы приобрести корабль, чтобы самим перевозить шерсть. Как ты считаешь? Пока готовится первая партия сукна, на верфях в Лейте для нас построят новое судно. Даже при самых благоприятных обстоятельствах у нас уйдет не меньше двух лет на подготовку, моя дорогая!

— Построить собственный корабль?.. — Розамунда призадумалась. — Но у меня не хватит на это денег, Том.

— Конечно, у тебя не хватит. Зато они есть у меня, — невозмутимо парировал он. — Мы ведь будем партнерами в этой авантюре, кузина. Я обеспечу судно и денежные вложения. Ты обеспечишь шерсть и рабочие руки.

— И все равно мне кажется, что твой вклад будет гораздо больше моего, — возразила Розамунда. — Даже если я увеличу поголовье овец. Том, ты должен быть старшим партнером.

— Мы будем равными партнерами — и точка, — отрезал Том. — Да ты подумай сама, Розамунда! От меня зависит лишь начальный этап дела, а потом вся ответственность окажется на твоих плечах! К тому же вы с девочками являетесь моими наследницами. Какой смысл дожидаться моей смерти, чтобы начать пользоваться богатством? Тем более что у нас есть отличная возможность сообща создать что-то грандиозное!

— Это слишком щедрое предложение, — в нерешительности проговорила Розамунда.

— Это мой подарок на двенадцатую ночь, девочка моя! — ответил Том с довольной улыбкой. — В то время как ты боролась за существование, я бесцельно прожигал жизнь. В конце концов мое существование стало казаться мне невыносимо скучным и бесцельным. После смерти сестры у меня не оставалось близких, пока ты не вошла в мою жизнь. И я снова получил возможность развлекаться. Я нашел новую цель. У меня появилась новая семья. И мы вместе создадим наше предприятие, Розамунда. А теперь скорее поблагодари меня и скажи, что согласна.

Розамунда не выдержала и рассмеялась:

— Спасибо тебе, Том! Я согласна. Фрайарсгейтская шерсть действительно намного качественнее всего, что мне довелось увидеть во Франции. И я уверена, что на нее будет большой спрос. Мы завоюем рынок!

— А чтобы сразу установить высокую цену, сначала мы будем выставлять на продажу лишь небольшие партии этой шерсти. — Том лукаво ухмыльнулся: — Черт побери! Во мне снова заговорила купеческая жилка! Представляешь, что было бы с королем и его придворными, доведись им услышать от лорда Кембриджа такие меркантильные речи? — Заметно было, что Том ужасно доволен собой. — Но с другой стороны, я никогда не мог похвастаться чистой голубой кровью! — И он снова ухмыльнулся.

70
{"b":"25291","o":1}