ЛитМир - Электронная Библиотека

— А у вас достаточно рабов, чтобы заняться ромом? — осведомился Валериан. — Или необходимо купить новых?

— Мы покажем мужчинам, что делать, а женщины пусть разливают готовый продукт. Появление новых рабов может вызвать беспорядки.

— Вижу, я здесь совершенно лишняя, — неожиданно вмешалась Аврора. — У вас свои дела, и я тебе сейчас не нужна, Джордж. В таком случае пойду поплаваю, пока солнце еще не слишком высоко.

— Вы умеете плавать? — удивился герцог.

— Конечно, и очень люблю море, — задиристо бросила девушка и, повернув лошадь, ускакала.

— Она в самом деле плавает? — спросил Валериан у Джорджа.

— Как рыба и, к моему стыду, гораздо лучше меня. Она храбрая девочка, Валериан, и верный друг, уж простите мое хвастовство. Кроме того, Аврора прекрасно стреляет.

— Господи! — воскликнул герцог. — А Каландра похожа на нее?

— Нисколько, — засмеялся Джордж. — Калли ненавидит плавание почти так же сильно, как верховую езду, и при виде пистолета тут же падает в обморок. Однако она все эти годы старалась не отставать от нас. Зато Калли играет на фортепиано и поет как ангел. Она способная художница и рисует замечательные пейзажи. Думаю, такие таланты больше подходят герцогине. И вообще у меня прекрасные сестры!

— У меня когда-то тоже была сестра, — вздохнул Валериан. — Она утонула, возвращаясь с родителями домой из Франции. Моя матушка была наполовину француженкой. После смерти своего отца она вышла замуж, а ее мать вернулась на родину. Мои родители повезли Кэролайн к ней погостить. А на обратном пути почти у берегов Англии разразился ужасный шторм. Корабль вместе со всеми пассажирами пошел ко дну. Кэролайн было всего восемь лет.

Я до сих пор помню ее, но если бы не портрет в фамильной галерее, вряд ли смог бы даже представить ее лицо. Она была хорошенькой и очень озорной девочкой. Однажды, когда мы жили в загородном поместье, выгнала всех кур в поля, чтобы освободить из заточения, поскольку не могла вынести мысли о том, что их обязательно съедят. У нее было такое доброе сердце. Джордж кивнул:

— Как-то Аврора и Калли унесли с кухни черепаху именно потому, что из нее собирались сварить суп.

Мужчины добрались до вершины одного из холмов, разделявших остров. Джордж показал Валериану остальные поля и дом Мередитов, который теперь перешел к Авроре. Отсюда Валериану были видны весь остров и синяя гладь моря.

— А что это за земля? Кто-нибудь там живет? — спросил он, показывая вдаль.

— Это остров Святого Винсента, населенный карибами. Они нас не трогают, как, впрочем, и мы их, — отозвался Джордж. — Беднягам так досталось от британцев, французов, испанцев и даже голландцев, что они хотят одного — жить в мире и покое.

— А где Барбадос?

— Сегодня немного туманно, и его трудно разглядеть. Мы как раз между двух островов.

Валериан Хоксуорт еще раз посмотрел вниз. Земля напоминала изумруд, брошенный на аквамариновый бархат. В лазурном небе ярко сияло солнце. Он никогда не представлял, что на свете может существовать такая красота. На ближайшем дереве сидели темно-зеленые птички с сапфирово-синими хвостами, такими же кончиками крыльев и светлыми клювами. На каждой ярко-оранжевая «шапочка». Он показал Джорджу на маленькую стайку:

— Как они называются?

— Тайомойды, разновидность местных попугаев. Правда, чудесные?

— В жизни подобных не видел. Попугаи, которых привозят в Англию, обычно синие с золотистым или белые.

— По-моему, таких больше нигде не водится. Они совершенно безвредны и не трогают тростник, поэтому мы позволяем им свободно тут гнездиться.

Мужчины спустились с холмов, а когда снова оказались в поле, навстречу бросился высокий, опрятно одетый негр.

— Что случилось, Айзек?

— Вас ждут в конторе, сэр. Меня послали на поиски. Вы придете?

— Разумеется, — вздохнул Джордж. — Если пожелаете, Валериан, завтра можем просмотреть книги.

— А нельзя ли заняться этим сегодня? — спросил герцог.

— Боюсь, Калли оскорбится таким невниманием, — пояснил Джордж, лукаво блеснув глазами.

— Вы правы, — рассмеялся Валериан. — Все время забываю, что вот-вот женюсь и потому не должен думать только о себе.

Джордж согласно кивнул:

— Поезжайте по этой дороге и скоро увидите дом. Не бойтесь заблудиться, здесь только одна развилка. Узкая тропа ведет направо, к берегу, а вы никуда не сворачивайте.

— Думаю, я не потеряюсь, — заметил герцог; пришпорив коня. Однако, добравшись до указанного поворота, решил взглянуть на море и полюбоваться песчаным пляжем. Какой необычайно красивый остров, и природа просто сказочная! Он уже не помнил, когда пылал такой жаждой увидеть и исследовать неизведанные места. Кроме того, он наверняка сумеет потом выбраться отсюда и отыскать дорогу домой.

Тропические заросли, сначала очень густые, как-то вмиг поредели. До Валериана донесся мягкий неумолкающий рокот прибоя. Он уже хотел ступить на песок, но случайно посмотрел на море и застыл от неожиданности. Кто там плещется?

Валериан огляделся и заметил лошадь Авроры, привязанную к дереву. На куске ткани, разостланном на песке, лежала аккуратно сложенная стопка одежды. Неужели она плавает в чем мать родила?

Такое поведение удивило и несколько шокировало Валериана, хотя пока судить было рано. Возможно, он ошибается.

Герцог знал, что ему следует развернуть коня и возвратиться на дорогу, но почему-то медлил, пристально наблюдая за девушкой, подплывшей к самому берегу.

Аврора встала, и Валериан получил ответ на свой вопрос. Девушка была совершенно нагой, и он понял, что никогда в жизни не видел создания прекраснее. Кристально чистая вода доходила ей почти до колен. Аврора завела руки за спину, собрав волосы, отжала их и направилась туда, где оставила одежду. Потом легла животом на ткань и принялась сушить потемневшие пряди. Валериан затаил дыхание, боясь выдать себя. Полежав немного, Аврора перевернулась на спину.

«Что я делаю? — в ужасе подумал герцог. — Словно зеленый мальчишка-школьник, который подглядывает за горничными!»

Но как он ни старался, не мог заставить себя отвернуться. Длинные ноги, ровный бледно-золотистый загар… Треугольник густых рыжевато-каштановых завитков внизу живота неодолимо притягивал его взгляд. Он жаждал запустить пальцы в эту соблазнительную поросль, проникнуть глубоко, в самые потаенные местечки.

В этот момент Аврора поднялась, и Валериан жадно уставился на ее груди, маленькие, идеально круглые, с задорно торчавшими сосками. Невероятно узкая талия переходила в поразительно стройные бедра, чуть более округлые, чем ему представлялось.

Аврора повернулась к нему спиной и наклонилась, чтобы поднять рубашку. Валериан сгорал от желания ласкать эти восхитительно вылепленные ягодицы. И только сейчас неожиданно понял, что бриджи почему-то стали ему тесны. Мужская плоть набухла и отвердела так, что боль была почти невыносимой.

«Боже! — раздраженно подумал Валериан. — Эта девушка станет моей свояченицей, а я шпионю за ней, словно какой-то развратный ублюдок! Да как я после этого буду смотреть ей в глаза?!»

Аврора не спеша натянула бриджи, чулки и туфли. И герцог отчего-то рассердился. Во всем виновата она! Маленькая распутная кокетка! Ни одна девушка из порядочной английской семьи не позволила бы себе такого! Остается только надеяться, что она не станет причиной громкого скандала, когда появится в Англии. Придется как можно скорее найти для нее респектабельного мужа!

Но почему-то мысль об Авроре в объятиях другого мужчины взбесила его еще больше.

Валериан Хоксуорт, скрипя зубами, выехал на дорогу. Не дай Бог, Аврора заметит его неблаговидный поступок и все расскажет Каландре. Он не хотел, чтобы невеста расстроилась из-за минутной слабости своего будущего мужа.

Дни летели. По утрам Валериан обходил поля вместе с Джорджем, стараясь вникнуть в тонкости управления плантацией, или просматривал книги. Выяснилось, что Калли обладает немалым приданым. Роберт Кимберли был превосходным хозяином, и все доходы от продажи сахара переправлялись в лондонские банки. Роберт прекрасно обеспечил жену и ее детей, которых усыновил сразу после свадьбы. И Аврора, и Джордж могли рассчитывать на весьма выгодные браки. Похоже, ему не придется долго искать мужа для свояченицы, если, конечно, та будет вести себя прилично. Но как ни старался Валериан, не мог найти в Авроре никаких других пороков, кроме пристрастия к морским купаниям в совершенно непристойном виде и чересчур острого язычка. Однако море у берегов Англии обычно слишком холодное, и вряд ли ей захочется в него окунуться.

11
{"b":"25295","o":1}