ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Они ушли. Маша протянула руку, достала кувшин с молоком, напилась. Хотела встать и не могла. Слабость. А вдруг все это ложь и они приведут полицию? Промучавшись наедине со своими подозрениями, она уснула и проспала довольно долго. Проснулась среди ночи. Было темно и тихо. Скрипела неплотно прикрытая дверь. С замершим сердцем Маша поднялась и захлопнула дверь. Кружилась голова. Она снова напилась молока и села на постели. Когда же утро? Ночь шла длинная, бесконечная.

Наконец небо стало сереть, но Маша уже снова спала. Она не услышала, как заржала лошадь, как вошли в сторожку женщины.

— Вставай, девочка, — прошептал над ней голос.

Красное и зеленое - pic_16.png

Маша улыбнулась во сне: она видела свою мать. Но ее настойчиво потрясли за плечи. И Маша испуганно открыла глаза.

— Это мы, не бойся. Ну как ты? Хорошо? Можешь идти? Тогда одевайся. Неказистая одежонка, но крепкая. Новостей не знаешь? Слава богу, хорошие новости. Наши уже близко. Хозяин наш подобрел, все «гут, гут» говорит. Чует, стерва, конец им приходит. Ты иди на юг. Только придется тебе крюку дать, городишко тут на пути есть, обойди его. Да не надо благодарности. Что ты! Как звать-то? Маша? А лет тебе сколько? Двадцать три? Ну, счастливо тебе, доченька. А это мы тут трошки поесть тебе собрали на дорогу.

Маша распростилась с добрыми женщинами и пошла под гору. Не выдержала, оглянулась. Женщины стояли на дорожке и вытирали глаза…

Она обошла стороной небольшой городок. Снова перебежала через автостраду и углубилась в леса. На этот раз ориентиром для нее служил высокий скалистый хребет. Освещенные утренним солнцем вершины хребта пылали красным светом и казались заманчиво близкими. Не знала Маша, как они далеки и неприступны.

И снова дни и ночи она брела, тяжело волоча ноги и опустив голову. Снова густой туман в оврагах, сумасшедший стук собственного сердца, таинственные звукц черного леса, одиночество, от которого хочется кричать во весь голос, и страх за свою жизнь. Скоро мешочек с едой стал лишним. В нем не осталось ни крошки. Маша выбирала в траве редкие ягоды, обрывала с кустов можжевельника сизые, терпкие, приторно-сладкие плоды. Хребет уходил вверх, рассеченный ущельями, усеянный скалами.

Красное и зеленое - pic_17.png

Маша Бегичева подымалась все выше и выше. Она боялась остановиться, боялась упасть. Здесь ее никто не подберет. Кругом безлюдье и дичь, наводящие на мысль о далеком времени гейдельбергского человека. К вершине хребта Маша не пришла, а приползла. Ей повезло: она наткнулась на птичье гнездо с шестью крупными яйцами. На самой вершине, среди голых скал, Маша спала весь день, а к вечеру, когда взошла луна, снова пошла вниз, в неведомые лесные дали, раскинувшиеся перед ней в зеленоватом фантастическом свете полной луны. Где-то внизу, далеко-далеко, словно звездочки, сияли огни городов или заводов. Может, это и есть Швейцария?

На исходе следующего дня Маша Бегичева поняла, что дальше идти она не сможет. Силы оставили ее. Тоскливыми глазами оглядела она редкий лес вокруг, светлые поляны и упала навзничь. Она долго лежала в забытьи. Потом открыла глаза. В кустах рядом с ней кто-то фыркнул. Маша повернула голову. На нее почти в упор смотрели четыре круглых приветливых глаза. Козочки… Их милые мордашки с любопытством уставились на лежавшую девушку. Но стоило ей только повернуться, как косули подпрыгнули на месте и моментально исчезли.

Красное и зеленое - pic_18.png

Маша лежала и думала. Может быть, они ручные и здесь есть кто-нибудь поблизости? Так не хочется умирать… С трудом поднявшись, она собрала последние силы и побрела вперед. Метр, другой, третий… Маша едва преодолела поляну и, совсем обессилев, легла около узкой дорожки, пересекавшей лесную поляну на другом конце.

Тут она забылась, мир перестал для нее существовать.

Ночью на лесной дороге показалась легкая тележка, запряженная парой лошадей. Лошадьми правил старик.

Красное и зеленое - pic_19.png

Он держал вожжи в расслабленных руках и, опустив голову на грудь, мирно дремал.

Кони почуяли неладное еще издали; они подняли головы, навострили уши, прошли несколько шагов., потоптались на месте и остановились; тревожно фыркнув, оглянулись на хозяина. Он дремал. Тогда лошади свернули с дороги в обход опасного места. Тележку затрясло на пеньках, человек проснулся и что-то пробурчал по поводу глупых животных, которые не видят дороги. Вожжи натянулись, лошади снова ступили на дорогу и… встали.

Старик зачмокал, задергал вожжами, но лошади только танцевали на месте.

— Что такое?

Присмотревшись, он увидел на дороге лежавшего человека и проворно соскочил с двуколки.

— О, mein Gott! — воскликнул он. — Здесь мертвое тело. Бедное дитя! Совсем ребенок! Но она, кажется, жива… В таком случае, Фихтер, за дело!

Он бережно поднял девушку, уложил ее в тележку и, кое-как примостившись сбоку, задергал вожжами и помчался по лесу. Скорей домой!

Вырвавшись из леса, лошади понеслись по горным лугам мимо редких скал и кустов и через несколько минут остановились перед домом, над входом в который висела небольшая вывеска, извещающая, что здесь находится «Контора высокогорного заповедника доктора Фихтера».

— Эй, кто там, скорее ко мне! — громко закричал Фихтер.

Из дома вышла женщина, засуетилась, побежала вперед, открыла двери, помогла Фихтеру уложить девушку на кушетку и выбежала за водой и лекарством.

Через несколько минут Маша Бегичева пришла в себя.

— Она просто ослабла от голода, — шепотом сказала женщина. — Можно дать ей кофе?

— Да, да, Лиззи, теплого сладкого кофе. И, пожалуйста, никому ни слова. Я надеюсь, вы понимаете меня?

Лиззи чуть-чуть присела. Она, разумеется, прекрасно все понимает. Пусть доктор Фихтер не думает, что его старая служанка такая уж дура. Пора бы знать ее, второй десяток вместе — и такие наивные вопросы! Вот именно. Может быть, она даже больше доктора Фихтера разбирается в подобных делах.

Но Лиззи все это произнесла только про себя. Ни к чему начинать спор, тем более что перед ними лежит человек, нуждающийся в срочной помощи. И Лиззи стала действовать. Она мигом принесла кофе, подсела к девушке, приподняла ее голову и стала поить. Маша пила маленькими глотками, не открывая глаз.

— Кто бы вы ни были, спасибо, — прошептала она.

Лиззи опустила голову девушки и строго глянула на Фихтера.

— Вам лучше уйти, Фихтер, — сказала она и взглядом показала на девушку.

Он не понял своей служанки, потоптался и сказал:

— Но я хотел бы…

— После, после, герр Фихтер. Я займусь сейчас вой девушкой, переодену ее, уложу, а тогда уже вы можете задать ей свой миллион вопросов.

Когда Фихтер вошел снова в комнату, Маша лежала на постели переодетая, щеки ее жарко горели. Она тяжело дышала. Было ясно, что она не только голодна, но и больна. Ни о каком миллионе вопросов не могло быть речи. Фихтер понял это прежде, чем Лиззи успела в своей обычной манере отчитать его.

Он не сказал ни слова. Просто сел около девушки и стал смотреть на нее поверх очков. Лиззи, в свою очередь, смотрела на доктора Фихтера.

Он был совершенно лыс, этот старый человек. Его лоб, бритая голова и гладко выбритые щеки лоснились, освещенные электрической лампочкой. Прямой длинный нос угрожающе нависал над резко вычерченной линией рта. По-молодому живые глаза светились умом. В уголках подвижных губ таилась добрая усмешка. Узкие белые руки с длинными пальцами и синеватыми венами беспокойно шевелились. Видно, эти руки не привыкли лежать вот так, без дела.

— Что вы скажете, Лиззи? — спросил Фихтер и перевел взгляд на свою служанку.

— Бедная девочка, вот что я скажу. И больше ничего, если не считать моего тысячного по счету проклятия войне и тем, кто ее породил, и нашим неразумным вождям, которые подожгли всю Германию, и злым людям, по чьей вине страдают вот такие дети, на каком бы языке они ни говорили и какому бы богу ни поклонялись. А еще, доктор Фихтер, добавлю, что…

13
{"b":"252951","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Отбор в Империи драконов. Побег
Прекрасная помощница для чудовища
Порочное влечение
Оракул Ленорман за чашкой кофе
Девушка с Легар-стрит
Иван Московский. Первые шаги
Легенда нубятника
Самый опасный человек
Счастливые неудачники