ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— С тех пор, как мы поженились, Намико каждый день встаёт в половине пятого!

Но ни он, ни его жена не знали ответа на вопрос — зачем? Зачем вставать так рано и потом целыми днями засыпать, едва присев.

— Зачем? — Намико пожала плечами. — Мы, японки, все рано встаём. Такова традиция!

Традиция — не высыпаться? Традиция — считать это доблестью? Традиция — истязать себя без принуждения? И без нужды. Трудно иногда понять её, Японию! И очень хочется сохранить эту страну, где женщины не шустры, как русские или американки. И не умеют готовить, и потому вынуждены держаться за простенький дедовский мисо-суп. И плохо обучаются, поэтому предпочитают следовать традициям. Так и сохраняется японский дом — заповедный мир, утешающий незыблемостью порядков, позволяющий отдохнуть от творчества и от терзаний…

— Мне очень нравятся японские женщины, — сказала она. И, чтобы сделать комплимент менее сердечным, более японским, добавила: — Общение с ними куда полезнее для иностранца, чем с мужчинами.

Глаза Намико вспыхнули радостно, благодарно.

— Мне очень приятно слышать Ваши слова!

Они обнялись, как подруги. И как совсем уж близкие подруги заговорили.

— Может, тебе, Намико, стоит спать днём?

— Японка не может лечь спать днём! — замахала руками Намико.

— Но почему?

Этот вопрос в Японии редко имеет ответ. И Намико ответа не знала. И сказала то, что принято говорить:

— Такова традиция.

— А, может, свекровь мешает тебе спать? — спросила она, вспомнив Леночкины рассказы.

— Нет, нет, свекровь здесь не при чём, просто мы, японки, никогда не спим днём, — отказывалась Намико.

Но слово "свекровь" задело её, разволновало. Она стала жаловаться обильно, по-русски.

— О, свекровь всегда долго спит, почти до семи. А потом целыми днями сидит в своей комнате у телевизора и выходит только затем, чтобы поесть или погулять возле дома. А на кухню не заходит никогда. Конечно, она имеет на это право. Ей уже больше восьмидесяти, и она давно передала мне лопатку для риса. Такова японская традиция: состарившись, свекровь совершает обряд — передаёт лопатку для риса невестке и с этого момента имеет право не входить на кухню, доверив её молодой хозяйке, — рассказывала Намико и сердилась: — Но всё-таки свекровь могла бы иногда помочь. Теперь многие старики помогают. А эта — никогда. Даже если я больна! И никогда не покупает никому подарка. Хотя деньги у неё есть! Но она вообще не ходит в магазин. Даже одежду для неё покупаю я! — Намико не любила свекровь. Но в этом не было никакой японской специфики. Впрочем, одна японская тема присутствовала и здесь: — Я вынуждена жить со свекровью. Потому что Хидэо — старший сын и обязан заботиться о родителях. Зато родительский дом после смерти отца достался ему — такова традиция.

— Старший сын в Японии наследует не только дом, но и семейное дело, — рассказывала Намико. — Отец Хидэо был владельцем авторемонтной мастерской и на шестнадцатый день рождения подарил автомобиль старшему сыну, только ему. Но Хидэо не захотел возиться в мастерской и пошёл работать в университет. И отец не возражал — карьера учёного более выгодна, чем работа автомеханика. А автомобиль, который был редкостью тогда, через десять лет после войны, помогал репутации Хидэо, поднимал в глазах коллег. Конечно, выгодно выйти замуж за старшего сына! Только продав дом родителей Хидэо, мы смогли купить собственный. Но мне приходится жить со свекровью! К счастью теперь всё меняется. Япония не так строго следует традициям. Мои родители живут одни. И я никогда не буду жить с сыном! Никогда!

Она вышла проводить Намико до автобуса. В садике соседнего дома пожилой мужчина прогуливал согнутую дугой старушку. Старушка едва переставляла ноги, повиснув на руке мужчины, а он время от времени легонько постукивал кулаком по её горбатой спине, японцы любили такой массаж. Значит, мужчина — старший сын, а дом — наследство, богатое наследство, раз по саду можно гулять. Страна, которая чтит традиции, хорошо предсказуемая страна!

Господа дети

Примостился мальчик

На седле, а лошадь ждёт.

Собирают редьку.

Басё

Если внука положить в глаз, деду не будет больно.

Японская пословица

Она проснулась, как всегда, под урчание стиральных машин. Значит, соседки, несмотря на субботний день, уже поднялись, чтобы, не жалея себя, следовать японской традиции. Она бежала на зарядку по пустынной улице, отмечая — в каждом доме горит свет. Значит, женщины уже хлопочут на татами или у плиты. Пресный дух варёного риса и кисловатый аромат мисо вырывались наружу из неплотно прилега. oих окон и дверей. Кое-где виднелись и сами женщины — они подметали щёточками и без того чистый асфальт у ворот, мыли и без того блестящие крылечки. И на каждой была униформа — большой мешковатый фартук. Фигуры в бесформенных тусклых балахонах делали полутёмную улицу ещё тоскливее. В парке занималась зарядкой группа, народ собирался каждый день в шесть тридцать. И для выходных исключений не делал. Поваляться, отоспаться — неяпонские слова.

Сегодня они с Анной отправлялись в Дайе. Она собиралась порадовать себя по случаю своего дня рождения — купить что-то для внука. Анне нужен был подарок для новорожденной внучки — Анна летела ненадолго в Москву. Детский отдел начинался с одежды для будущих мам, там висели широкие платья. Дальше шли куртки, очень странные — тоже широкие, только не спереди, а сзади. Спина обвисала мешком, ворот далеко отходил от шеи — такое невозможно носить!

— Одной невозможно, — улыбнулась её недогадливости Анна. — Но если повесить за спину ребенка, то в куртке, общей на двоих, будет очень удобно.

Новая японская промышленность подстраивалась под старую японскую традицию — носить детей за спиной. Здесь малыш, родившись, не расставался с мамой, а просто перекочёвывал спереди назад. Колясок японки не признавали. То ли они занимали слишком много места в тесном японском доме, то ли некогда было японской маме гулять. Женщины с грудничками выходили из дома по делу: в магазины, в банк… А ребёнка вешали за спину, чтобы освободить для сумок руки. Здесь мужья не помогали жёнам даже когда в доме малыш. И бабушки-деды в воспитании внуков участия не принимали. Нет в Японии такой традиции — старикам детей растить. По магазину тащили малышей на спине и вели подросших за руку только молодые женщины. И под тяжестью покупок сгибались они же. Пожилых в торговых рядах почти не было. Только в кондитерской праздно сидели элегантные старые дамы.

По радио звучал тоненький кукольный голосок дикторши.

— Она говорит: "Господа родители, на движущемся эскалаторе придерживайте, пожалуйста, господ детей, чтобы они не упали!" — перевела Анна и улыбнулась. — Здесь это звучит нормально — господа дети! И дети так обращаются к отцу и матери — ота-сан и ока-сан — "господин отец" и "госпожа мать". Только самым маленьким разрешены короткие "мама" и "папа". А дети у них действительно господа! Их очень балуют!

В отделе игрушек мальчики и девочки по-хозяйски ходили между полками, показывали пальчиками — хочу это! — а мамы безропотно платили. Анна покупала много, не считая.

— Конечно, поездка — это слишком дорого, да чёрт с ними, с деньгами! Я хочу увидеть внучку, да и по сыну соскучилась…

— Ты, Намико, наверное, скучаешь по сыну? Грустишь? Ведь он живет теперь так далеко!

Намико и Хидэо обедали у неё дома — она отмечала с друзьями свой день рождения. Воскресный обед был мирный, семейный, и разговор шёл соответствующий — о детях.

— Скучаю? Грущу? — Намико удивлённо подняла голову, словно не понимала вопроса. И уж точно — не знала, как на него отвечать. Наконец, ответ нашёлся: — Мне некогда скучать. У меня много дел, я обслуживаю мужа и свекровь.

84
{"b":"252966","o":1}