ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Несмотря на то что строки, написанные по-гречески (как и другие надписи), были несколько повреждены, понять их смысл было нетрудно. Этот камень предположительно был одним из нескольких, надпись на которых сделали после собрания жрецов в Мемфисе. Текст на камне датируется 196 годом до н. э. и представляет собой благодарственную надпись, адресованную царю Птолемею V Епифану. В эллинистический период многие подобные документы в пределах греческой ойкумены распространялись в виде би– или трилингвистических текстов. Сопоставление трех вариантов текста и должно было послужить отправной точкой в дешифровке.

Высеченный на камне указ гласил, что Птолемей, которому не было еще и тринадцати лет и который правил страной, находясь под опекой старших советников, сумел добиться процветания Египта; данное сообщение было «высечено на стелах из твердого камня в виде иероглифов, а также на египетском и греческом языках и выставлено во всех храмах первого, второго и третьего классов, в которых происходило возвеличивание Императора». Основными благодеяниями Птолемея V являются: украшение и восстановление храмов, освобождение пленников, прекращение насильственной вербовки во флот, создание справедливой системы правосудия в стране, предотвращение наводнений путем строительства дамб, а также указ о казни отъявленных преступников, совершивших тяжкие преступления.

Однако первоначальные надежды на то, что Розеттский камень станет долгожданным ключом к расшифровке древних языков, через некоторое время были разрушены. Из-за того что несколько кусков камня отсутствовали, перевод иероглифов и демотического письма путем сравнения этих фрагментов оказался чрезвычайно затруднительным. Кроме того, в то время еще не был окончательно доказан тот факт, что все три фрагмента текста, высеченные на камне, содержат одно и то же сообщение. Иероглифы являлись наиболее древней формой египетской письменности.

Обычно на камне высекались именно иероглифы. Когда же в качестве материала для письма стал использоваться папирус, иероглифы постепенно были вытеснены другими формами письменности; так, например, иератическая письменность – курсивная форма письма – в конце концов привела к появлению еще более простой курсивной формы письма, демотической. Таким образом, открытие Розеттского камня не способствовало разгадке тайны древнеегипетской письменности. Европейские ученые делали попытки расшифровать египетские иероглифы начиная с XVI века. Немецкий иезуит Антонасиус Кирхер, английский епископ Уильям Варбуртон и французский ученый Никола Фрере – наиболее известные специалисты, занимавшиеся этим. Однако из-за ошибочного предположения о том, что иероглифы просто представляют собой некоторую систему картинок, им не удалось точно расшифровать их смысл.

Смысл одних картинок был довольно очевидным, как, например, изображения животных, в то время как смысл других картинок, на которых виднелись довольно странные и загадочные изображения, так и остался непонятным. Более того, отсутствовали также точные доказательства того, что смысл наиболее понятных картинок является именно тем самым, какой приписывали им ученые. У специалистов возникало все больше и больше вопросов в связи с изучением иероглифов. Выражает ли один символ какую-либо одну идею или может выражать и несколько? Могут ли несколько символов являться выражением какой-либо одной мысли? В каком направлении следует читать иероглифы? Чем руководствовались древнеегипетские писцы, рисуя те или иные иероглифы для выражения смысла?

Одним из первых ученых, которые занялись разбором демотического письма Розеттского камня, был известный востоковед француз А. И. Сильвестр де Саси. Ему удалось правильно понять некоторые слова в тексте. Позднее, в 1802 году, шведский ученый И. Д. Ахерблат расшифровал еще несколько символов; также ему удалось понять смысл нескольких слов, написанных на коптском языке. Однако на этом открытия Окерблата закончились; идентифицированные им слова были составлены из букв алфавита, а сам ученый был твердо уверен в том, что демотическое письмо является чисто алфавитным. Данная точка зрения в конце концов была признана ошибочной.

На протяжении всех этих лет таинственный камень спокойно хранился в Британском музее, в то время как специалисты продолжали выдвигать различные предположения о природе написанных на нем загадочных иероглифов, пытаясь найти код для их расшифровки. Первое наиболее крупное открытие на этом пути было сделано примерно в 1816 году английским физиком и врачом Томасом Юнгом, к которому тоже попала одна из копий Розеттского камня.

Он высказал предположение о том, что иероглифы могут иметь также и фонетическую ценность, то есть они представляют различные звуки языка. Эта идея была не новой, но прежде ученым не удавалось найти убедительных доказательств данного факта. Ранее ученые предполагали, что особые фигурки, в которые заключены различные символы, изображали царские имена. Юнг попытался идентифицировать фонетическое значение символов одной такой картинки, которая присутствовала в нескольких местах на Розеттском камне: по его убеждению, они относились к обозначению имени Птолемея, что впоследствии и подтвердилось в результате успешной идентификации нескольких таких символов. Такие картинки назвали картушами[3].

Но несмотря на отдельные прорывы и догадки, иероглифы не поддавались полной расшифровке. Лишь спустя много лет один ученый сумел решить загаданную древними загадку.

Гений Шампольона

Знакомясь с биографией Жана Франсуа Шампольона, трудно отделаться от ощущения, что этот гениальный французский лингвист приходил в наш мир лишь для того, чтобы дать науке ключ к расшифровке египетских иероглифов. Судите сами: в пять лет Шампольон без посторонней помощи научился читать и писать, к девяти годам самостоятельно освоил латынь и греческий, в одиннадцать – читал Библию на древнееврейском языке, в тринадцать – начал изучать арабский, сирийский, халдейский и коптский языки, в пятнадцать – стал заниматься персидским языком и санскритом, а «для развлечения» (так он написал в письме к брату) – китайским. При всем этом в школе он учился плохо, из-за чего в 1801 году, когда ему было одиннадцать лет, старший брат увез его в Гренобль и взял на себя заботу о его воспитании. В возрасте семнадцати лет Шампольон стал членом Академии в Гренобле, где в качестве вступительной лекции прочел введение к своей книге «Египет при фараонах».

Египтом он начал интересоваться еще в десятилетнем возрасте. Все началось с того, что ему в руки попала газета, из которой он узнал, что в марте 1799 года близ небольшой египетской деревни в дельте Нила был найден «плоский базальтовый камень величиной с доску письменного стола, на котором были высечены две египетские и одна греческая надписи». Далее сообщалось, что один из наполеоновских генералов, страстный любитель-эллинист, прочел греческую надпись на камне: в ней египетские жрецы благодарили фараона Птолемея I Епифана за благодеяния храмам, оказанные им на девятом году его царствования (196 год до н. э.). Чтобы прославить царя, жрецы решили воздвигнуть его статуи во всех святилищах страны. И в память об этом событии на мемориальном камне высечена надпись «священными, туземными и эллинскими буквами». Анонимный автор газетной заметки завершал свою публикацию предположением о том, что теперь «путем сопоставления с греческими словами можно расшифровать египетский текст».

Эта мысль глубоко запала Шампольону в душу. Сохранилось свидетельство одного из его учителей, что еще в юном возрасте он поклялся расшифровать египетские иероглифы («Я их прочту! Через несколько лет, когда буду большой!»). Как бы там ни было, парень с тех пор внимательно читал все, что до него было написано о Египте. В конечном счете все, что бы он ни изучал, чем бы ни занимался, так или иначе было связано с проблемами египтологии. Он и за китайский язык взялся только для того, чтобы попытаться доказать родство этого языка с древнеегипетским. А летом 1807 года Шампольон составил географическую карту Египта времен фараонов. Он также познакомился со множеством неопубликованных материалов, подлинными египетскими папирусами из частных коллекций и копией текста Розеттского камня.

вернуться

3

Картуш – в древнеегипетских иероглифах продолговатый контур с горизонтальной линией внизу, указывающий на то, что написанный в нем текст является царским именем. Из пяти титульных имен фараонов в картуш обрамлялось тронное имя и собственное имя, полученное при рождении. Иногда в форме картушей исполнялись амулеты, которые изображали имена фараонов и клались в гробницы. Эти артефакты позволяют определить время захоронения и его принадлежность. В определенные периоды истории Египта на таких амулетах имена не изображались в связи с опасением, что человек, завладевший им, может получить власть над носителем имени.

9
{"b":"252981","o":1}