ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Полтора года спустя «Рубиновая Атака» прекратит своё существование, а Владимир Рацкевич соберёт новую группу «Вектор», которая будет исполнять брейк-данс-мюзик, и как хороший сёрфингист взлетит на новую волну…

Музыканты группы «Город» очень волновались, выходя на сцену Физтеха, ведь до сих пор Сергей Минаев и его соратники выступали исключительно для своих друзей-приятелей на мероприятиях Дома культуры завода «Красный пролетарий», отрабатывая за репетиционную базу. (Именно там их и услышал Александр Кочин, который, словно голодный до рока волк, рыскал по Москве и её окрестностям в поисках новых ансамблей.) Клавишник, который был самым старшим в группе и, казалось, должен являть собой образец несгибаемости и стойкости духа, настолько перенервничал, что был не в состоянии попасть в нужные клавиши, поэтому первую песню Сергею Минаеву пришлось отыграть на клавишах самому.

Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода - i_075.jpg

Василий Шумов и группа «Центр» всегда были желанными гостями в «Кофейне». Фото из коллекции Д. Жура и В. Трущенкова

Весёлые песенки, рассказывающие о житье-бытье городских мальчишек и девчонок, аранжированные в модной «волновой» манере, вызвали заметное оживление в зале. Уже к середине второй песни зрители начали притопывать, прихлопывать, и музыканты вдруг ощутили, как энергетическая волна накрыла их, будто тёплым, пушистым одеялом. Согретый всеобщими одобрением и поддержкой «Город» лихо доиграл программу до звонкого, жизнеутверждающего финала. Публика упорными аплодисментами не желала отпускать понравившуюся группу.

– Давай ещё! – кричали из зала.

Тогда осмелевший Минаев объявил:

– А сейчас мы вам сыграем… настоящий рок-н-ролл!

Зал в предвкушении нового удовольствия затих. И тут в возникшей тишине раздался голос певца Владимира Кузьмина, сидевшего в третьем ряду среди почётных гостей:

– Ну-ну, посмотрим, как вы сыграете настоящий рок-н-ролл!..

– Господи, ну зачем я ляпнул про «настоящий рок-н-ролл»! – сокрушался позже Минаев. Душа у певца, конечно, ушла в пятки, но тут уж пришлось соответствовать сказанному и исполнить рок-н-ролл, по-настоящему отрываясь.

– Ну и чего ты орал как резаный, когда мы рок-н-ролл исполняли? – поинтересовался гитарист у певца по дороге со сцены в гримёрку.

– Да в мониторах ничего не было слышно, – ответил Сергей.

Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода - i_076.jpg

Популярность Сергея Минаева началась с фестиваля в Долгопрудном. Фото из коллекции Д. Жура и В. Трущенкова

Москва рок-н-ролльная. Через песни – об истории страны. Рок-музыка в столице: пароли, явки, традиции, мода - i_077.jpg

Выступление группы «Город» стало одной из жемчужин фестиваля в Физтехе. Фото из коллекции Д. Жура и В. Трущенкова

В гримёрке музыканты попали в окружение не фанатов, а родителей.

– Папа, тебе понравилось? – хором спросили музыканты, обращаясь каждый к своей семье.

Отец гитариста, известный пианист Антон Гинзбург, высказал общее родительское мнение:

– Всё, конечно, замечательно, сынулечка, но – господи! – где же пьяно?!

– Он был потрясён: всё вроде бы нормально, но нюансов нет, – смеялся Сергей Минаев. – Как мы с испугу заколбасили с самого начала, так всё до конца и колбасилось!..

Группа «Город» собралась как цельная рок-н-ролльная единица за полтора года до фестиваля в Физтехе, и её участники сразу же принялись активно организовывать собственную раскрутку (сейчас бы сказали «промоушн», но в те годы такого слова в музыкантском обиходе ещё не было). Летом 1982-го ребята снялись в фильме режиссёра Бориса Дурова «Не могу сказать „прощай”», где исполнили роли музыкантов, играющих на танцах. Работать на съёмочной площадке было необычайно интересно, но роли наших героев были эпизодическими, поэтому их игру по достоинству смогли оценить только друзья, знакомые и соседи. Размышляя о будущем, «Город» сделал ставку на участие в настоящем рок-фестивале. Выступление на одной сцене с такими динозаврами, как «Коктейль» или «Рубиновая Атака», рассуждали музыканты, могло дать группе очень серьёзный толчок.

И они оказались правы в своих расчётах.

…Довольно бесцеремонно отодвинув в сторону мам и пап, к музыкантам протиснулся звукорежиссёр Игорь Замараев и с ходу предложил записать их песни в студии.

В конце следующего года эта идея будет реализована в виде магнитофонного альбома «Час пик». Тогда же Замараев покажет эти записи известному звукорежиссёру Владимиру Ширкину.

– Это коммерческое! – решит мэтр. И его слова окажутся пророческими.

Таким образом, именно на фестивале в Долгопрудном начался путь талантливого певца на большую эстраду.

«Фестиваль в Физтехе – это Событие с большой буквы! – вспоминал Сергей Минаев. – Хотя по техническому уровню там ничего особенного не было, и зал был абсолютно обыкновенный, но для нас важно было дуновение свободы. Потому что, кому бы мы ни показывали нашу программу, меня, как автора песен, непременно спрашивали: «Всё это хорошо, но где бумажка, что вы – член Союза композиторов?» Ну, ответьте на милость: каким образом молодой человек в двадцать лет мог быть членом Союза композиторов СССР? Мне советовали обратиться к Михаилу Таничу или Ларисе Рубальской – и тогда всё у меня будет хорошо. Но я-то хотел писать свои песни! Кстати, все они сочинены мной на стихи профессионального поэта Сергея Мирова, внука замечательных артистов Мирова и Новицкой. И не было в тех песнях ничего радикального. Не дай бог! Это была просто городская лирика. Мы выбрали название «Город», потому что были патриотами своего города. Счастье, что в Физтехе можно было выступить со своим материалом, никем не залитованным. Там не было никакой проверки, никто ничего не подписывал. И для меня тогда это было нечто из ряда вон выходящее!»

Фестиваль в Долгопрудном предъявил обществу настроение нового поколения, которое выражалось в недоумении «странной» культурной политикой правительства СССР. Никто из нас не был антисоветчиком, никто не хотел разрушения этого строя. Просто мы хотели играть и слушать свою музыку. Но именно это нам почему-то запрещали делать. Почему? Ведь в тех песнях, что мы любили, не было ни призывов к свержению советского строя, ни обличения КПСС. Мы были бесконечно далеки от всего этого. Мы в наших песнях пели лишь о том, как мы жили, о «мальчике в теннисных туфлях», о девчонке-стюардессе, мечтающей полететь в Бразилию. Возможно, занимающие важные правительственные посты дядечки и тётечки считали, что мы слишком безответственны, так как мы не пели ни о БАМе, ни о руководящей роли коммунистической партии. Но у молодёжи – свои дела, которые часто бывают непонятны пожилым людям, умудрённым опытом. Возможно, именно поэтому они усиленно загоняли наш любимый рок в подвалы. В конце концов своими действиями власть предержащая инициировала появление настоящих революционных песен, таких как «Мы хотим перемен!» или «Твой папа – фашист».

Настроение недоумения наиболее ярко высказано в песне группы «Центр» «Фотолаборатория», в которой рассказывается, как мальчик с девочкой уединились в тёмной комнате, чтобы напечатать фотографии:

Находиться в тёмной комнате!
Как такое может быть?
В тишине и в темноте
Можно глупость совершить!
Детки! Детки!
Мы за вас боимся что-то!
Это что? А это что?

Господи, да это всего лишь лаборатория для фото!!! Да даже если они там целуются? Ну и что с того? Кому какое до этого дело? Зачем была нужна эта мелочная опека?

Для «Центра» этот фестиваль также стал знаковым событием. Именно здесь, в Физтехе Василий Шумов познакомился с начинающим звукорежиссёром Андреем Пастернаком, который искал группу, чтобы набраться опыта в записи. «Центр», в свою очередь, искал возможность записать новые песни. В итоге Андрей Пастернак в студии ВТО на Пушкинской записал несколько альбомов группы – «Стюардесса летних линий», «Чтение в транспорте», «Цветок и мотылёк». Эти альбомы попали в руки «подпольных писателей», которые в десятках тысяч копий распространили настроение недоумения по всей стране. С этого момента рок-революция стала неизбежна.

77
{"b":"252984","o":1}