ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я чувствую себя так же прекрасно, как в первые два раза.

Она вздохнула и с улыбкой добавила:

– Зато мы хорошо позабавились, зачиная наших девочек. И все же, должно быть, делали что-то не так. После рождения Бесс нужно хорошенько подумать, что именно, потому что у меня будет сын, черт побери!

Розамунда родила свою третью дочь, Элизабет, двадцать третьего мая тысяча пятьсот восьмого года. Ребенка также назвали Джулией, ибо она появилась на свет в День святой Юлии, и Энн, в честь матери Пресвятой Девы, покровительницы беременных женщин. Подобно своим сестрам Бесс была крепенькой и здоровой девочкой, только унаследовала от отца светлые волосы, чем Оуэн был донельзя доволен, Из Гринвича прибыл посланец принцессы. Розамунда потребовала отнести ее в зал, чтобы она собственными ушами могла выслушать последние сплетни. Новости оказались не слишком хорошими. Немногие оставшиеся слуги принцессы Арагонской превратились в посмешище при дворе.

Гордые испанцы сейчас более всего походили на нищих, поскольку ходили буквально в лохмотьях. Король вел переговоры с Максимилианом, императором Священной Римской империи, о помолвке его внука, эрцгерцога Карлоса, сына безумной кастильской королевы, со своей младшей дочерью, принцессой Мэри. Поскольку Карлос был еще и наследным принцем Нидерландов, Англия много выигрывала в торговле шерстью и тканями. Этот союз должен был стать чем-то вроде противовеса поразительному политическому союзу, недавно заключенному между королем Фердинандом и Францией.

Английский король решил, что Фердинанд больше не нужен для осуществления его планов. Принцесса Арагонская была осведомлена о желании принца Генри любить ее, как она деликатно выражалась. Она снова написала отцу, моля о помощи и подчеркивая, что ее долг – содержать слуг. Екатерина не просила ничего лишнего, всего лишь о деньгах на повседневные расходы.

Как всех женщин ее семьи, Екатерину с колыбели приучали беспрекословно повиноваться мужчинам. Поэтому она не требовала, а просила. Только гордость позволяла ей выдерживать натиск кредиторов. Те, разумеется, знали все сплетни об отношении короля к испанской принцессе. Они боялись, что ее вышлют в Испанию, прежде чем им будут выплачены ее долги. Никто не понимал, что даже принцесса может оказаться в отчаянном положении.

Розамунда плакала о судьбе своей подруги, но, как мудро заметил Оуэн, она не могла сделать для Екатерины больше, чем уже сделано. Остальное касается сильных мира сего, а не скромной землевладелицы в Камбрии. Те деньги, что они посылают, могут казаться им огромными суммами, но принцессе их хватает самое большее на несколько дней. Все же Розамунда откладывала что могла для Екатерины Арагонской в ожидании ее слуги.

Но посланец не возвращался во Фрайарсгейт больше года, а когда все же появился, его повествование было достойно барда. Король Генрих вбил себе в голову, что должен жениться на безумной Хуане Кастильской. Состояние ее рассудка мало что для него значило. Главное – она рожала здоровых детей. Король вдруг решил, что должен иметь больше наследников. Екатерина одобряла план, поскольку была достаточно мудра, чтобы понять: от этого зависит ее будущее. Ей удалось убедить отца отозвать посла, сеньора де Пуэбла, который к тому же тяжело заболел. Король Фердинанд, наконец устыдившись своего поведения по отношению к дочери, выслал ей две тысячи дукатов и назначил своим послом, пока не будет найдена замена. Сумма была не столь велика, но позволила Екатерине заплатить самые неотложные долги и выдать жалованье слугам. Ее новый статус посла придал ей больше веса при дворе. На какое-то время она снова попала в фавор.

Добросердечная, преданная и тихая Екатерина усвоила жестокий урок: принципы морали для мужчин и женщин в этом мире различны. Нужно уметь выживать. Поэтому в обращении с королем она стала более уверенной, только что не кокетничала с ним, и, глядя прямо в глаза, безмятежно лгала. Король, поддавшись на удочку, опять стал выплачивать принцессе небольшое содержание, но любое счастье недолговечно.

Генрих Тюдор быстро понял, что король Фердинанд не собирается отдавать ни Кастилию, ни Хуану, к этому времени окончательно помешавшуюся. Ее держали взаперти и не выпускали на люди, поэтому Генрих стал искать другую жену. Звезда Екатерины снова закатилась.

Король снова попытался обручить принца Генри с Элеонорой Австрийской, но переговоры закончились крахом Теперь он обратил взгляд в сторону Франции, но в начале тысяча пятьсот девятою года здоровье его пошатнулась. Советники почтительно попросили его вспомнить о прежней договоренности и обвенчать сына с Екатериной, тем более что остаток ее приданого должен был вот-вот прибыть. Дворяне опасались, что род Тюдоров прервется. Если принца немедленно не обвенчают и он не станет производить на свет наследников для Англии, существует опасность государственного переворота. Достопочтенная Маргарет тоже убеждала сына, что тот одной ногой стоит в могиле, поэтому король согласился выслушать придворных. Окружающие всерьез поговаривали о том, что Екатерина возвращается в Испанию, где ей найдут жениха. Ей было уже двадцать три, по тогдашним меркам, немного старовата для замужества.

Екатерина опять оказалась в ужасном положении. Обстановка в ее доме была почти невыносимой. Она наконец избавилась от доньи Эльвиры, но теперь некому было вести ее хозяйство. Ее камергер вел себя нагло и дерзко, но она не могла прогнать его, потому что было нечем заплатить. Ее духовник отец Диего, необыкновенно красивый францисканец, имел над ней слишком большую власть и репутацию распутника среди придворных дам. Екатерина обожала его настолько, что не желала слышать о нем ничего плохого и была откровенно увлечена красавцем монахом. Новый испанский посол, дон Гутьере Гомес де Фуэнсалида, заметил пугающую зависимость принцессы от молодого священника и с искренним беспокойством известил ее отца, послав в Испанию своего личного слугу с подробностями всего дела и прося короля заменить отца Диего и послать принцессе «старого и порядочного исповедника».

Узнав о переписке, принцесса взбунтовалась, считая посла своим злейшим врагом. По ее настоянию он был отозван, а Екатерина отказывалась что-либо делать без одобрения духовника.

Двадцать второго апреля в Ричмонде скончался Генрих VII. После его похорон двор переехал в Гринвич. Намерения нового короля вскоре стали ясны. Он собирался выполнить свои обязательства и жениться на Екатерине Арагонской, хотя некоторое время колебался, терзаемый угрызениями совести. Может ли он совершить грех, женившись на вдове брата? Или разрешения папы вполне достаточно? Некоторым церковным сановникам это не слишком нравилось, но, как указал король Фердинанд, две сестры Екатерины были замужем за королем Португалии, и каждая родила ему здоровых детишек.

Тайный совет потребовал от короля жениться на принцессе. Несмотря на сомнения, Генрих признал, что любит Екатерину и желает больше всех женщин на свете. Он уважал ее и считал ее мужество достойным восхищения. Достопочтенная Маргарет согласилась, а ее влияние на молодого короля было бесспорным. Поэтому Генрих без дальнейших колебаний сделал предложение Екатерине.

Они были обвенчаны без шума и пышности одиннадцатого июня в ее покоях.

"Я еще в жизни не была так счастлива, дорогая Розамунда. Счастливее, чем способна была представить Мой муж – лучший и добрейший из всех людей Я всегда буду любить его.

Не могу выразить свою благодарность за твою поддержку и молитвы, дорогая подруга. И не знаю, смогу ли отплатить тебе по достоинству".

* * *

Слезы струились по лицу Розамунды, читавшей письмо.

– Передайте королеве, – сказала она посланнику, – я не требую платы за то, что делала по доброй воле. Для меня большая честь служить ее величеству. И если представится возможность, снова буду рада услужить. Вы передадите ей мои слова? Я не стану писать письмо, ибо его скорее всего прочтет какой-нибудь секретарь, который не подумает вручить пергамент королеве.

55
{"b":"25300","o":1}