ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Его уважение к ней возросло до немыслимых высот. Он неожиданно понял, что только женщина с таким сильным характером могла не сломаться под натиском Генриха Тюдора. Недаром она с присущей ей мудростью предпочла первой покончить с их связью и ухитрилась при этом сохранить дружбу короля.

Назавтра они отправились в Клевенз-Карн. Отец Мата выступал не только в роли их проводника, но, как ни странно, и защитника: вряд ли кто посмел бы напасть на священника, особенно родственника самого Хепберна, Розамунда до этих пор никогда не пересекала границу и с удивлением увидела, что пейзаж здесь такой же, как и вблизи Фрайарсгейта. Несколько часов они ехали под ярким голубым небом. Солнце сначала светило им в лица, но вскоре нависло над головами, согревая плечи. Они почти не разговаривали, хотя Мата все же заверил госпожу, что его единокровный брат не причастен к краже овец.

– Клевенз-Карн, – наконец объявил он, показывая вдаль.

Впереди на покрытом вереском холме возвышался каменный замок с двумя башнями, темный и по виду весьма древний.

Они медленно приблизились к нему. Ворота оказались открыты, так что въехать во двор не составило труда, Розамунда пораженно уставилась в лицо Логана Хепберна, очевидно, давно поджидавшего гостей.

– Ты послал к нему гонца? – прошипела она священнику.

– Разумеется, – кивнул тот. – Не могли же вы появиться без предупреждения, миледи! На границе так не делается. Что, если бы Хепберн уехал по делам и вы его не застали бы? Он человек занятой!

Синие-синие глаза смотрели ей в душу. Но Розамунда ответила надменным взглядом.

– Я пришла кое-что сказать, Логан Хепберн. Если еще раз посмеешь воровать моих овец, я позабочусь о том, чтобы тебя повесили!

– Добро пожаловать в Клевенз-Карн, – ответил он с улыбкой и, обняв ее за талию, снял с седла. – Ты стала еще прекраснее, чем раньше, если это только возможно. И я не воровал у тебя овец.

– Лжешь! – бросила она.

Он сжал ее подбородок, вынудив вскинуть голову и взирать прямо на него.

– Я никогда не лгу, мадам! А теперь скажите, кто этот раззолоченный щеголь, что вас сопровождает? Очередной муженек? В таком случае я, как и предупреждал, буду вынужден прикончить его на месте.

– Я ее кузен, милорд, – лениво сообщил лорд Кембридж. – Ничего не скажешь, дорогая девочка, ты права.

Синие-синие глаза и великолепная фигура.

– Том!

Логан, захохотав, ударил лорда Кембриджа по плечу так, что тот пошатнулся, и предложил:

– Зайдем в дом. У меня осталось немного хорошего виски, которое я держу для друзей.

– Ноги моей не будет в твоем доме, черт бы тебя побрал! Я сказала все, что хотела, и теперь возвращаюсь домой! – объявила Розамунда.

Логан покачал головой.

– Не понимаю, как с тобой уживались мужья, – пробормотал он и, подхватив ее на руки, широким шагом направился в дом. Розамунда извивалась и кричала, безуспешно пытаясь вырваться.

– Немедленно отпусти меня, проклятый шотландский ублюдок! Я не желаю заходить в твой дом! Отпусти же!

Он поставил ее на ноги и заглушил вопли требовательным поцелуем. Розамунда отскочила и наградила его такой оплеухой, что у бедняги искры из глаз посыпались. Но он, не растерявшись, снова поцеловал ее. Только на этот раз плотно прижал к мускулистой груди и, как она ни отбивалась, держал крепко. Розамунда задохнулась и едва смогла отстраниться. Но он по-прежнему держал ее в плену, так что ударить его она не смогла.

– Оставь меня в покое! – процедила она сквозь зубы.

– Никогда! – прорычал он. – Довольно мы играли в эту игру, Розамунда Болтон! Я люблю тебя, сам не знаю почему, ибо в жизни еще не видел такой упрямицы! Но люблю и хочу, чтобы ты стала моей женой. Сколько еще можно доводить свой клан до умопомрачения, отказываясь идти к алтарю, потому что не желаю никого, кроме тебя!

Пришло время стать моей и дать мне наследника. Ты родишь мне сына, потому что способна на это! Бог видит, способен и я дать тебе ребенка, и свидетельство тому – бесчисленные бастарды, которых я наплодил по всей стране! И я не крал твоих овец. Единственное, что мне нужно от Фрайарсгейта, – его госпожа.

– Черт возьми, Логан Хепберн, я задохнусь, если ты будешь держать меня так крепко. И если не ты воруешь овец, тогда кто? Впрочем, имеется достаточно кланов, которые не прочь поживиться чужим скотом!

Логан немного ослабил хватку.

– Я помогу тебе найти злодеев, Розамунда, – спокойно пообещал он, – и тогда ты выберешь день свадьбы, моя прелестная невеста.

– Я сама в состоянии найти виновных. Я уже расставила капканы! И замуж не пойду. Ни за тебя и вообще ни за кого. Да как ты смеешь, Логан Хепберн! Я не какая-то овечка, чтобы ложиться под шотландских баранов! Хочешь наследников? Оседлай какую-нибудь простушку, которая считает тебя образцом мужских достоинств, а меня уволь!

– Ты проведешь здесь ночь, – приказал Логан.

– Ни за что! – завопила она и, отступив, яростно размахнулась. Логан едва успел уклониться, и удар пришелся ему в плечо. Ну и тяжелая у нее рука!

– Зачем мне нужна первая попавшаяся мямля, когда я могу получить тебя? – пропыхтел он. – Люблю горячих женщин! От таких родятся неукротимые духом сыновья и ослепительно красивые дочери!

– Ты не получишь Фрайарсгейт, – глухо выдавши она.

– Зачем он мне? Фрайарсгейт принадлежит твоим девочкам от Оуэна Мередита. Наши дети будут расти в Клевенз-Карне.

– Я немедленно еду домой! – бросила она, отворачиваясь.

– Прекрасно, – согласился он. – Мы с моими людьми проводим тебя. Нельзя путешествовать так близко от границы без эскорта, тем более что скоро полнолуние. Мы останемся и поможем тебе поймать воров.

– Нет!

– Да! Мата, ради всего святого, урезонь ее!

– Миледи… – начал молодой священник, но Розамунда молча вышла из зала.

– Попробуйте виски, – предложил Хепберн Томасу. – Кстати, вы действительно ее кузен?

– Да. Но не следует ли нам ее остановить? – нервно пробормотал Томас.

– Она никуда не уйдет, пока не получит лошадь, а без моего приказа никто ей лошадь не даст. Мата, найди моих братьев и прикажи собирать людей и готовиться к отъезду Он подошел к буфету, налил виски в две маленькие чаши и протянул одну Томасу.

– Как же вас зовут, черт возьми?

– Томас Болтон, лорд Кембридж, к вашим услугам, милорд.

– Вы влюблены в нее? – дерзко допытывался шотландец.

Лорд Кембридж рассмеялся.

– Нет, хотя люблю эту девочку. Она напоминает мне о потерянной сестре. Вы что-то имеете против?

– Нет, – буркнул Логан, одним глотком осушив чашу – И действительно намерены жениться на ней? – допытывался Томас. – Надеюсь, вы понимаете, что с ней не так-то легко?

Он последовал примеру Логана и, задохнувшись, стал беспомощно ловить воздух ртом. Из глаз потекли слезы.

– Намерен, – кивнул Хепберн и, видя состояние гостя, добавил:

– Виски моей собственной выгонки. Вам понравилось?

– Чрезвычайно, – прохрипел лорд Кембридж, гадая, сожжено ли горло безвозвратно, или он еще немного поживет.

– Люди готовы, Логан, – сообщил вернувшийся священник, – а Розамунда идет пешком, потому что ей не отдали кобылу.

Томас Болтон забыл о горевшем горле и весело усмехнулся:

– Представляю, что это будет за семейка!

Они вышли во двор и, вскочив на коней, последовали за Розамундой, которая успела отойти уже на полмили Шотландцы окружили ее, и Логан, взглянув в исполненное мрачной решимости лицо, весело предложил:

– Садитесь на лошадь, мадам. Так мы намного быстрее доберемся до Фрайарсгейта.

Видя, что она не собирается подчиниться, он соскользнул на землю и собственноручно посадил Розамунду в седло.

Они прибыли в поместье как раз после заката, когда небо еще не успело потемнеть. Навстречу вышел Эдмунд.

– Он говорит, что не воровал, хотя сомневаюсь, что это правда, – заявила Розамунда, спешившись.

– Мы приехали помочь, – вставил Логан.

– Спасибо, милорд, – с благодарностью ответил Эдмунд.

85
{"b":"25300","o":1}