ЛитМир - Электронная Библиотека

Ричард побледнел сильнее обычного и закашлялся.

– Может, теперь, унаследовав поместье, она предпочтет выйти замуж? – заметил Ранульф. Ричард покачал головой:

– Скорее передаст Эшлин монастырю. Пусть делают с ним все, что найдут нужным. Супружество не для Эльф. А теперь простите, мне нужно отдохнуть. Я очень слаб, несмотря на то что целыми днями лежу.

Ранульф кивнул молодому слуге, которому предстояло дежурить у постели хозяина, и направился к своей скамье. К его удивлению, оказалось, что рядом стоит миска с теплой водой. Он вымыл жирные после ужина руки, вытер куском полотна и вздохнул. Какая жалость, что молодая хозяйка выбрала путь отречения и покаяния. Она стала бы прекрасной женой даже для графа!

Рыцарь снял блио , аккуратно сложил, расшнуровал кожаный камзол и стянул сапоги. Пожалуй, раздеваться до камизы

ни к чему.

Решив облегчиться, он вышел из дома, немного погодя вернулся и плотно прикрыл за собой дверь.

Слуга разбудил его на рассвете. Подали завтрак, состоявший из горячей овсяной каши, свежего хлеба, сыра, масла и темного эля. Поев, Ранульф подошел к постели Ричарда, где Эльф старательно переписывала вторую копию завещания. Лицо девушки было пасмурным. Ранульф молча устроился рядом с топчаном. Глаза больного были закрыты, воздух со свистом вырывался из пересохших губ. Ранульф де Гланвиль перекрестился и сложил руки в молитве, хотя его мозолистые руки были куда более привычны к мечу. Взор зеленовато-карих глаз то и дело обращался к склоненной головке девушки.

– Ну вот, осталась еще одна копия, – вымолвила она наконец. – Документ не слишком длинный, сэр. Постараюсь не задержать вас. Должно быть, вам не терпится отправиться в дорогу и доложить королю о выполненном поручении.

И она снова занялась делом.

Ранульф поднял пергамент. Завещание было коротким и предельно ясным. Ричард де Монфор, законный владелец Эшлина, будучи бездетным после девяти лет брака с Айлин де Варенн, оставляет дом, земли, крепостных, скот и все имущество единственной наследнице – своей сестре Элинор де Монфор, с тем чтобы Айлин было возвращено приданое.

Тут Ранульф удивленно поднял брови. Де Варенны были щедры, возможно, даже слишком. Очевидно, готовы были любой ценой сбыть с рук дочь. Интересно, почему? Леди очень красива и из хорошей семьи.

Завещание заканчивалось просьбой Ричарда известить о его желаниях его величество короля Стефана и его светлость епископа Вустера. Епископу за труды передавались шесть овец и молодой баран.

– Готово, сэр, – объявила Эльф.

Ричард подписал бумаги и скрепил печатью подпись и свернутый пергамент. Он был так слаб, что слуге пришлось придерживать его за плечи. Но сначала Ранульф де Гланвиль подписал каждую копию в качестве свидетеля.

– Что это вы делаете? – осведомилась Айлин, появляясь в зале рука об руку с Саэром. Восхищенный ее внешностью, Ранульф подумал, что они прекрасная пара.

– Диктовал Эльф завещание, – тихо пояснил Ричард. – Ранульф де Гланвиль его засвидетельствовал. Эльф сделала три копии, и наш добрый гость согласился отвезти одну епископу Вустерскому, а вторую – его величеству. Их я назначаю душеприказчиками. Эльф получает Эшлин.

– Еще бы! – выпалила Айлин. – Я знаю, только вот в толк не возьму, зачем монашке поместье. Что она будет с ним делать? Построит новый монастырь?

– Как только я приму постриг, мне не разрешат иметь собственные владения. Вернувшись в монастырь, я передам все права на Эшлин моему ордену. Поместье будет принадлежать сестрам Святой Девы Марии.

На какое-то кратчайшее мгновение лицо Айлин перекосила уродливая гримаса, исчезнувшая так же быстро, как появилась. Да ведь она ненавидит золовку! Что же, вполне понятно. Отсутствие детей лишит ее спокойной самостоятельной жизни и дома. Она, разумеется, это переживет, но кто может ее осудить за вполне человеческие эмоции?

Ранульф взял два свитка и поднялся..

– Обещаю все передать по назначению и стану молиться за вашу душу, господин мой, – с поклоном поклялся он.

– Спасибо, – обронил Ричард.

– Ваш плащ, господин, – напомнила Аида, подходя к нему.

– Да он совсем как новый! – изумился рыцарь.

– Просто хорошо вычищен, – резко бросила старуха. – Для этого Господь и создал женщин. О мужчинах следует заботиться, это очевидно. С Богом, господин!

Он накинул плащ на широченные плечи и попрощался со всеми. Эльф была последней, к кому он подошел.

– Ваша доброта сняла с моей спины тяжкий груз усталости, и я благодарен за это. Мне предстоит долгий путь. Спасибо вам.

– Да благословит вас Господь, сэр Ранульф. Я буду поминать вас в молитвах.

Рыцарь поклонился ей и оставил дом.

Глава 3

– А меня? Будете ли вы поминать и меня в молитвах, леди? – вопросил сэр де Бад, едва посланец короля скрылся из виду.

– Как и всех остальных, – коротко бросила Эльф и, не сдержавшись, с ехидцей добавила:

– Думаю, что вы нуждаетесь в молитвах куда больше, чем этот добрый рыцарь. Аида, нам понадобится чистое белье для Дикона. Я пойду принесу, пока вы с леди Айлин будете его мыть.

И девушка, не дожидаясь ответа, поспешила к бельевой. Таи пахло лавандой и дамасскими розами. Услышав за свиной шаги, Эльф обернулась и оказалась лицом к лицу с де Бадом.

– Вы еще прекраснее, чем моя кузина, – начал он.

– Ваши слова и мысли крайне неприличны, сэр, – прошипела Эльф, раздраженная близостью этого человека. Но голос ее не дрожал, и она не отступила ни на шаг.

Взгляд темно-синих глаз пригвоздил ее к месту.

– Я нахожу тебя бесконечно желанной, Элинор де Монфор, и поскольку ты еще не приняла постриг, считаю, что могу тебе это сказать.

– Но в своем сердце я давно уже монахиня, сэр, и ваше излишнее внимание мне неприятно, мало того, оскорбительно. Пожалуйста, посторонитесь и дайте пройти! Мне нужно отнести белье.

Он засмеялся, и Эльф заметила слегка пожелтевшие зубы, портившие красивое лицо. Протянув руку, он поймал прядь тонких волос, потер и поднес к губам.

– Какие мягкие!

Эльф с отвращением поморщилась. Теперь она поняла, почему монахиням коротко стригли волосы. Женские волосы – поистине дьявольское искушение, и лучше лишиться их навсегда, чем терпеть подобные вещи!

– Немедленно отпустите!

Но вместо ответа Саэр обвел пальцем ее губы.

– Так и просят поцелуев, – вкрадчиво пробормотал он. Эльф затошнило. Не в силах сдержаться, она извергла содержимое желудка прямо на рыцаря. Рвота забрызгала небесно-голубое сюрко. Де Бад в ужасе отступил, бормоча проклятия. Только тогда Эльф представилась возможность протиснуться мимо. Оказалось, что она каким-то образом даже не выпустила из рук белье. Голова отчаянно кружилась, но она бежала, пока не встретила молодую служанку.

– Отнеси это в зал. Я должна выйти на воздух, – пробормотала девушка и, выскочив из дома, помчалась на луг, где паслись овцы с ягнятами. Наконец она уселась под толстым дубом, подтянув колени к груди. Дикон умирает, и она бессильна спасти его. Вес ее искусство бесполезно, и, того хуже, она жалела, что брат за ней послал. Как было бы хорошо вновь очутиться в монастыре? Уже почти конец июня, близится Иванов день . Матти скорее всего придется принимать постриг одной, пока подруга застряла здесь, в Эшлине. За все эти годы Дикон навестил ее один раз. Почему вдруг он ощутил желание увидеться с сестрой? Он мог бы умереть, а она – унаследовать Эшлин без всех этих церемоний. Ее присутствие здесь совершенно ни к чему.

А если брат чувствовал себя виноватым за то, что отослал ее в угоду невесте? Зря он мучится. Она почти сразу привыкла к монастырю и была счастлива в обществе других девочек. Может, Дикон все понял перед смертью и пожалел, что обидел сестру? Похоже, между ним и Айлин нет особой любви. Наверное, в прошлом он уступал ее малейшему капризу, вымаливая хотя бы крупицу ее внимания? Если бы только Айлин родила Дикону детей. Но этого не случилось.

10
{"b":"25301","o":1}