ЛитМир - Электронная Библиотека

– Если вам больше ничего не нужно, госпожа, нам лучше вернуться в зал. Я установлю станок, если желаете. Наверное, лучше всего у очага?

– Ты прав, – кивнула Эльф, кладя шкатулку в корзину, и стала осторожно спускаться по узким ступенькам, боясь, что споткнется о камни, выпавшие из стен. Она действительно должна чем-то заняться, если не хочет умереть от тоски! Верный своему слову, Гвилл расчистил местечко для рамы, установил станок, придвинул стул и спросил:

– Собираетесь ткать, госпожа, или пойдете за травами? На улице довольно тепло и дождя почти нет, только легкая морось.

– Думаю, лучше остаться в доме, Гвилл. Я все еще не согрелась после долгой поездки, – с улыбкой откликнулась она.

– Как по-вашему, госпожа, вы долго пробудете с нами? – вежливо осведомился он, усадив ее перед станком и поставив рядом высокую корзину. – Может, разложить шерсть на полу, чтобы было легче решить, какие цвета понадобятся?

Он немедленно опрокинул корзину и принялся разбирать нитки.

– Спасибо, – поблагодарила Эльф. – Не знаю, сколько придется здесь прожить. Это зависит от того, когда вернется из Нормандии мой супруг.

Она наклонилась и принялась помогать Гвиллу, откладывая на колени все, что приглянулось.

– Остальное убери, Гвилл, – велела она и начала заправлять в станок нитки.

– О! Как мило! Такая уютная, совсем домашняя картина!

– Доброе утро, Айлин, – сухо ответила Эльф. – А что ты делаешь целыми днями? Гвинфр не слишком веселое место, – Вот оно, истинное благочестие! Вижу, господин Мэрии не знает, как тебе угодить! Будь ты моей пленницей, я приковала бы тебя к стене и отдала на съедение крысам. Пусть твой муженек подбирает все, что осталось, когда заплатит выкуп. Впрочем, он скорее всего счастлив избавиться от тебя!

В постели ты, должно быть, холоднее рыбы! Интересно, ты молишься в те редкие ночи, когда он старается взгромоздиться на тебя, чтобы получить хоть какое-то удовольствие от твоего тощего тела? – прошипела Айлин, подбоченившись и злобно взирая на Эльф.

– Но я не твоя пленница, Айлин, хотя мне и дали понять, кого благодарить за мою печальную участь, – спокойно откликнулась Эльф, хотя Гвилл расслышал в ее голосе гневные нотки.

– Так он сказал, что это я все придумала! Что же, это правда! – торжествующе выкрикнула Айлин. – Если муж согласится выкупить тебя, останется нищим! Впрочем, я сомневаюсь, что он отдаст все, приобретенное такими трудами, лишь бы вернуть тебя. Надеюсь, он не заплатит ни гроша! Тогда я отведу тебя в мой бордель! Будешь отрабатывать свое содержание!

Она язвительно рассмеялась, видя, как побледнела жертва.

– Ты заставляешь меня стыдиться самой себя! – воскликнула Элинор. – Впервые в жизни я готова убить! Раздавить тебя, как гнусную гадину! – Она величественно поднялась и встала лицом к лицу с ненавистной противницей, сжимая кулаки. – Ты омерзительное создание, Айлин де Варенн! Прости меня Боже, но я не выношу тебя!

Айлин отступила, потрясенная яростью, полыхавшей в обычно безмятежных глазах. Сейчас не было ни малейшего сомнения, что доведенная до отчаяния Эльф вполне способна напасть на нее.

– Итак, – прорычала она, – и тебе не чужды человеческие чувства! Прекрасно. Какой интерес сражаться со слабым врагом?

– Я здесь не для твоего развлечения, – холодно отозвалась Эльф и, снова усевшись, принялась натягивать шерсть.

– Оставь нас! – приказала Айлин Гвиллу.

– Не могу, – возразил он. – Хозяин запретил, госпожа. Велел не отходить от леди Элинор и не подчиняться никому, кроме него.

Судя по решительному взгляду и слабой, но ехидной ухмылке, Гвилл не намерен отступать. Айлин поняла, что проиграла, и, размахнувшись, наградила его оплеухой.

– Наглый раб! – взвизгнула она, но тут же отпрянула, закрыв руками лицо. – Ты… – пробормотала она, неверяще уставясь на Эльф, – ты посмела меня ударить?!

– Впредь и не думай поднимать руку на челядь, – остерегла Эльф. – Гвилл всего лишь следует приказам хозяина.

Ты здесь не хозяйка!

– И ты тоже, – парировала Айлин, лихорадочно растирая щеку. – Если ты навеки испортила мою красоту, я найду способ наказать тебя, сколько бы твой сторожевой пес ни крутился рядом! Клянусь, ты еще пожалеешь!

– Перестань ныть, у тебя даже царапины не осталось, – презрительно бросила Эльф. – Следы от моей ладони через несколько часов бесследно исчезнут, Айлин. Однако позволь, в свою очередь, предупредить тебя. Не смей тиранить слуг без причины! Неужели мать так ничему и не смогла тебя научить? Какое счастье, что люди Эшлина от тебя избавлены!

– Но это всего лишь челядь, – пренебрежительно отмахнулась Айлин. – Подумаешь?

– Они такие же творения Божьи, как и мы, – наставительно заметила Эльф. – Даже такое порочное существо, как ты, Айлин, тоже создал Господь.

– Пропади ты пропадом! Ненавижу! – взвыла Айлин, выбегая из зала.

– Вы приобрели смертельного врага, госпожа, – сокрушенно заметил Гвилл.

– Она всегда мечтала покончить со мной, – пояснила Эльф сбитому с толку валлийцу. – К счастью, теперь я набралась сил и ума, чтобы выстоять против нее.

– А я буду вас защищать, – поклялся все еще не опомнившийся от изумления Гвилл. Просто невероятно! Милая, тихая пленница не побоялась вступить в спор с разгневанной любовницей хозяина! К сожалению, здесь, в Гвинфре, некому дать укорот подлой бабенке, но Гвилл считал, что леди Элинор в безопасности под его охраной. Эту английскую суку все здесь ненавидят, особенно с тех пор, как хозяин велел повесить двоих, покусившихся на его собственность и поохотившихся в чужих угодьях. Только бедняжка Арвид все еще верна леди Айлин, но Арвид не способна на убийство. Как бы там ни было, нужно глаз не спускать с леди Элинор. Не дай Бог Айлин удастся ее коварный план.

Эльф с самого начала поняла, что стонать и жаловаться на судьбу смысла нет, поэтому постаралась стать полезной обитателям замка Гвинфр. Все ее мысли занимали Ранульф и дорогой сыночек, но от сознания того, что им обоим ничто не грозит, на душе становилось легче. Так или иначе, она была занята с утра до вечера: вышивала, ткала, искала целебные растения и готовила запас снадобий.

Как-то, когда она, забыв обо всем, загляделась на холмы, Гвилл тихо заметил:

– Вы ведь не знаете, в какой стороне лежит Англия, верно, госпожа? Но даже не думайте о побеге: дорога слишком тяжела для одинокой женщины.

Эльф ничего не ответила, сделав вид, что не слышит, и глубоко вонзила в землю нож, которым выкапывала корни растений. Гвилл совершенно прав. Она не знала, в каком направлении идти, а расспрашивать слишком опасно: сразу заподозрят неладное.

Эльф по-прежнему молча вручила Гвиллу нож и положила траву в корзину.

Жизнь в Гвинфре оказалась нелегкой. Как уже говорилось, большая часть замка обрушилась от времени, и, кроме Эльф, Айлин и Арвид, других женщин здесь не было. Даже приходившие днем слуги все были мужского пола. Эльф обнаружила, что в суровом монастыре ей жилось куда уютнее, а тут, чтобы умыться, приходилось самой носить воду. С того вечера, как Эльф появилась здесь, Айлин запрещала Арвид помогать ей, а Мэрин Ап-Оуэн в женские распри не вмешивался. Главная беда в том, что одежда пленницы нуждалась в стирке.

Мэрии похитил ее, предварительно одурманив. Хорошо хоть успел надеть юбку и тунику и завернуть Эльф в плащ. Она, как могла, чистила и вытряхивала порядком измявшийся наряд, но это мало помогало. Нельзя же носить одно и то же платье две недели! Камиза совсем засалилась, а другой на смену не было. Кроме того, отсутствие двери между комнатами представляло серьезное затруднение. Что же делать? А вдруг хозяин появится не вовремя?

Наконец она сообразила: нужно, как в былые времена, искупаться прямо в камизе. Она сделает это вечером, прежде чем Мэрии Ап-Оуэн вернется в спальню. Потом завернется в одеяло и повесит камизу у огня, а сама быстренько заберется в постель, и Мэрии ни о чем не догадается!

Но Мэрии, войдя к себе, заметил сорочку, висевшую перед очагом на спинке стула, и недоуменно поднял брови.

65
{"b":"25301","o":1}