ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Боже, господин Халид. Не знаю. Ты не боишься брать себе такую жену? Кто знает, что еще я умею?

Он подплыл к ней, осторожно и нежно, сдерживая страсть, которую она уже почувствовала, тронул рукой ее лицо. Золотистые глаза смотрели серьезно.

— Я не боюсь взять такую жену. Какие бы сюрпризы ни уготовила нам судьба, они сделают нашу жизнь только интереснее. Я люблю тебя, заблудившаяся овечка. Я люблю тебя!

Тонкие белые руки обвились вокруг его шеи, маленькие округлости прижались к волосатой груди, и он подставил ей свои губы.

— Халид, запомни, я никогда не смогу обидеть такого хорошего человека, как ты. Ты все, что у меня есть. Без тебя я пропаду. Тебе этого довольно? Тебе я могу предложить только себя, но я и сама толком не знаю, кто я такая.

— Довольно. Мы будем с тобой счастливы, Скай. Мелодия твоего тела так созвучна моей мелодии. У нас много общего, мы родные с тобой. Ничего не бойся, любовь моя, ты достойна меня, и сделка наша будет равноценной. А твоя забота обо мне только делает тебе честь. А теперь, моя красавица, — он поднял Скай на руки, — я снова хочу обладать тобой.

Мокрая, она протестующе вывернулась из его объятия:

— Но сейчас утро!

— Самое прекрасное время, — согласился Халид, укладывая ее на нагретые солнцем изразцы, обрамляющие бассейн.

— Нас кто-нибудь увидит! — заволновалась Скай.

— Никто не осмелится нас потревожить, — проговорил он. Его копье ищуще касалось ее бедер. — Я хочу тебя, Скай, хочу твое маленькое соблазнительное тело — такое горячее, сладостное и податливое, — шептал он ей на ухо. Она поежилась от удовольствия, когда язык коснулся мочки. Поежилась опять, когда его губы, слегка покусывая, скользнули вниз по пахнущей благовониями шее, спустились к шелковистому плечу. Вскоре Скай уже не думала о сияющем солнце. Руки Халида сжимали ее ягодицы, поглаживали тело, пробуждая пламя страсти. Он прильнул губами к соскам, и она от удовольствия вскрикнула.

— Раздвинь ноги, любимая, — бормотал он. — Вот так. Впусти в горячее нутро. Ах… Твой маленький очаг так греет меня. Крепче сожми меня, дорогая! Ах!

Его слова возбуждали Скай. Руки ни на секунду не прекращали ласк. И когда она ощутила в себе большой член Халида, ей показалось, что он переполняет ее. Тело двигалось ритмично и сильно, и с каждым разом она все быстрее приближалась к развязке. Все выше и выше. И наконец обрушилась в сладостный водоворот и как бы со стороны услышала женский крик и протяжный стон мужчины.

Прошло много времени, прежде чем она почувствовала горячее солнце на щеке, услышала плеск воды в бассейне.

Она открыла глаза и огляделась. Халид лежал на спине с закрытыми глазами, но его голос заставил Скай вспыхнуть.

— Ты создана, чтобы приносить радость мужчине, — сказал он. — И я счастлив, что этот мужчина я. После завтрака мы встречаемся с астрологом Османом, и он сообщит мне, какой день на этой неделе наиболее благоприятен для нашей свадьбы. Я велел Жану написать твою вольную, Скай.

Она прижалась к его руке:

— Ты так добр, господин Халид. Клянусь, буду тебе хорошей женой!

Он улыбнулся и погладил ее по щеке:

— Я в этом уверен, любовь моя.

Они позавтракали простоквашей, финиками и крепким горячим кофе. После этого Скай вернулась к себе, а Халид эль Бей пригласил Османа.

— Ну что, старый дружище, — приветствовал его тот, — наконец ты снова влюбился?

— У меня от тебя никогда не было секретов, Осман, — рассмеялся Халид.

— Звезды мне все рассказали. И поведали кое-что о твоей любви — тебе это будет интересно. Она из зеленой и туманной страны на севере, населенной могущественными духами и медиумами, родилась под знаком Овна, который, как все знаки огня, отличается силой и страстью.

Халид эль Бей нетерпеливо подался вперед:

— Откуда ты это все узнал, Осман?

— Эта женщина недавно появилась в твоем гороскопе.

— Я хочу жениться на ней.

— Не смею тебя удерживать.

— Звучит не слишком оптимистично, Осман. Ты мне что-то недоговариваешь?

— Она не останется с тобой, Халид. У нее иная судьба — там, среди своего народа. Так говорят звезды. В ее жизни много мужчин, но она будет всегда идти своей дорогой, выполнять свое предназначение. Один мужчина особенно важен в ее жизни. Она уже встречалась с ним и, по всей вероятности, встретится снова. Ее душа с ним, а не с тобой, дружище. Почему ты не можешь наслаждаться ею, пока она с тобой? Зачем обязательно жениться?

Халид был потрясен. Астролог редко допускал ошибки.

— А что изменится, если я женюсь на ней?

— Ничего.

— Тогда я женюсь на ней. Ведь я люблю ее больше всех женщин в мире.

— А когда она захочет тебя оставить, ты разрешишь ей уехать?

— Она не захочет, Осман. Она не покинет меня из-за детей. Она не из тех женщин, которые бросают семью. Ведь она родит мне детей?

— Я в этом не уверен. У нее будет несколько детей, но родит ли она от тебя или нет, я мог бы сказать, сравнивая точные даты вашего рождения.

— Она родит мне сыновей, — уверенно заявил Халид, и Осман едва заметно улыбнулся.

И все же он был обеспокоен за друга. Женщина внесла смуту в гороскоп Халида эль Бея, в нем образовалась темная область, которую астролог был не в состоянии прозреть, и это беспокоило его. Но если друг будет настаивать на браке, он по крайней мере сможет выбрать для свадьбы лучший день. Астролог внимательно проглядел гороскоп, сделал новые вычисления и объявил:

— В субботу на восходе луны можешь брать ее в жены.

— Спасибо, друг. Ты, конечно, придешь, чтобы отпраздновать свадьбу с нами?

— Приду. Приглашенных будет много?

— Нет, Осман, с полдюжины, не больше: мой банкир, глава купеческой гильдии, мулла, турецкий командующий, секретарь Жан.

— А Ясмин?

— Думаю, не стоит.

— Ясмин тебя любит, Халид.

— Она думает, что любит меня. К тому же, Осман, я не могу позволить жене общаться со шлюхой. Осман рассмеялся:

— Ну вот, дружище Халид, в тебе одновременно заговорил и испанец, и мусульманин. — Астролог поднялся. — До субботы, господин Бей, и удачи с Ясмин.

Осман вышел, а Халид эль Бей еще несколько минут сидел и размышлял над его словами. Друг был прав: с Ясмин надо что-то решать. И чем быстрее, тем лучше. Поднявшись, он распорядился подать лошадей и в безветренный дневной зной покатил в сердце города — в свой «Дом счастья».

Знаменитый бордель окружала внушительная стена. Двери из мореного дуба, украшенные бронзой, охраняли два черных гиганта в красных шелковых шароварах, парчовых рубашках, тюрбанах и в туфлях с загнутыми носами. Открытая грудь и мускулистые руки были натерты маслом и сияли под солнцем. Оба сверкнули белозубыми улыбками, когда хозяин проехал мимо них во двор.

Спрыгнув на землю, он бросил поводья очаровательной девочке, которая улыбнулась ему по-женски соблазнительно. Она носила кисейные шаровары, сквозь которые просвечивали ее маленькие ягодицы, а грудь и ноги оставались обнаженными. Хорошее нововведение, подумал он, многие берберы больше всего любят неразвившихся девочек.

Он постоял минуту, оглядывая двор глазами собственника. Все было в отличном порядке: стены чистые, кусты подстрижены, цветочные клумбы ярки и ароматны.

— Господин Халид почтил нас своим посещением! — По ступеням в развевающемся черном с золотом платье бежала Ясмин. Вокруг нее плавало густое облако мускуса, он заметил сквозь платье подведенные киноварью соски. — Золотистые волосы украшал черный жемчуг, за ушком красовалась гардения. Халида всегда удивляло, как быстро она узнавала о приезде важного гостя и выходила его встречать.

— Дорогая Ясмин, ты, как всегда, прелестна.

Лесть заставила женщину расплыться от удовольствия.

— Пойдем. Мне нужно поговорить с тобой. — Он прошел в ее покои и терпеливо дождался, пока она приготовит ему кофе и подаст с пирожным из миндаля в меду.

— Как Скай? — наконец спросила она.

— Об этом я и приехал с тобой поговорить, — ответил Халид. — Я пришел к выводу, что она не подходит для этой — жизни.

33
{"b":"25302","o":1}