ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы ее очень любите, сеньор Найл?

— Да, сеньорита Констанца, — тихо ответил он. — Я ее очень люблю.

— Тогда я помолюсь Пресвятой Деве Марии, чтобы она быстрее нашлась, — серьезно сказала девочка.

Вернулся Мак-Гвайр и привел с собой пожилого господина среднего роста, с короткой, темной подстриженной бородой и черными холодными глазами. Одет он был богато, но строго. Короткий плащ украшала оторочка из коричневого меха.

— Лорд Бурк, — голос губернатора оказался таким же холодным, как и его глаза. — Я — Конд Франсиско Гидадела и рад, что наконец вы пришли в сознание. Капитан Мак-Гвайр сообщил мне, что вы волнуетесь по поводу своей невесты. Лучше вам сразу же выслушать правду.

— Папа! — умоляюще воскликнула девушка. — Сеньор Найл еще не окреп.

— Тише, Констанца! Как ты смеешь мне указывать? После вечерни я накажу тебя: всю ночь проведешь в часовне, размышляя об уважении к старшим и послушании.

Констанца пристыженно понурила голову.

— Хорошо, папа, — прошептала она.

— Ваша суженая навсегда пропала для вас, лорд Бурк. И чем быстрее вы с этим смиритесь, тем будет лучше для вас. Даже если вы ее и найдете, назад взять не захотите. Если она и жива, то опозорена неверным, и ни один католик этого не потерпит.

— Нет!

— Будьте благоразумны, лорд Бурк. Капитан Мак-Гвайр сказал мне, что леди овдовела. Значит, она была не девственница. А без защиты девственности — чистота в большой цене у неверных — ее взяли по крайней мере капитан и офицеры захватившего ее корабля. Если она это пережила и выглядит еще прилично, ее продали в рабство, и теперь она тешит в постели какого-нибудь пашу. Вы же не захотите, чтобы она вернулась к вам, даже если вы ее и найдете. В сложившихся обстоятельствах Святая Церковь не будет препятствовать разрыву вашей помолвки. Женщина для вас потеряна, как будто она мертва, а скорее всего она и в самом деле мертва.

— Уходите! Конд поклонился:

— Мне понятно ваше горе, лорд Бурк. Оставляю вас с ним наедине. Вскоре вы поймете правоту моих слов. Пойдем, Констанца!

Дочь покорно поплелась за ним.

Найл Бурк подождал, пока дверь за ними закрылась. Несколько минут в комнате стояла тяжелая тишина. Наконец он решительно произнес:

— Ну, Мак-Гваир, рассказывай. Я не ребенок, чтобы меня так оберегать. Мог бы понять, раз я не умер до сих пор, то теперь уж выживу. Где флот О'Малли и что это за чушь о том, что она потеряна навсегда? И сколько я здесь провалялся? Выкладывай, иначе я вырву язык у тебя изо рта!

— Вы проболели шесть недель, милорд.

— Боже! — вырвалось у Найла.

— Флот направился прямо в Алжир, и мы сумели сразу получить аудиенцию у дея. Он сильно нам сочувствовал и послал ко всем торговцам рабами в Алжире, предлагая за О'Малли королевский выкуп или деньги за информацию, которая способствовала бы ее возвращению. Никаких результатов — словно в кроличью нору провалилась. Дей пришел к тем же выводам, что и Конд Живой до Алжира она не добралась. Что можно было еще предположить? — Его голос дрогнул, и он смахнул слезу тыльной стороной ладони.

На самом деле Мак-Гвайр был опечален кое-чем еще, что он не решался рассказать тяжелобольному лорду Бурку. Вероятно, у О'Малли другая судьба. Дей сказал, что Скай могла доплыть до Алжира, и там ее продали. Частная продажа была строго запрещена, потому что лишала многих лиц, включая самого дея, их доли. Но такая торговля, особенно красивыми женщинами, процветала. Мак-Гвайр понял, что, если такое произошло со Скай, дей не сможет узнать, куда она попала.

— Не хочу в это верить, милорд, но если леди Скай жива, то где же она?

Найл Бурк оцепенел. Скай мертва? Нет! Только не Скай! Не его Скай с глазами цвета вод у побережья Керри и неукротимым духом. Нет! Из горла вырвались хриплые рыдания. Поднявшись с постели, он проковылял через комнату к окну и вышел на террасу. Все вокруг кипело жизнью, а ему заявляют, что Скай мертва. Ухватившись за мраморные перила балюстрады, он излил свое горе и разочарование в плаче и рыдал до тех пор, пока не охрип настолько, что не мог произнести ни звука.

Он почувствовал, что кто-то касается его, услышал успокаивающий голос. Он позволил отвести себя в комнату, рухнул на кровать и потерял сознание. Укрывая его одеялом, Констанца Гидадела покачала головой и потрогала его лоб.

— У него опять лихорадка, капитан Мак-Гвайр. Сегодня ночью вам придется с ним посидеть: отец не освободит меня от наказания. Я расскажу вам, что нужно делать.

Мак-Гвайр кивнул:

— Ваш отец — человек с характером, — заметил он.

Девушка ничего не ответила, продолжая заниматься своим делом. Сначала она поправила подушки, потом подоткнула одеяло и поставила на столик у кровати кувшин с охлажденным напитком.

— Вы мало чем можете помочь, капитан Мак-Гвайр. Старайтесь, чтобы он сохранял спокойствие и лежал удобно, насколько это возможно. Вскоре Ана принесет тазик с ароматизированной водой. — Колокола ударили к вечерне, и Констанца заспешила. — Мне надо идти. Когда кризис пройдет, смените ему рубашку и простыни. Ана вам поможет. — И она вышла из комнаты.

Мак-Гвайр сидел с Найлом всю ночь. К его удивлению, лорд Бурк не проявлял беспокойства — лежал угрожающе-спокойно, пока огненная лихорадка пожирала его тело. Капитан госпожи О'Малли добросовестно выполнял свои обязанности: регулярно обтирал его лоб прохладной ароматизированной водой, время от времени насильно поил сквозь сжатые зубы сладким соком. Несколько раз за ночь появлялась служанка Ана, принося больному свежую воду и сок, а самому Мак-Гвайру — холодную курицу, хлеб, фрукты и графин сладкого золотистого вина.

Она поставила поднос на длинный стол орехового дерева.

Мак-Гвайр спросил:

— Как там девчонка?

Ана сверкнула черными глазами:

— Она молится в часовне за твоего господина, сеньор. — И вышла из комнаты.

Мак-Гвайр с жадностью поел, выпил вина и снова подсел к кровати Найла. Ближе к рассвету он задремал на стуле, но его тут же разбудил горький плач. Лорд Бурк сидел в кровати, глаза зажмурены, слезы катились по щекам.

— Скай! Скай! — всхлипывал он. — Не покидай меня, любимая. Возвращайся! Возвращайся!

На секунду Мак-Гвайр застыл от ужаса, но в следующий миг принялся трясти его за плечи:

— Милорд! Милорд! Проснитесь, это только сон!

Постепенно Найл успокоился и лег. Лоб на ощупь казался холодным. С облегчением Мак-Гвайр сменил рубашку у Бурка.

После заутрени появилась Констанца. С ней пришла и Ана. Девушка похвалила измученного капитана.

— Вы справились со всем отлично, капитан. Идите отдыхайте. Теперь я присмотрю за сеньором Найлом.

— Но тебе, милая, тоже надо отдохнуть, — запротестовал Мак-Гвайр — Ты должна выспаться. Он теперь вне опасности. И за ним может присмотреть и служанка. — Капитан отечески обнял ее за плечи, чтобы вывести из комнаты, но она неожиданно дернулась. Сквозь рукав ее платья заметно проступал красный рубец, и глаза Мак-Гвайра округлилась.

— Да! — выпалила Ана. — Ночью Конд бил мою Констанцу.

— Ана! — девушка вспыхнула от стыда. — Он мой отец. А долг каждого отца — наказывать непослушного ребенка. Я выступила против его власти и была не права.

— Она святая, моя крошка. А Конд наслаждается, избивая ее!

— Ана, прошу тебя! Если тебя услышат, отец отошлет тебя отсюда, а ты все, что у меня есть.

Служанка плотно сжала губы, вздохнула и наклонила голову. Снова заговорил капитан Мак-Гвайр.

— Конд уже, наверное, отбыл исполнять свои губернаторские обязанности?

Женщина утвердительно кивнула.

— Тогда, сеньорита Констанца, я заключу с тобой сделку. До полуденной сиесты я посмотрю за сеньором, а ты поспишь в шезлонге. А в полдень отправлюсь к себе в комнату.

Ана широко улыбнулась — капитан по-доброму относился к ее Констанце, а значит, был хорошим человеком, которому можно верить. Через несколько секунд она вышла, оставив на попечении Мак-Гвайра и лорда Бурка, и уютно спящую в шезлонге девушку.

39
{"b":"25302","o":1}