ЛитМир - Электронная Библиотека

Галка опешила. Это шик! Супершик! Насколько она помнит, ни один из ее знакомых, даже самых денежных, не транжирил так. Да и здесь, в Доме творчества, самые знаменитые и маститые писатели такого себе не позволяли. Но виду не подала. Только где-то внутри, под самым сердцем, обидно кольнуло: торчала столько дней на набережной, отпугивала мелочь, а настоящего кита проглядела. Какой же он хоть из себя? Взглянуть бы краем глаза.

– А сумочку попрошу взять обратно, освободить салон, – таксист заметно наглел, уловив чутьем ее минутную растерянность.

– Не, шеф! Сумка пусть лежит на месте, – раздался мужской голос у нее за спиною.

Галка, сдерживая любопытство, небрежно и неспеша оглянулась, мысленно поблагодарив незнакомца. Перед ней стоял рыжий веснушчатый молодой, лет тридцати, невысокий мужчина, почти одного с нею роста, но плотный такой, весь в накаченных мышцах, слегка загорелый, и по этому загару она моментально определила, что он не местный, из недавних приезжих. Может, этот и есть хозяин? День стоял прозрачный, блики солнца, пробиваясь сквозь крону старой акации, в тени которой стояла «Победа», играли на полированной поверхности кузова и отражались на его лице, и он невольно щурился. Бросилась в глаза художественная наколка на запястье правой руки. Галка тут же отметила, что незнакомец, видимо, имел какое-то отношение к морю, возможно, служил. И еще обратила внимание на новые кожаные шорты. Они сидели на нем мешковато. По ногам тихо сползали капли воды. Она поняла, что он, выбравшись на берег, заметил ее и, постеснявшись подойти в плавках, напялил поверх мокрых плавок солидные и дорогие короткие штаны. И эти мелкие детали как-то сразу ободрили ее, придали уверенность.

– Благодарю вас, – произнесла воркующе Галка, она умела задавать тон. – Это вы и есть местный Рокфеллер? – она томно растянула «ф» и «л».

– Я? Че? Я не местный, – пробормотал смущенно незнакомец, мотнул круто головой, выдавая себя короткими восклицаниями, как отметила Галка, «с потрохами». – Никакой я не Рокфеллер. Ошибочка тут есть. Манохин я! Василий Манохин… Можно и просто Вася.

Он давно ее заприметил, попытался подкатиться, но что-то не получалось. Смелости не хватало. И вдруг – сама! Ну, везет же…

– Благодарю вас, Вася, – Галка ласково посмотрела на него сквозь затемненные очки и приятно, слегка покровительственно улыбнулась. – Вы рыцарь!

– Всегда пожалуйста, – изрек Василий, он никак не мог побороть проклятого смущения и от этого краснел еще больше. – А как вас, простите-извините, звать, если не секрет?

– Лина, – она протянула руку, протянула нарочно высоко, подставляя ее для поцелуя.

Василий оторопел. Он никогда в жизни не целовал женщинам руки. Только в кино видел. Но тут же решился: эх, была не была! Такая краля! Схватил обеими ладонями ее руку, да второпях, видимо, сильно стиснул.

– Ой! – она выхватила из его тисков свои длинные тонкие пальчики с красными наманикюренными коготками. – Вы такой сильный!

– Я?.. Не очень. Первый разряд по штанге. Может, скоро и на мастера сработаю, – прихвастнул Василий, стремясь подать себя с лучшей стороны. – А вас Леной звать?

– Нет, Лина. Ударение на «и».

– А, понимаю. Лина! Звучит! Классное имя, – и повернулся к водителю, протиравшему ветошью ветровое стекло. – Шеф! Это Лина! В ее распоряжении, понятно? Куда прикажет! А потом сюда, за мною.

– Машина на ходу, дело немудреное, – отозвался водитель и уже по-иному, уважительно-ласково посмотрел на Галку.

– Мне в город, к «Астории», – сказала она, соображая, что к дому матери ехать не очень-то будет «престижно».

– Это что ж… к ресторану? – повеселел Василий.

– К гостинице, а ресторан внизу, – поправила Галка.

– Может быть, если вы не откажетесь, мы там заодно и покушаем… пообедаем то есть? – Василий распахнул перед ней дверцу, и, когда Галка уселась, плюхнулся рядом. – Шеф, гони!

3

Таксист оказался лихим водителем. По дороге к Феодосии решили сделать крюк и взглянуть на Старый Крым, где в ресторанчике, как сообщил водитель, жарят вкусные чебуреки и пекут караимские пирожки. Галка от радости захлопала в ладоши, одобряя предложение:

– Полетим в Старый Крым!

– Полетим на всех четырех колесах, – Василий постепенно начинал приходить в себя, хотя все еще робел в соседстве с такой «кралей».

В Старом Крыму, в местном ресторане, караимских пирожков давно не пекли, а чебуреки жарились на улице в просторном котле, румянились прямо на глазах в кипящем масле, распространяя вокруг аппетитный аромат.

– Сколько? – Молодой смуглолицый усатый повар, переворачивая пирожки длинной вилкой и лопаткой, бесцеремонно пялил свои крупные угольно-черные глаза на Галку. – А такой девушке бэсплатна! Угощаэм!..

– Но, но! Полегче на поворотах! – Василий взревновал, хотя и понимал, что глупо становиться на один уровень с поваром. А поняв свое превосходство, обрел уверенность. – Накладывай!

Галка брезгливо провела пальчиком по столу и, брезгливо сморщив губы, отказалась пробовать свежеиспеченные чебуреки. Василий растерялся. Он не знал, как ей угодить, что предпринять. Выручил шофер.

– Махнем в лес! Тут он рядышком. На природе и жареные гвозди пойдут за милую душу, только подавай!

– Великолепно! – оживилась Галка. – Устроим пикник!

К горячим чебурекам накупили еще жареных кур, добавили черной икры, кусок вареной осетрины, крабов, шпротов, ветчины, овощей, фруктов, конфет. В хозяйственном магазине, около которого остановились, взяли набор тарелок, ножей, вилок, рюмок, стаканов. Василий случайно перехватил взгляд Галки, которая мимоходом обратила внимание на ковры, лежавшие стопкой на прилавке.

– Мудро, – сказал он и небрежно добавил: – Не на земле же нам сидеть. Лина, выбери, пожалуйста!

Галка, не принимая всерьез его предложение, все же, дурачась, переворошила кучу и выбрала пухлый, светло-голубой с яркими оранжево-красными цветами в середине. Ковер был великолепен, тонкой работы китайских мастеров.

– Мне такой нравится!

– Нравится, значит, закон! – Василий кивнул таксисту.

– Шеф, отнеси в машину. – И, вынув плотно набитый бумажник, стал отсчитывать сотенные бумажки продавцу.

У Галки внутри все пело и плясало. Вот это шик! Вот это шик! Но внешне она ничем не проявила радости, словно ковры для пикника покупала еженедельно, каждый раз новый.

Вскоре нашли в сосновом лесу неподалеку от дороги, у обрыва, укромную полянку, поросшую шелковистой, слегка пожухлой травой. Отсюда открывался чудесный вид на зеленые горы, на скалистые вершины, и между ними далеко-далеко в сизой дали угадывалась синяя полоска моря. Расстелили ковер, прямо на него начали выкладывать продукты. Василий быстро собрал сушняк и разжег костер – кур решили поджарить чуточку. «А про выпивку забыли, – спохватилась Галка, и тут же успокоилась. – Пусть сами решают. Надо будет смотаться назад в город». Но она зря беспокоилась. О выпивке они подумали заблаговременно. Открыв багажник, шофер вынул деревянный ящик, в ячейках которого торчали запечатанные горлышки армянского коньяка.

– Поставлю в холодок, а то весь перегрелся.

– Одну распечатывай сразу, – сказал Василий и, спохватившись, обратился к Галке. – Может быть, и вы с нами? Пожалуйста, хоть чуть-чуть попробуйте этого знаменитого напитка, специалисты говорят, что лучший в мире.

– Лучший в мире считается французский коньяк, особенно такие марки, как «Мартини», «Наполеон», – небрежно уточнила Галка, словно она всю жизнь пила знаменитые иностранные напитки. – Но и армянский котируется. И притом, скажу вам, довольно высоко.

– Мы взяли армянский, «Ереван» называется. – Василий придвинул к себе пустые стаканы.

– Мне в рюмочку, пожалуйста, – сказала Галка, усаживаясь поудобнее.

– Извините! – Василий отставил полунаполненный стакан. – Шеф, где рюмки?

Таксист принес картонную коробку – набор рюмок. Оторвал край, раскрыл и высыпал у ног Галки дюжину хрустальных рюмок на ковер. Она выбрала рюмку и протянула Василию:

3
{"b":"253025","o":1}