ЛитМир - Электронная Библиотека

Майя расплакалась от тоски и отчаяния, но тут на се плечо легла знакомая рука.

— Эмрис? — испуганно прошептала она.

Муж повернул ее лицом к себе.

— Это я, — прошептал он, жадно изучая ее прекрасное лицо.

Майя бурно разрыдалась.

— Это в самом деле ты? — всхлипывала она. — Не какие-то чары твоей матери?

Ее руки лихорадочно шарили по его лицу и плечам.

— Это действительно я, — повторил он, припав к ее губам в жгучем поцелуе. Но, не удовлетворившись этим, стал осыпать поцелуями ее сомкнутые веки, щеки и кончик носа.

— Но как? — задохнулась Майя. — Она была такой неумолимой!

— Сам не знаю, дорогая, но подозреваю, что сила твоей любви была настолько велика, что поборола даже магию. И всемогущие волшебники иногда склоняются перед простыми смертными.

Его большие ладони ласкали ее лицо.

— Ты теперь обычный человек? — допытывалась Майя, шмыгая носом.

— Обычный, — кивнул он. — Когда мать взяла меня к себе, я сразу сказал, что хочу именно этого. По законам фей она была обязана подчиниться моим желаниям, хотя изо всех сил старалась меня переубедить.

— У меня будет ребенок, — выпалила Майя, уже слегка улыбаясь. Он в безопасности! Эмрис вернулся! Он рядом!

Лицо мужа озарилось радостью.

— У нас будет дитя? Майя кивнула.

— А моя мать знает?

— Да, я сказала ей, когда потребовала твоего возвращения!

Эмрис громко рассмеялся.

— Ты требовала? Требовала чего-то от моей матери? Ты храбрая женщина, жена моя! Не думаю, чтобы кто-то, кроме тебя, осмелился на такое! Представляю, как она разгневалась! Но все в прошлом! А теперь пойдем посмотрим, вернула ли мать остальных обитателей. Ты все это время была одна, дорогая?

Он помог ей войти и, замкнув дверь, закрыл ее на засов.

— Нет, со мной была Драйзи. Леди Озера забыла о ней, и я нашла старушку в башне. Помогла спуститься в наши покои и ухаживала за ней. Приносила дрова и еду из кухни. Так мы жили все это время, кроме последних дней, когда твоя мать немного смягчилась и в замке снова стало тепло. Огонь в очагах не гас, хотя никто не подбрасывал в них дров. Дважды в день появлялись подносы с едой. Мне почти нечего было делать, так что мы с Драйзи играли в шахматы и в «Зайца и собак». Мне было с ней хорошо, Эмрис.

— Драйзи была с нами, Майя, — возразил он. — Думаю, эта была моя мать, принявшая ее облик, чтобы посмотреть, какова ты на самом деле, любимая.

— Твоя мать? — ахнула Майя. — Нет-нет! Это была Драйзи! Ты бы слышал, что она мне говорила! Это, конечно, Драйзи!

— А я говорю, что Драйзи была со мной. Очень злилась, что ее лишили уютной комнаты, и горько жаловалась матери на старость и ревматизм. Кроме того, она не играет ни в шахматы, ни в «Зайца и собак», потому что почти ничего не видит. Нет, это была моя мать, и ты, должно быть, понравилась ей, иначе никакие твои слова и доводы не смогли бы нас спасти.

— Тогда я обязана ей большим, чем могу отплатить, — кивнула Майя. — Все же она могла больше доверять тебе в выборе жены.

— После двух неудач? — хмыкнул Эмрис, вводя жену в покои, где не было ни единой души. — Зная мою матушку, не думаю, чтобы она с легким сердцем пошла на такое. Она никогда не питала большого уважения к человечеству, а поведение отца только подтвердило ее мнение.

— Больше всего на свете она боится остаться одна, Эмрис, — вздохнула Майя. — Я объяснила, что с нашими детьми и их потомками она никогда не будет одна, ибо мы научим их почитать ее. Не знаю, правда, поверила ли она.

— В таком случае мы должны доказать, что она ошибается, — решил Лорд Озера.

Зима выпустила из своих когтей Иль-дю-Лак и окружающие земли. Лорд Дракон, его женщины, Бринн и Джуния прибыли первого мая на праздник белтейн4. Вспомнив старые обычаи, они плясали под полной луной. Три месяца спустя Майя родила своего первенца, здоровую, крепкую девочку, и через несколько дней вместе с Эмрисом понесла дитя на берег озера и позвала Леди.

Восстав из синих вод, Леди протянула руки, чтобы взять свою внучку. Прекрасное надменное лицо чуть смягчилось, когда ребенок открыл такие же синие, как у нее, глаза. На головке серебрился тонкий пушок.

— Как ее зовут? — спросила она.

— Мы еще не подобрали имени. Мы решили, что отныне только ты будешь дарить имена своим потомкам. Если, конечно, пожелаешь, пусть это будет новым обычаем, — ответила Майя.

— Назовите ее Серена, ибо глаза у нее как звезды, — объявила Леди и, запечатлев поцелуй на лбу девочки, отдала ее родителям.

— Я прошла испытание, Леди? — осведомилась Майя, весело блестя глазами.

Леди Озера рассмеялась.

— Да, дочь моя. Я сама не смогла бы выбрать лучшей жены для своего сына.

— И мы будем друзьями? — настаивала Майя.

Леди кивнула и, нежно улыбнувшись сыну с невесткой, погрузилась в воды озера.

— Никогда не думал, что познаю такое счастье, — прошептал Эмрис.

— Я тоже, господин, — согласилась Майя, поднимая лицо в ожидании поцелуя. Они так забылись, что стиснули новорожденную. Та негодующе запротестовала. Родители, засмеявшись, отстранились друг от друга.

— Она уже показывает материнский характер, — ухмыльнулся Эмрис.

И Майя снова рассмеялась. Счастливее ее, наверное, нет на свете. И Аверил счастлива. Хоть бы Джунии тоже выпала такая же прекрасная судьба!

И Лорд Озера вместе с женой и спящим на ее руках ребенком медленно направились к замку.

Часть 3

ДЖУНИЯ

Глава 13

Горауин снова заметила, как Джуния потихоньку выскользнула из зала. Последней дочери лорда Дракона уже исполнилось четырнадцать. Голенастая девчонка превратилась в высокую стройную девушку с великолепными густыми волосами цвета черного дерева с красновато-золотистыми бликами. Как и у старших сестер, глаза Джунии тоже были зелеными, но в отличие от Аверил с ее глазами цвета незрелого крыжовника и Майи, на лице которой сияли два изумруда, круглые глаза Джунии напоминали летнюю листву. Она уже полностью оформилась и ростом была немного выше Аверил. Овальное личико, узкий курносый носик, чуть большеватый рот… всего за каких-то два года она превратилась в прелестную молодую женщину.

Однако домашние редко видели ее, поскольку Джуния вечно носилась верхом по лугам и холмам. Она очень скучала по сестрам и старалась больше времени проводить с Бринном, но тот все-таки был мальчиком, и постепенно Джуния переросла его забавы. Она предпочла учиться владеть мечом у лучшего воина, а луком — у лучшего лучника поместья. Часами скакала на своей кобылке и часто возвращалась домой с травами для Горауин, расспрашивая, как они называются и какие болезни лечат. Горауин с радостью объясняла происхождение и применение растений и учила Джунию делать мази, бальзамы, отвары и настои. Та как губка впитывала знания, но всякие попытки научить ее тонкостям ведения домашнего хозяйства оказывались бесплодными. Стряпня утомляла ее. От вышивания она всячески уклонялась. Она не унаследовала таланта матери, непревзойденно владевшей иглой, и едва могла заштопать чулки. Неохотно училась делать свечи, мыло и заготавливать впрок фрукты, овощи и мясо. Зато она была заядлой охотницей и часто привозила дичь на кухню, хотя добычу за нее готовили другие. После отъезда сестер Джуния совершенно изменилась и постепенно стала очень независимой. Мало того, Горауин считала, что у нее сильная воля и незаурядный ум.

Вошедшая Исбел подозрительно огляделась.

— Где Джуния? Сегодня у нас урок вышивания, хотя, честно говоря, я отчаиваюсь чему-то се научить. В жизни не видела такой неумехи!

— По-моему, она улизнула, — сокрушенно сообщила Горауин. — День выдался ясным, вот ей и не сидится дома.

— Будь она постарше, я поклялась бы, что она бегает на свидания, — раздраженно буркнула Исбел. — Думаю, Мирину пора подыскивать ей мужа. Слишком уж она необузданна, и, пока не случилось беды, лучше выдать ее замуж.

вернуться

4

Старинный кельтский праздник.

49
{"b":"25307","o":1}