ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Гениально! Инструменты решения креативных задач
Фантомная память
Выйди из зоны комфорта. Рабочая тетрадь
Великий русский
Тайна красного шатра
Огонь и ярость. В Белом доме Трампа
Город под кожей
Станция «Эвердил»
День, когда я начала жить

— Вы не возражаете, Вариан?

— Ни в коем случае, мадам. Вы можете жить здесь, сколько пожелаете. Наоборот, я очень рад, что вы будете здесь: ведь я мало чем смогу помочь Ниссе, когда наступит срок.

— Но, может быть, вас обременит общество этих проказниц? — с улыбкой заявила графиня Лэнгфорд, наблюдая, как ее дочурки играют с одной из гончих.

Завтрак уже стоял на столе, и Нисса еще раз была приятно изумлена. Ее кухарки устроили все по своему разумению, не ударили лицом в грязь. Они подали огромный кусок розовой деревенской ветчины; блюдо из яиц в соусе из сливок и вина с добавлением корицы; горячую пшеничную кашу с сушеными фруктами. Внимание мужчин сразу привлекла форель, тушенная в белом вине с лимоном и укропом. Стояло на столе большое блюдо печеных яблок, залитых горячим медом с изюмом и мускатным орехом. К нему полагались взбитые сливки. Кроме того, на столе можно было увидеть круг острого сыра, горячие хлебцы, серебряные тарелочки со свежим маслом и кувшины с вином и элем.

Снаружи все еще было темно. Дни стояли короткие. Все дружно двинулись к большому столу и, рассевшись, с энтузиазмом принялись за еду.

— Как же вы добрались сюда и когда приехали? — спросила Нисса. — Я ничего не слышала.

— Рано-рано утром старик Румфорд перевез нас через реку. Луна стояла высоко, а дорога на Винтерхейвен хорошая, так что мы добрались легко, — объяснил Энтони Уиндхем.

— Мы приехали как раз вовремя, когда вы были в церкви, — добавила Блейз, улыбаясь дочери.

Совершенно неожиданно это Рождество стало лучшим из всех, какие помнила Нисса. Так много людей, любящих Ниссу, окружали ее в этот день: родители, братья и сестры, ее муж. Да, он по-настоящему любит ее, он никогда не колебался в своем отношении к ней. Но хотя теперь Нисса заботилась о Вариане гораздо больше, чем когда они только поженились, она все еще не считала, что любит его. Однако Нисса отдавала себе отчет, что вовсе не чувствует себя несчастной, и в конечном счете все к лучшему.

Вместе с семьей Нисса отметила свой день рождения, и дорогие гости оставались в Винтерхейвене до Двенадцатой ночи. Дедушка и бабушка Морганы, дяди и тетки, двоюродные братья и сестры тоже нашли время посетить ее в эти дни. И когда наконец все, кроме ее матери и троих младших детей, уехали, Нисса даже ощутила облегчение, что дом снова принадлежит ей одной, хотя она была так рада увидеть их всех.

Вместе с февралем пришла настоящая зима. Вариан очень беспокоился об овцах: им как раз настало время ягниться. Старый лорд Морган верхом прискакал из Эшби, несмотря на бурю, чтобы дать мужу своей внучки несколько ценных советов.

В день святого Томаса Винтерхейвен посетил нарочный от короля, от которого Нисса и Вариан узнали, что королевская чета собирается провести Рождество в Хэмптон-Корте. С тех пор они не получали вестей из дворца и никто, кроме близких родственников, не посещал их, Нисса становилась все более и более вспыльчивой по мере того, как рос ее живот. Она никак не могла приспособиться к своему положению; и сидеть, и стоять, и лежать стало одинаково тяжело и неудобно.

Миновал февраль, а в первый же день марта у Ниссы начались роды.

— Слишком рано, — испуганно лепетала она.

— По твоему виду, — улыбнулась ей мать, — никак не скажешь, что рано. Ты похожа на созревший персик.

— Вот я и лопаюсь, — причитала графиня Марч. — Ох, как больно!

Не обращая внимания на ее вопли, Блейз быстро отдавала распоряжения: принести в спальню графини родильный стол и установить поближе к очагу, чтобы было теплее; вскипятить несколько чайников воды; приготовить побольше чистых мягких салфеток; принести в спальню колыбель и пеленки; вызвать няню, чтобы та была наготове и могла сразу приступить к выполнению своих новых обязанностей.

За окнами с серого неба падала ледяная крупа, завывал ветер. Блейз заставила дочь ходить, пока у нее не отошли воды. Только тогда графиня Лэнгфорд разрешила Ниссе забраться на родильный стол.

Вариан де Винтер нервно мерил шагами Большой зал. Его тесть, только что прибывший, спокойно сидел у камина, потягивая вино и болтая со своим младшим сынишкой, который играл со щенком у ног отца.

— Вар, а можно я возьму этого щенка с собой, когда мы поедем домой? — спросил лорда де Винтера юный Генри Уиндхем.

Генри скоро должно исполниться четыре. Его огромные фиалково-синие глаза напоминали Вариану глаза его жены. Глядя на графа снизу вверх, малыш простодушно улыбался, поблескивая маленькими жемчужными зубками.

— Конечно. Он твой, Гэл. Как ты его назовешь?

— Щенок, — с неопровержимой логикой ответил ребенок.

Оба мужчины засмеялись, а мальчик радостно захихикал в ответ.

Блейз поразилась, с какой легкостью Нисса производит на свет дитя. Она вспоминала свои первые роды: целый день усилий, вначале необременительных, но потом все более тяжелых и мучительных, пока наконец к полуночи не родилась Нисса. У Ниссы, однако, все шло гораздо легче. Наклонившись, Блейз увидела, что между ногами дочери уже виднеется детская головка.

— Когда начнется следующая схватка, тужься как можно сильнее, — велела она Ниссе. — Осталось совсем немного.

Молодая графиня Марч послушно выполнила указания матери и, несмотря на раздирающую ее боль, напрягла все силы. Ребенок начал выходить наружу.

— Ох, я чувствую его, мама, чувствую!

— Тужься, Нисса, тужься! — прикрикнула Блейз. Женщина поднатужилась, и вдруг тишину разорвал младенческий крик. Широко улыбаясь, Блейз подхватила своего первого внука и положила его на грудь матери.

— У тебя сын! — сообщила она дочери, ища послед, но тот еще не вышел.

Взяв заранее подготовленный острый ножичек, Блейз перерезала и перевязала пуповину.

— Ох, до чего хороший мальчик!

— Мама! — резко вскрикнула Нисса. — Опять начинается.

— Это послед, — ответила Блейз.

— Нет, — возразила Нисса. — Я чувствую то же самое, что и несколько минут назад, когда родился Эдмунд. Блейз наклонилась и вскрикнула от удивления.

— Геарта, возьми лорда Эдмунда и оботри его! — распорядилась она. — Тилли, стань рядом со мной. Твоя госпожа сию секунду родит другого ребенка. Это близнецы, Нисса! Как это я сразу не догадалась? Ведь наша семья славится двойнями! Поэтому-то ты и была такая огромная, поэтому они и родились сегодня, а не в конце месяца. Двойни всегда рождаются раньше срока.

И действительно, через несколько минут Нисса разрешилась вторым ребенком.

— Кто это? — спросила она. — Только ни в коем случае не перепутайте их с Эдмундом! Эдмунд — наследник. Я не хочу, чтобы он потерял свое право первородства.

— Об этом не беспокойся, — сказала ее мать. — На сей раз это девочка. Да, не завидую я молодой королеве, когда Генрих Тюдор узнает, что ты подарила Вариану де Винтеру сразу двух детей. Он умрет от зависти.

— Дай мне взглянуть на нее, — попросила Нисса, и Блейз поднесла ребенка к ее груди. Глаза девочки были открыты, и казалось, она вполне осмысленно таращится на мать. Она легонько посапывала, и это окончательно очаровало Ниссу.

— И как же будут звать сестру Эдмунда? — поинтересовалась леди Уиндхем.

— Честно говоря, я и не думала о дочери, но если Вариан не будет возражать, я назову ее Сабрина. Леди Сабрина Мэри де Винтер. Как по-твоему, мама?

— Прелестное имя, — согласилась Блейз. — А теперь, я думаю, самое время обтереть и запеленать леди Сабрину и наконец вместе с братом представить их отцу.

Обоих новорожденных быстро обтерли теплым маслом и запеленали. Геарта взяла на руки наследника Винтерхейвена, Тилли с гордостью несла его сестру.

— Познакомьте их с отцом и дедом, а я пока займусь своей дочерью, — распорядилась Блейз.

Служанки с детьми на руках вышли из спальни, и Блейз начала приводить в порядок Ниссу, поскольку не было сомнений, что с минуты на минуту появится ее муж.

Тилли и Геарта осторожно спустились по лестнице и вошли в Большой зал.

— Милорд! — начала Геарта. — У вас родился сын. Вариан де Винтер вскочил и устремился к ней.

64
{"b":"25309","o":1}