ЛитМир - Электронная Библиотека

Эти дни принесли Талли новые беспокойства и новые знания о Хиктросе. Теперь он полностью представлял, что жизнь здесь в огромной степени зависела от колесниц Ра. Хитрос лежала на другом краю великой равнины и представляла собой обширную, развитую империю. Когда их колесницы снова появятся у реки Оо, то на этот раз они уничтожат все. Талли и Фангар работали над созданием военных сил Хамон-Апена, не только способных противостоять этому нападению, но пересечь великую равнину и напасть на сам Хиктрос. Они тренировали возниц в управлении колесницами нового типа. Они тренировали лучников попадать в цель. Они должны уничтожить колесницы Хиктроса. Талли работал до изнеможения и иногда ночами просыпался в поту, дрожа от безымянного ужаса. Он подыскал себе опытную возницу, женственную, но с крепкими мускулами, с длинными волосами, упругими грудями и длинными стройными ногами. Ее звали Оолоу — по названию реки, — и Талли нравился ее незатейливый юмор. Она с радостью приняла идею быть его личной возничьей. Постепенно она привыкла к нему, пустила к себе в постель и вообще хлопотала над ним, как наседка. Он понимал, что, став любовниками, они будут лучше действовать в колеснице. На время он выбросил из головы мысли и Номи и Ларе. Обе принцессы, конечно, знали об Оолоу, как знали все, что происходило в их дворцах, но простая возница не являлась им соперницей. Аппетиты мужчины не могут повлиять на высокую политику. В этом они были уверены. К ому же они верили в магию и очарование своих тел, могущие склонить его к тому, что они пожелают. И в этом они были правы. Одновременно Талли разрабатывал рессоры для колесниц. Деревья здесь были относительной редкостью. На постройку колесниц шли ивы, кожа и бронза. К сожалению, о надувных шинах не приходилось и мечтать. К тому же Талли частенько брал с собой Оолоу и тренировался в стрельбе из лука на ходу. Поскольку он не был уроженцем ни Хамона, ни Апена, то включил в свою одежду оба цвета — оранжевый и изумрудный в сочетании с белым. Чтобы привыкнуть, он также постоянно ходил в бронзовой кольчуге, раскрашенной в оба цвета — оранжевый и изумрудный. В ней его плечи становились шире, весь вид осанистей и внушительней.

Он также носил прекрасный бронзовый меч на левом боку и более короткий — на правом. Он упражнялся с мечом и щитом под руководством Фангара и добился в этом кое-каких успехов, вызывая иногда у Фангара слова похвалы. Сначала он хотел носить колчан со стрелами на спине, но вскоре убедился, что это неудобно, и переместил его под левую подмышку. ОН подобрал себе неплохую коллекцию стрел и научился попадать ими на полном ходу колесницы в красный кружок девять раз из десяти. Ток проходил сезон дождей, во время которого он полностью адаптировался в Ра, наслаждаясь этой новой жизнью. Что касается Оолоу, она постоянно носила при себе меч, а во время езды на колесницы держала рядом длинное, неприятно выглядящее копье.

Три запасных копья были привязаны к колеснице снаружи и еще парочка прислонена внутри к перилам. Талли проводил вечера в долгих беседах с Натунзой и другими генералами, обсуждая стратегию и тактику ведения боя. Предводителем был избран Фангар.

— Я поведу вас, — заявил он, — если вы поклянетесь Амон-Ра и всеми богами в верности мне. Иначе я отказываюсь от этой чести.

Они согласились. Последовала торжественная, длительная церемония, во время которой все генералы, капитаны и командиры эскадронов принесли клятву верности. На ней присутствовали обе принцессы с Амондеем и его жрецами. Это еще больше воодушевило людей.

Что касается пехоты, то Талли не только осмотрел их копья и щиты, но и проверил, у каждого ли имеется надлежащая одежда и сандалии.

Прошел чуть менее жаркий и солнечный период, который здесь называли зимой, с многочисленными дождями, которые значительно подняли уровень Оо. За ним последовало традиционное время войны.

Потайная комната в дальнем крыле храма, где были установлены электрические батареи, была надежно заперта и опечатана таинственным заклинанием. Ведущие от нее провода оставались подсоединенными. Амондей сказал Тали относительно ее:

— Оставь все как есть, Рой. Я понял, как ты получаешь знамение Амон-Ра, открывая и закрывая медные броши. Может, в один прекрасный день Амон-Ра удостоит такого знамения меня, его преданного слугу Амондея.

— Да, элементы Даниэля еще работоспособны. Но я сомневаюсь, что они долго протянут.

— Все в руках Амон-Ра.

Талли взял себе эскадрон под командованием Лимоуна. Он хотел назвать его «Преданной гвардией», но побоялся обидеть Фангара. Они упражнялись вместе. Лимоун не переставал восхищаться маневренностью колесницы Талли и меткостью его стрельбы из лука.

Однажды он загрузил повозку вином, хлебом, хорошей одеждой и взял с собой кошель с деньгами. Рабы Номи делали для него все, что бы он ни попросил. Телегу вел раб.

— Я проеду вверх по реке. Хочу посмотреть, как там поживают Рэта Черноволосая и Джезд. Мы все-таки кое-чем обязаны им.

— Я бы поехал с тобой, — ответил Фангар, — Но я слишком занят координированием в бою действий моих всадников и колесниц.

— Я возьму Лимоуна и мой эскадрон. Вернемся через неделю.

— Да пребудет с тобой Святой Пегу, Рой.

Они выехали с рассветом. Талли мог бы воспользоваться баржой, которые курсировали по реке Оо, но все свои помыслы он сосредоточил на колесницах. В конце концов, чем хуже ехать на них?

Попутно они тренировались в стрельбе из луков, посылая рабов собирать стрелы. Ближе к вечеру на второй день езды они уже приближались к кирпичному домику и чанам, где Талли с Фангаром появились в Ра. Талли был счастлив и чувствовал, что жизнь повернулась к нему хорошей стороной. Ему понравилось играть роль одного из самых могущественных людей в государстве, а коме того, быть единственным представителем еще не возникших здесь наук.

Оолоу прервала его мысли резким возгласом:

— Колесницы! о великой равнине в сгущавшихся сумерках неслось облако пыли. Тали насторожился. Лимоун закричал громко и яростно, натягивая лук.

— Это трижды проклятый узурпатор Торозей! Может, Амон-Ра отвернет от него свой лик!

Колесницы неслись на самой большой скорости и не было сомнений в их намерениях. Талли подумал, что им бы найти место для базы, но это могло быть только у Рэты Черноволосой и Джезда. Затем в парапет его колесницы ударилась стрела. Оолоу хлестнула поводьями, и нагеры рванулись вперед. На высшей скорости две колесницы приблизились друг к другу. Талли откашлялся, чувствуя сухость во рту. Он окинул взглядом врага. Там было около двадцати колесниц. Теперь он должен использовать свою маневренность, иначе они погибли. Они мчались параллельно чанам. Вскоре должно стемнеть. Полетели стрелы. Закричали люди. Заржали нагеры. Поднялась пыль. Талли выпустил пять стрел, затем колесница вильнула резко свернув вправо. Оолоу вскрикнула. Талли взглянул на нее. Девушка обернулась к нему с перекошенным лицом. По ее шее над верхним краем доспехов текла кровь. Там торчала стрела.

— Держись, Оолоу! — воскликнул Талли, перехватывая у нее поводья.

Стрелы ударили в бока двух его нагеров. Животные закричали и захромали. Он попытался свернуть. Колесница подпрыгнула, когда обезумевшие животные, повинуясь инстинкту самосохранения, понеслись, не разбирая дороги. Лопнула одна рессора. Колесница накренилась. Талли вцепился в поводья. Стрелы пролетали мимо него со смертоносным шипением, ударялись о шлем, о доспехи.

Потом колесница перевернулась. Талли полетел прочь, и внезапно у него возникло безумное чувство, что он будет лететь, лететь и лететь...

Он видел стремительно приближающиеся чаны, которые противились встретить его и смягчить падение. Потом он увидел пятно интенсивного белого света. Пятно окружала зелень чанов. Его разум завопил в агонии, страхе и от чувства поражения. Это был конец, он угодил в ловушку... он почувствовал, что с его сознанием что-то происходит... голову пронзила резкая боль... Затем он покатился по твердым камням, в стороны с криками метнулись птицы и детвора... Талли сразу понял, что произошло.

19
{"b":"2531","o":1}