ЛитМир - Электронная Библиотека

— А как там насчет завтрака?

Они рассмеялись. Пайк был в какой-то рубашке из мешковины и штанах, на Пойли была длинная юбка и легкая кофточка, как на девушке, которую Талли видел во дворе. Много изменений произошло в них с тех пор, как они путешествовали по измерениям, в чем мать родила. Талли запрыгнул в постель и натянул на себя простыню.

— Ну так что?

— Скоро уже обед, Рой, но ты можешь назвать его завтраком. Мне тут кое-что надо изучить. Мы можем заняться хорошеньким рэкетом, и кто-нибудь нас обогатит, если сыграет с нами в карты. Теперь послушай...

Тли лег на спину и закрыл глаза. У Грэхема возник очередной план быстрого обогащения.

— Ты бы лучше уж занимался электроникой, — сказал он, но Пайк ничего не хотел слушать.

— Оказывается, существует целая куча измерений — как называют их Вейн и Корни, — их миллионы и все они вокруг нас, здесь же, где мы сидим.

Пойли кивнула и взяла Пайка за руку. Она выглядела гораздо свежее этим утром — нет, днем, — и Талли подумал, что Пайк добьется своего обычного успеха. Пайк всегда был неразборчив в средствах. Но надо отдать ему должное, он всегда обходил Роя Талли, хотя Талли так и не мог понять, почему.

— Перейти из одного измерения в другое достаточно просто. Мы проходили через черное открывающееся отверстие, но Вейн не хочет говорить об этом. А Корни самое фантастическое существо, о котором я когда-либо слышал! Он о, что они называют Проводником.

— Это как те, что водят туристов из Бирмингема в Крейв?

— Нет, чтоб ты задохнулся от астмы! Он обладает силой переносить людей и вещи из одного измерения в другое через Врата.. Таким способом мы попали сюда.

— Я умираю от голода, — попытался прервать Талли словоизлияние Пайка.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Пайк, слегка охладев от такого приема. — Голова не болит?

— Нет. Я бы удовольствовался гамбургерами, яйцами и несколькими пинтами кофе.

— Ах... Я бы задушил тебя своими руками!

В ответ на это Пойли вскочила, и они несколько минут переговаривались, объясняя и успокаивая друг друга. Она была серьезной и явно обожала Пайка. Интересно, подумал Талли, как много она поняла из их разговора? Ее кузен был унесен летающими зеленокрылыми чудовищами, так что теперь Пайк мог вовсю проверять на ней свое обаяние. У ней мало шансов устоять, подумал Талли. Но... но он знал Грэя Пайка. Девушке не будет нанесен большой вред.

Они пошли обедать в главную комнату караван-сарая. Тал ли пришлось надеть тот же наряд из мешковины, что был на Пайке. Вейн тоже был в таком же, и это ему не нравилось. Он приблизил свое лицо к дрожащему лицу хозяина, надул щеки и так широко раскрыл глаза, что стал похож на китайского злого духа.

— Я не буду ходить в этом, как слуга! — Вейн выразительно жестикулировал. — Кажется, золота и алмазов Графини для тебя недостаточно! Ну смотри, если ты не достанешь приличную одежду для меня и моих людей к завтрашнему утру, я скажу Графине, чтобы она отправила тебя в ее рудники! Нет, клянусь Завоевателем... Она пошлет тебя в Большую Зелень!

— К утру — да, Ваше Превосходительство! — Хозяин выпучил от страха глаза. — Вы будете иметь все лучшее, что можно достать в Первом Городе!

— Посмотрим!

Вейн вразвалку подошел к их столику. Он был в таверне, как дома. Он заказал выпивку, не забыв ущипнуть за зад служанку. Интересно, как он ведет себя с благородными девушками, подумал Талли. Вероятно, мурлычет, как довольный котяра. Затем лучи солнца из широко распахнутых окон попали на лицо Вейна и оно сразу же приобрело грубость уверенной в себе властности. И глядя на него в этот момент, Талли заколебался, будет ли он мурлыкать с девушками. В просторном помещении с чистыми столиками и дубовыми скамьями, с ярко начищенной медной стойкой, Фангар был почти незаметен. Однако, его одежда из мешковины отличалась от других, вернее не сама одежда, а его фигура с непропорционально короткими кривыми ногами. Но однако... однако, Талли не почувствовал к нему ни намека на отвращение. Он знал, что Фангар такой же человек, как и все остальные, и даже лучше некоторых. Пайк засмеялся какой-то остроте Вейна, и Корни что-то проворчал, бросив рыбную кость на пол. Талли почувствовал, как на его лбу натянулась кожа. Корни был тем, кого Пайк назвал Проводником, но это не делало его более человеком в представлении Талли.

Девушка, которая приехала верхом в караван-сарай, заказала еду в номер и удалилась вместе со своими слугами. Талли сосредоточился на еде, вине и служанке, выглядевшей, как южный персик. Он узнал, что название этого местечка было Гостиница Дружелюбной Мыши. Ему понравилась его атмосфера. Скажем, он хотел бы приезжать сюда в отпуск из Нью-Йорка, чтобы размять старые кости и отдохнуть от серой, угрюмой городской жизни.

— Кучка любителей, я бы сказал, — говорил Вейн, откинувшись на спинку скамьи и потягивая вино из фляги. — У них было только пять Тоб'клайков. Пусть благодарят всех богов, что не попались нам на пути, когда я вырвался на свободу. Талли взглянул на Пайка. Его товарищ обнимал рукой талию Пойли и глядел на тарелку с орехами перед собой. Он раздавил орех свободной рукой и положил ядрышко в смеющийся рот Пойли. Талли подумал, что Пойли слишком быстро изменилась. Очевидно, она была потрясена недавними событиями и теперь действует, как автомат. Пайк кормит ее, и она отвечает на его действия, как он и ожидает. Она придет в себя, только вернувшись домой, в место под названием Кверан, где может в привычном окружении обратиться к врачам.

— Мы потеряли много парней, — сказал Корни. — Хороших парней. Графиня...

— Оставь Графиню мне, Корни. Когда я соберусь с силами, то восстановлю утерянные вещи. И я найду другого Проводника, чтобы вернуться домой, если ты не можешь справиться с этим. Лицо Корни стало еще более неприятным.

— Я могу справиться с этим. Я не доверяю хозяину, — продолжал он через некоторое время. — Он здесь новичок. Когда мы в последний раз проходили через Броркан, здесь был старый Фузз-Пузз... Ты же помнишь его?

— Этот хозяин — кстати, его зовут Джалонз — взял золото Графини. Он будет служить нам, или Завоеватель отправит его в Капустное Поле!

Самодовольство Вейна и грубость его товарищей привлекли минимальное внимание со стороны собравшихся в комнате людей. Здесь были путешественники, остановившиеся на ночь, и жители Города Первого, зашедшие выпить и, возможно, поужинать. Все они были самых разных рас.

Фангар и Корни затеяли какой-то спор. Они понимали друг друга, но Фангар понимал только то, что говорит Корни. Спор перерос к крик, перекрыв остальные звуки, и к ним повернулись любопытствующие лица. Появился хозяин Джалонз, вытирая руки о передник. За его спиной маячили двое вышибал с дубинками. Гостиница Дружелюбной Мыши, как и все на свете, имела свою обратную сторону.

— Ты, несчастная хвостатая обезьяна, краснозадый бабуин! — заорал Корни, хватив по столу так, что подпрыгнули тарелки.

Фангар что-то ответил ему, яростно брызжа слюной. Талли обернулся к Пайку.

— Дай-ка сюда транслятор, Грэй. Я хочу узнать, в чем там дело.

— Погоди... Я как раз наслаждаюсь отличными сленговыми выражениями.

— Давай его сюда! — Талли схватил ленту с драгоценностями и надел себе на голову.

Как раз в этот момент Фангар сорвал транслятор с головы Корни и надел на себя. Его густые черные брови нависли над сверкающими глазами.

— Ты, презренный сопляк! Я сверну тебя в узел и съем твой завтрак!

Очевидно, Фангар тоже перешел на сленговые выражения своей родины. Он говорил с уверенностью человека, знающего свое место в мире, с уверенностью своей испытанной силы. Однако, он сохранял известную долю хладнокровности и теперь, схватив транслятор, мог говорить так, что его понимали все люди в комнате.

— Я тебе не прислужник, — властно прогудел он. — Я служу только тем, кто служит мне, с кем я делю работу и отдых. Я не буду служить этому выскочке Корни ради пригоршни драгоценностей от его Графини, которой он так боится!

7
{"b":"2531","o":1}