ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Погружение в Солнце
Хочу быть с тобой
Гортензия
Отель
Клад тверских бунтарей
World Of Warcraft. Traveler: Путешественник
Сказания Меекханского пограничья. Память всех слов
Кофеман. Как найти, приготовить и пить свой кофе
Истории жизни (сборник)
A
A

Наконец он поднял голову, всмотрелся в Халйду и принялся за вторую грудь. На этот раз, однако, он был куда смелее. Дагон свирепо впился в другой сосок, кусая нежную плоть не так сильно, чтобы поранить, но достаточно грубо, чтобы Халйду словно молнией насквозь пробило. Он почувствовал, как утолщается и растет в ней, если подобное только было возможно, но жаркая бездна ее тела возбуждала его так, как никогда ранее.

Халида ощущала, как бешено он бьется в ее глубинах. Само лихорадочное неистовство их слияния казалось безумием. Она отчаянно охнула, пытаясь втянуть хоть немного воздуха, и, достигнув любовного крещендо, всхлипнула, изливаясь пьянящим зельем любви, увлажнившим пылающую красную корону его фаллоса, но ни в малой степени не удовлетворившим жгучую жажду владельца. Дагон поднял ее, вынес из воды и поставил на четвереньки. Она изогнула спину, выставила попку и пробормотала лишь одно слово:

— Да.

Встав, он раздвинул половинки ее сочного персика, коснулся головкой фаллоса розовой дырочки и медленно, медленно стал входить, сначала нежно, потом чуть настойчивее. Плоть поддавалась, постепенно открываясь, и внезапно острие орудия любви ворвалось в девственное отверстие ее роскошного тела. Халида охнула, скорее от неожиданности, чем от боли, но он продолжал надавливать, крепко держа ее бедра.

Она была такая тесная. Он сразу понял, что без усилий достигнет желанного экстаза. Дагон был уже на полпути и, не в силах сдержаться, врезался в нее до конца. Халида снова охнула, но не стала протестовать. Дагон неспешно удалился и сделал еще выпад… еще… еще… К его огромному удивлению, Халида стала извиваться, вжимаясь в его живот. Свободной рукой он отыскал небольшую горошинку — средоточие ее наслаждения. Она истекала соками, но его палец принялся терзать набухающий бутон, пока оба не потеряли голову от невыразимого блаженства. Его семя оросило ее заброшенную пустыню, а Халида билась в восторге, едва не вырываясь из его пальцев. Ладонь, ласкающая ее пещеру любви, была мокра от очередного свидетельства ее экстаза.

Наконец он вышел из нее. Халида повернулась, чтобы бросить взгляд на его плоть, и осталась довольна. Отросток сморщился и казался куда меньше обычного.

— Я выдоила тебя до последней капли, — усмехнулась она.

— Да, моя королева, — согласился он. — До этого дня я никогда не ведал такого пылкого, исступленного желания. Но таким способом ребятишек не зачать, моя Халида.

Он нежно поцеловал ее ладошку. Халида коварно усмехнулась:

— А я еще не позволяла ни одному мужчине так со мной обращаться. Это было прекрасно и очень возбуждающе, но не думаю, что слишком часто захочу заниматься чем-то подобным.

Она взяла его руку и слизала с пальцев свои соки. Сердце ее только начало замедлять бешеный ритм.

Небо над ними чуть посветлело. Над фиолетовыми горами протянулись сиреневато-серые полосы. Скоро настанет рассвет, начало нового дня.

Любовники поднялись и вернулись в спальню, ибо оба были утомлены ночными трудами.

Несколько часов спустя Зирас нашел их спящими: Дагон покровительственно обнимал Халиду, на лице которой играла легкая улыбка. Видя их вместе, Зирас понял, что Халида приняла решение и отговорить ее невозможно.

— Вот как, — тихо пробормотал он себе, — полагаю, нам пора удалиться на покой.

Потом он нагнулся и несильно тряхнул Дагона за плечо.

24
{"b":"25310","o":1}