ЛитМир - Электронная Библиотека

– Сколько вам лет?

– Ого! Какая чуткость и вежливость в обращении с женщиной.

Он наклонился и, сощурив глаза, посмотрел на нее, будто хотел прочитать это у нее в душе.

– Больше восемнадцати?

– Мне двадцать шесть.

Джон скептически ухмыльнулся. Марго торжественно приложила одну руку к груди, а другую вытянула перед собой.

– Даю честное слово.

– И вы никогда...

– Никогда.

Джон озадаченно замолчал. Либо она прибавила себе возраст, либо просто дурачит его. Какая женщина продержалась бы так долго?

– У вас не получилось с Лемоном и вы решили попробовать со мной?

– Нет, он никогда меня не интересовал. Это моя сестра увлеклась им ненадолго, да и сейчас они продолжают оставаться друзьями. Просто они не подошли друг другу.

– Я ничего не имел бы против, если бы вы пытались завязать отношения с Лемоном. Он очень необычный человек, и к тому же женщины находят его очень привлекательным. Он мог бы завоевать любую женщину, какую захотел, даже если бы не имел тех средств, какие у него есть. Мне в самом деле совершенно безразлично, было ли у вас с ним что-нибудь до сегодняшнего дня, я могу это понять. Я только хочу знать, с чего нам начинать... с вами.

– Лемон не привлекает меня.

Джон не смог удержаться и засмеялся – это могло быть только шуткой. Марго пожала плечами.

– И я тоже не интересую его. Мы просто друзья.

Джон посмотрел на нее, собираясь уличить во лжи, и спросил:

– А о чем разговаривал с вами Лемон тогда на крыльце?

– Он расписывал, какой у вас безукоризненный характер.

– Да что вы!

– Честно! – Она что-то намазала на крекер и протянула ему: – Попробуйте это.

Джон осторожно взял крекер и попробовал кусочек. Потом внимательно осмотрел столик и обнаружил несколько бутылок на нижней полке. Конечно, все это сервировалось не на двоих.

Пересмотрев бутылки и внимательно изучив этикетки, Джон покачал головой:

– Так я и думал: нет виски.

– Какая жалость! – Она явно ему не сочувствовала.

– Знаете что? Вы – странная женщина.

– Ну, конечно! В меня же не вселялись инопланетяне.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Джон отставил рюмку с бренди. Ему следовало быть поосторожнее и не терять головы. Он медленно повернулся и посмотрел на Марго. За всю жизнь ему не встречался никто, хотя бы отдаленно похожий на нее.

Конечно, была его приемная мать, Фелисия, которую он всегда считал исключительной и потому не понимал.

Но сейчас он, похоже, нашел женщину, которая могла поспорить с матерью. Она не была актрисой, как Фелисия, и не играла, как та, своим голосом, когда ей это нужно. Тем не менее Марго занимала как минимум второе место среди женщин, которых он встречал.

Из другого конца дома, из танцевального зала, доносились отголоски кипящего веселья, но здесь, в библиотеке, было слышно, как за стеной поднимался, завывая, ветер. Джон слышал его краем уха, почти подсознательно, пока любовался восхитительной женщиной, имя которой было Марго Пулвер.

Она хлопотала, готовя, отбирая и смешивая яства и предлагая их ему. Джон сначала рассердился – кто посмел отвлечь ее внимание от его персоны, – но в этот момент с удовольствием заметил, что самое вкусное она откладывает для него.

Наконец Марго протянула ему тарелку, вилку, нож и салфетку. Слегка приподняв брови, она спросила:

– Может, вина?

– Здесь есть отличное белое вино, оно прекрасно подойдет к этим закускам, – тоном знатока произнес Джон.

– Вы говорите так, будто разбираетесь в винах.

– Качество и букет зависят от места, где вино производят.

– Правда?

– С Лемоном не соскучишься: он всегда что-нибудь придумает. Вот как-то от скуки он научил меня разбираться в винах. У него вообще можно многому научиться.

– Он хорошо разбирается и в людях, – поддержала Марго.

– Думаю, это у него в крови.

– Но вы тоже разбираетесь в людях, и даже лучше, чем он. Вы можете найти подход к человеку с первой же встречи и никогда не ошибаетесь.

– Откуда вы это взяли?

– Услышала от Лемона на крыльце.

И поскольку Джона еще тогда это заинтересовало, он решил воспользоваться случаем и спросил:

– Почему вы не пригласили Лемона в дом?

– Я была одна, а в таких случаях я никогда не приглашаю в дом мужчин.

– Но почему? – Ему вдруг стало обидно за мужчин. – Мы не все такие развратники.

– Конечно, не все. Но зачем рисковать и доводить дело до рукопашной с теми, кто все же не так хорош?

– Не забывайте, сейчас вы заперты в комнате наедине со мной.

– Да-да, – она улыбнулась: это почему-то ее рассмешило.

– Откуда вы знаете, что я не опасен?

– В случае опасности я кричу, причем громко и пронзительно.

– Ух ты!

Марго состроила хитрую рожицу, показывая, как она гордится своими способностями.

– Но закричать вы могли и тогда, если бы Лемон позволил себе что-нибудь лишнее.

– Вопли надрывают горло, – поделилась она опытом. – И потом, ему совсем незачем было входить, вот я его и не впустила.

– Итак, вы очень осторожны. – Джон, внимательно разглядывал ее. – Однако сейчас вы заперли дверь уже во второй раз, и сделали это намеренно. Как это объяснить?

– Я компрометирую вас.

– Чепуха.

– Если честно, я не хочу, чтобы кто-нибудь нам мешал. Я хочу узнать вас поближе.

– Ммм... – Он расхаживал по толстому восточному ковру, устилавшему пол библиотеки, и делал вид, что занят изучением этого ковра. Потом резюмировал раздумчиво: – Вы хотели встретиться со мной. Теперь хотите меня узнать. Что потом? Станете изучать шрамы и родинки на моем теле? – Он взял со стола бокал вина и неторопливо отхлебнул глоток, как мужчина, уверенный, что держит ситуацию под контролем.

Но Марго протянула ему в тон:

– Да вроде пока не собираюсь.

От неожиданности Джон поперхнулся и закашлялся так, что ей пришлось постучать его по спине. Потом она велела ему поднять левую руку как можно выше. Как ни странно, это помогло.

– Когда еще раз соберетесь сказать что-нибудь дурацкое, предупреждайте заранее.

– Да, сэр.

– Вот-вот, уже лучше. Продолжайте в том же духе.

– Не уверена, что мои заявления дурацкие, но если мы покончим с экивоками, полагающимися при первом знакомстве, и вы будете не против, то можно перейти и к теме шрамов и родинок.

– Кажется, мне лучше сесть.

– Что, перебрали?

– Ваше платье положительно меня искушает, это выше моих сил.

– Выше ваших сил? – Марго нахмурилась, но тут же улыбнулась. – Правда?

– Вы флиртуете по каким-то своим правилам, я даже не знаю, с какой стороны к вам подступиться. Но...

Она хихикнула.

– Прекратите! – сердито оборвал ее Джон.

– Но я наконец оценила ваше чувство юмора.

– Не слишком ли быстро?

– Быстро?

– Именно, – подтвердил он с кислой миной. – Скольких же мужчин вы вот так довели до психушки, и теперь бедняги сидят в темных углах больничных палат и бормочут себе под нос: «А ПОТОМ она сказала...»?

– Пока никого, но я еще ни с кем не была настолько откровенна.

– Не уверен, что это правильно.

– Ладно, не будем об этом. Я вижу, на нашем чайном столике есть скатерть; почему бы не откинуть вот эти боковины и не сервировать настоящий стол?

– Отлично. – Он поднялся и пошел за стульями. Попробовав сдвинуть один, он удивился его тяжести. Пришлось поочередно отрывать их от пола и с трудом перетаскивать к чайному столику. – Хотел бы я посмотреть, как вы сами справились бы с этими стульями.

– А что?

– Они такие тяжелые, монолитные – вы не сдвинули бы их с места.

– Поэтому-то я и занялась столиком: я знала, что тогда вы принесете стулья.

– Ух! Похоже, я что-то себе растянул. Может, посмотрите?..

Марго даже не взглянула на него, поглощенная выбором закусок.

– Самое нелепое ухищрение из всех, которые мне приходилось выслушивать.

7
{"b":"25312","o":1}