ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

4. Статистика

К сожалению, точных данных о советских военнопленных нет. И на сегодняшний день имеется несколько вариантов приблизительных цифр.

Например, по данным Управления уполномоченного при СНК СССР по делам репатриации – в 1941 г. их было 2 млн (49%); в 1942 г. – 1 млн 339 тыс. (33%); в 1943 г. – 487 тыс. (12%); в 1944 г. – 203 тыс. (5%); в 1945 г. – 40, 6 тыс. (1%), а кроме того, свыше 900 тыс. бойцов и командиров Красной армии в 1941 – 1942 гг. оказались в окружении. Следовательно общая цифра военнопленных составляет 4 408 600, а с окруженцами – 5 308 600.

По данным Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации, 4 559 000 человек пропало без вести и попало в плен. В эту цифру вошли:

3 396 400 – пропавших без вести и попавших в плен по донесениям войск и данным органов репатриации.

1 162 600 составляют неучтенные потери первых месяцев войны: погибло, пропало без вести в боевых операциях, когда донесений от фронтов и армий не поступало.

(Из числа потерь было исключено 2 775 700:

939 700 – призвано на освобожденной территории и направлено в войска из числа военнослужащих, ранее признанных пропавшими без вести.

1 836 000 – вернулось из плена по окончании войны (по данным органов репатрации.)

Только офицеров пропавших без вести и попавших в плен в годы Великой отечественной войны, насчитывается 392 085 (38, 32%).

Из них в сухопутных войсках – 366 043 офицеров (в том числе в пехоте 180 327), в Военно-воздушных силах – 20 684 офицера и в Военно-морском флоте – 5358.

Немецкие документы, содержащие сведения о числе советских военнопленных до начала 1942 г., практически отсутствуют. Дело в том, что в 1941 г. вся отчетная документация с Восточного фронта поступала неполной и неточной. Только 1 января 1942 г. было отдано распоряжение о представлении достоверных сведений, касающихся советских военнопленных. За состояние лагерей, содержание и использование военнопленных отвечали Верховное главнокомандование (ОКВ) и главное командование сухопутных сил (ОКХ).

На территории рейха за эти вопросы отвечал отдел по делам военнопленных главного штаба вермахта, а на территории оккупированных областей Советского Союза – отдел военной администрации начальника тыла сухопутных сил. С начала кампании на Востоке Главный штаб вермахта (ОКВ) не проявлял никакого интереса к статистическим данным о числе советских военнопленных. Организационное указание отдела по делам военнопленных от 16 июня 1941 г. не относило такие сведения к категории обязательных.

Только 2 июля 1941 г. этот порядок изменили, но касался он учета пленных, находившихся на территории рейха.

Когда в конце июля 1941 г. на сборных пунктах и в пересыльных лагерях, расположенных в зоне ответственности сухопутных сил, скопилось большое число военнопленных, был издан приказ генерал-квартирмейстера от 25.07.41 г. № 11/4590 об освобождении советских военнопленных ряда национальностей (немцев Поволжья, прибалтов, украинцев, а затем и белорусов). Но уже распоряжением ОКВ от 13.11.41 г. № 3900 действие этого приказа было приостановлено.

Всего в этот период было освобождено 318 770 чел., из них в зоне ОКХ – 292 702 чел., в зоне ОКВ – 26 068 чел. В общем числе освобожденных находилось 277 761 чел. украинцев.

В 1942 – 1944 гг. из плена освобождались в основном лица, которые вступали в добровольческие охранные и другие формирования, в полицию. До 1 мая 1944 г. всего было освобождено 823 230 военнопленных, из них в зоне ОКХ – 535 523 чел., а в зоне ОКВ – 287 707 чел.

По зарубежным источникам число советских военнопленных определяется в 5 200 000 – 5 750 000 человек, причем основная их масса относится на первый период войны (июнь, 1941 – ноябрь, 1942). Однако здесь нужно учитывать, что в число военнопленных немцы включали всех сотрудников партийных и советских органов, а также мужчин независимо от возраста, отходивших вместе с отступавшими, а затем окруженными войсками.

Следовательно, зарубежные данные, в том числе Германии, не являются самыми достоверными. В статистическом исследовании «Гриф «секретно» снят» под редакцией генерал-полковника Г.Ф. Кривошеева сообщается:

«…На основе имеющихся документов общее число советских военнослужащих, пропавших без вести и попавших в плен (4559 тыс. чел.), можно распределить следующим образом.

Достоверно известно, что 1 836 тыс. человек вернулись из плена после окончания войны, 939, 7 тыс. военнослужащих из числа ранее пропавших без вести и бывших в плену были призваны вторично на освобожденной от оккупации территории, а 673 тыс., по немецким данным, умерли в фашистском плену. Из оставшихся 1 110, 3 тыс. человек, по нашим данным, больше половины составляют тоже умершие (погибшие) в плену. Таким образом, всего в плену находилось 4 059 тыс. советских военнослужащих, а около 500 тыс. погибло в боях, хотя по донесениям фронтов они были учтены как пропавшие без вести».

Известно, что подавляющее большинство советских солдат и офицеров попало в плен из-за невозможности дальнейшего сопротивления – ранеными, больными, не имеющими продовольствия и боеприпасов, в отсутствие управления со стороны командиров и штабов. Тем не менее сам факт пленения в нашем государстве рассматривался как преднамеренно совершенное преступление. Под подозрение попадали военнослужащие и гражданские лица, даже непродолжительное время побывавшие за линией фронта. А тех, кто хотя бы на короткое время оказался в плену и был допрошен, судили за измену Родине и шпионаж.

Репрессиям подвергались и семьи предполагаемых «изменников Родины». Их ссылали, приговаривали к длительным срокам лишения свободы.

С 27 декабря 1941 г. было издано постановление ГКО СССР №1069 сс, регламентирующее проверку и фильтрацию освобожденных из плена и вышедших из окружения «бывших военнослужащих Красной Армии». Теперь они направлялись в специальные лагеря НКВД. А в конце 1943 г. спецлагеря были переданы в ведение ГУЛАГА, то есть всех бывших военнопленных уравняли в правах с заключенными.

Начиная с 1944 г. из освобожденных из плена или вышедших из окружения офицеров Красной армии начали формировать «штурмовые батальоны», где в качестве рядовых они должны были искупить «свою вину» кровью. Через «штурмовые батальоны» прошло более 25 тысяч офицеров. По результатам проверки более 72 тысяч офицеров, вернувшихся из плена, были разжалованы и уволены из армии…

5. Яков Джугашвили

Выпускник Артиллерийской академии РККА старший лейтенант Яков Иосифович Джугашвили с 9 мая 1941 г. проходил службу в 14-м гаубичном артиллерийском полку 14-й танковой дивизии в должности командира батареи.

Историческая справка. Яков Иосифович Джугашвили

Родился в 1908 г. в г. Баку. В 1936 г. закончил транспортный институт имени Дзержинского. С 1936 по 1937 год работал на электростанции завода им. Сталина дежурным инженером – трубочистом. В 1937 г. поступил на вечернее отделение Артакадемии РККА. В 1938 г. поступил на 4-й курс 1-го факультета Артакадемии РККА. В 1941 г. попал в плен. В 1943 г. в концлагере Заксенхаузен был убит часовым.

К концу 9 июля 14-я танковая дивизия, 14-й мотострелковый полк, 14-й гаубичный артиллерийский полк и 220-я стрелковая дивизия вышли на рубеж Вороны – Фальковичи и были отрезаны противником от основных сил. К вечеру 11 июля части и соединения перешли к обороне Лиозно. 12 июля войсковая группа, несколько дней как переподчиненная командиру 34-го стрелкового корпуса 19 армии, заняла и удерживала противотанковый район у станции Лиозно, а с рассветом 13-го на рубеже Вороны – Поддубье вела бой с танками и пехотой противника, после натиска которого подразделения 14-й танковой дивизии отошли. В это время 14-й мотострелковый полк и 14-й гаубичный артполк во взаимодействии с частями 220-й стрелковой дивизии наступали на Витебск. Они овладели селом Еремеево, но, не выдержав танковых и авиационных атак, начали отход к Лиозно.

19
{"b":"25316","o":1}